Обещание грешника (ЛП)

Это конец эпохи, начало нового правления. Новое начало для нас. Я всегда клялся, что однажды уведу их подальше от этого старого дерьма. Этот день настал сегодня.
Хотя, глядя сейчас на каждого из своих братьев, я задаюсь вопросом, не опоздал ли я. Знаю, меня никто не спасет, но я надеялся на лучшее будущее для них. Не знаю, достаточно ли моих сил для этого. В конце концов, я сын своего отца. Его преемник. Положение, которого я никогда не хотел, но и не могу избежать. К этому положению я тоже отношусь очень серьезно, особенно когда на карту поставлены жизни моих братьев, если я допущу хоть малейшую ошибку.
Когда похороны заканчиваются, я кладу руку на плечо Санто.
— Пойдем нажремся, — говорю я ему.
— По-моему, это лучший план, который у тебя когда-либо был, — отвечает он ровным, бесстрастным голосом.
Я смотрю на него, действительно смотрю. Я волнуюсь за всех своих братьев, но сейчас больше всего волнуюсь за Санто. Как мне помочь ему пройти через это, не потеряв его окончательно? Как кто-то может прийти в себя после того, как обнаружит свою невесту мертвой накануне свадьбы? И не просто мертвой, а убитой руками собственного отца?
Шелли была нам как сестра; мы все скорбим о ее потере. Но для Санто? Эта девушка была всем его миром. Именно поэтому я никогда не позволял себе слишком увлекаться женщинами. Душевная боль, которую я сейчас вижу на лице моего брата, того не стоит.
— Мы идем или тебе нужно еще несколько минут, чтобы попытаться подвергнуть меня психоанализу, Джио? — ворчит Санто.
— Я беспокоюсь о тебе, — говорю я ему.
— Моя невеста умерла из-за меня. Моя беременная невеста умерла, — повторяет он. — Прости меня за то, что я не чувствую себя чертовски веселым.
— Я не жду от тебя радуги и чертовых бабочек. Я жду, что ты будешь злиться. Опустошен. Я не могу и не буду притворяться, что понимаю, что ты чувствуешь сейчас, но я здесь, Санто. Я всегда буду рядом с тобой. Что бы тебе ни понадобилось. — Я кладу руку ему на плечо, и он смотрит на нее так, словно она обжигает его.
— Что мне сейчас нужно, так это гребаное виски, — говорит он, забираясь на заднее сиденье ожидающего внедорожника и оказываясь вне моей досягаемости.
Гейб и Вин бросают на меня понимающие взгляды, забираясь следом за ним. Я запрыгиваю вслед за ними, а через некоторое время ко мне присоединяется Марсель.
— Что мы будем делать? — спрашивает меня Марсель, указывая на Санто.
— Не знаю. Для начала, не оставлять его одного. Я не знаю, о чем он думает. Один из нас должен всегда быть с ним. Убедиться, что он не натворит ничего такого, чего не сможет исправить.
— Как ты думаешь, почему он это сделал? — Спрашивает Марсель, имея в виду нашего отца. Этот же вопрос постоянно крутится у меня в голове с тех пор, как мы выяснили, кто стоит за смертью Шелли.
— Кто знает, почему этот ублюдок вообще что-то делал? — Отвечаю я. Над нами нависает тишина. Двое похорон за два дня. Хотя похороны Шелли были гораздо более интимными и мрачными.
Вскоре мы подъезжаем к The Treehouse, одному из наших баров, в котором часто бываем. Выходя из машины, я смотрю налево, а затем направо, после чего мои четверо братьев встают рядом со мной. Вину только исполнилось восемнадцать, и мы отпраздновали его знаменательный день рождения здесь всего несколько месяцев назад. Хотя сегодня кажется, что прошла уже целая вечность с того дня. Я смотрю на него, и мрачное выражение его лица говорит мне, что он испытывает больше стресса, чем должен испытывать любой ребенок в последний год обучения в школе.
— Пойдем, — говорю я, направляясь к главному входу. Двое вышибал распахивают перед нами двери, пока я иду прямо к нашей обычной кабинке. Мы всегда сидим именно там. В центре зала, у стены. С этой точки обзора я могу наблюдать за всеми возможными входами.
Я сажусь в центре изогнутой кабинки, мои братья находятся по бокам от меня. К тому времени, как мы усаживаемся, подходит официантка, держа в одной руке поднос. Она улыбается, но не говорит ни слова, после чего ставит стакан с виски передо мной, а затем по стакану перед каждым из моих братьев. Я смотрю, как она продолжает наливать здоровую порцию Cinque в стаканы, а затем ненадолго поднимает глаза и уходит. Странно. Обычно наши официантки пытаются завязать разговор.
 
— Она новенькая. Кто она? — Спрашивает Санто, его глаза прикованы к спине девушки, когда она неторопливо подходит к бару.
— Понятия не имею. — Я беру свой стакан и подношу его к губам. — А что? — спрашиваю я, делая глоток своего напитка.
— Мы должны знать, кто у нас работает, а персонал должен приветствовать клиентов, — говорит он.
— Она, наверное, нервничает. В смысле, ты выглядишь так, будто ты готов оторвать кому-то голову, поэтому неудивительно, что она промолчала, — говорит Гейб.
— Ладно… что теперь будет? — Спрашивает Вин.
— Теперь мы продолжим жить своей жизнью, — говорю я ему, а потом добавляю: — А ты возвращаешься в школу.
— Вся моя форма сгорела вместе с домом. Кроме того, мне как бы негде было жить, — говорит он.
Мы остановились в моем частном пентхаусе в городе. Он отнюдь не маленький, но, черт возьми, кажется таковым, когда в него запихивают пятерых взрослых мужчин.
— Я работаю над этим. Сейчас мой риэлтор ищет недвижимость.
— Мы все могли бы просто обзавестись собственными домами. Нам не обязательно жить вместе, — говорит Марсель.
— Нам лучше жить вместе. Сейчас, как никогда, нам нужно выступить единым фронтом.
У меня в кармане вибрирует телефон. Я достаю его и читаю сообщение от риэлтора, который ищет для нас дом.
КИТ:
Я нашел идеальную недвижимость.
Он прикрепил ссылку на объявление. Но я не удосужился открыть ее.
Я:
Пришли мне адрес и встретимся там через сорок минут.
Не дожидаясь его ответа, я убираю телефон в карман и поднимаю глаза как раз в тот момент, когда Санто выскальзывает из кабинки.
— Мне нужно пойти посмотреть на дом. Присмотрите за ним, — говорю я трем другим братьям.
Вин выскальзывает из кабинки, и я следую за ним. Как только я встаю, то понимаю причину, по которой Санто ушел. Я снимаю пиджак и бросаю его на стол.
Ладно, тогда поступим так.
Санто тащит какого-то чувака за воротник рубашки. Я не слышу, что он говорит, но слышу хруст костей, когда он разворачивает парня, отводит кулак назад и обрушивает его на нос ублюдка, когда я подхожу к ним.
— А, блять.
Все друзья парня встают. Двое из них нападают на Санто. Да, этого, блять, не может быть. Не знаю, зачем он затеял эту драку, и была ли она вообще оправдана, но, черт возьми, я не буду стоять в стороне и позволять кому бы то ни было трогать моего брата.
К тому времени, как я валю одного из них на пол, Гейб, Марсель и Вин оказываются рядом со мной.
— Ну, это быстро закончилось, — говорит Марсель, оглядывая бар. Двое парней лежат на земле без сознания, а еще четверо отступают, глядя на нас, как на стадо диких зверей.
— Убери это дерьмо, — говорю я Гейбу и направляюсь к нашему столику. Я беру свой пиджак и выхожу к внедорожнику, где меня ждут два моих самых надежных солдата.
— Куда едем, босс? — Спрашивает Дэн, в то время как Джеймс хранит молчание.
Босс. Потребуется некоторое время, чтобы к этому привыкнуть. А пока все идет своим чередом. Я достаю телефон и сообщаю им адрес, который прислал Кит.
Глава 2
Я люблю свою работу. Правда люблю… но вот в чем загвоздка. Это долгие часы работы по выходным, и мне приходится постоянно иметь дело с подлыми клиентами и еще более подлыми коллегами. Временами офис похож на зону боевых действий. Выживают только сильнейшие.
Конкуренция в этом конкретном агентстве — это нечто иное. Я работаю здесь уже четыре месяца, и мне все еще не удалось найти свое место. Что я нашла, так это безумные комиссионные, которые прилагаются к продаже элитной недвижимости, которую мы продаем.