Обещание грешника (ЛП)

— Да, но не в свою постель.
— Ладно, тогда за то, чтобы наконец оказаться в твоей постели. — Она чокается своим стаканом о мой. — Мм, в холодном виде оно лучше, — комментирует она, потягивая виски.
Я забираю стакан из ее рук и ставлю его рядом со своим на прикроватную тумбочку. Затем берусь за подол ее блузки, расстегиваю ее на талии и стягиваю через голову. Бросив блузку на пол, я протягиваю руку ей за спину и расстегиваю молнию ее юбки, позволяя ткани упасть к ее ногам. Никто из нас не произносит ни слова, когда я протягиваю ей руку, чтобы она могла выйти. Я щелкаю застежкой лифчика и стягиваю бретельки с ее рук. Ее грудь оказывается на свободе.
Черт, как же мне нравятся ее сиськи. Мои руки ласкают их, нежно перекатывая пальцами ее соски. Элли издает тихий стон. Опускаясь перед ней на колени, я спускаю трусики с ее ног, поднимая каждую ступню по очереди, чтобы она могла выйти. Я зарываюсь лицом в ее холмик, вдыхая ее аромат.
— Я чертовски люблю эту киску, — шепчу я.
— Почти уверена, что она любит тебя в ответ, — говорит Элли.
Я поднимаюсь на ноги и провожу пальцем по ее влажным складочкам. Ее колени подгибаются, прежде чем она восстанавливает равновесие. Мне нужно уложить ее на кровать. Я не хочу торопиться с ней. У меня впереди целая ночь, и я собираюсь сделать так, чтобы она, черт возьми, длилась долго. Я подхватываю ее на руки, кладу на середину кровати, располагаюсь между ее бедер и поднимаю ее левую ногу. Мои губы целуют ее лодыжку, пока я расстегиваю туфлю и снимаю ее. Я повторяю процесс с ее правой ногой.
— Черт возьми, ты такая красивая, — говорю я ей, глядя на ее обнаженное тело.
— Спасибо. — Улыбается Элли.
Одна из вещей, которая делает эту женщину еще более ошеломляющей, — это ее уверенность. Ей не нужно, чтобы я говорил ей, насколько она красива. И она никогда не напрашивается на комплименты, хотя я все равно планирую говорить их ей.
— Сегодня я не буду торопиться с этим телом. Я заставлю тебя выкрикивать мое имя снова, снова и снова, — говорю я ей, проводя пальцами вверх и вниз по ее икре. — Я хочу, чтобы каждый человек в этом доме слышал, как ты кричишь мое имя. Услышал, что ты моя.
— Здесь чертова уйма людей, Джио.
— Элли, я хочу, чтобы весь гребаный мир знал, что ты моя.
Она моргает, глядя на меня.
— Ну, тогда чего ты ждешь? — спрашивает она, шире раздвигая ноги. — Это твое открытое приглашение, Джованни. Сделай все возможное и посмотри, насколько громко я смогу кричать.
Глава 18

Взгляд Джио прожигает мою кожу. Он наблюдает за мной, чертовски медленно снимая пиджак. Затем он снимает пояс с оружием, который висел у него на плечах. Когда я впервые увидела, что у него при себе оружие, это меня напугало. Не потому, что я его боюсь, хотя здравый смысл подсказывает, что стоит бояться.
Нет, меня пугают причины, по которым ему приходится носить оружие с собой. Причины, по которым он может их использовать. Не знаю, выдержу ли я, если он пострадает. Или еще хуже… потерять его после того, как только что нашла его.
Он кладет пистолеты на пол у кровати, затем выпрямляется во весь рост и ослабляет галстук. Он развязывает узел и стягивает шелковую ткань с шеи.
— Подними руки над головой, — говорит он.
— Зачем? — Спрашиваю я. Хотя все равно следую его указаниям.
— Потому что это моя кровать, Элли. Я устанавливаю здесь правила, — говорит он, склоняясь надо мной.
Я чувствую, как он затягивает галстук вокруг моих запястий. Я теряюсь в его запахе и не обращаю внимания на то, что здесь на самом деле происходит. Когда он снова выпрямляется, я пытаюсь пошевелить руками и понимаю, что они не двигаются. Я запрокидываю голову и вижу, что галстук теперь прикреплен к изголовью кровати.
Я оглядываюсь на Джио и улыбаюсь.
— Ладно, и что теперь? — Я, честно говоря, заинтригована тем, к чему это приведет.
 
— Знаешь, большинство людей не улыбаются, когда я их связываю. — Ухмыляется он.
— Ну, я не принадлежу к большинству людей, и мне хотелось бы продолжать верить, что ты не привязываешь других людей к своей постели, Джованни. — Я хмуро смотрю на него.
— У меня никогда не было другой женщины в этой постели, Элли. — Похоже, он тщательно подбирает слова. Что я сейчас очень ценю. Мне не нравится ощущать ревность.
Джио снимает рубашку, и у меня текут слюнки при виде его обнаженной груди и пресса, по которому я так люблю водить языком. Мои пальцы подрагивают; так и хочется протянуть руку и коснуться его.
— Я хочу прикоснуться к тебе, — повторяю я в точности то, о чем думаю.
— Правда? Хорошие вещи приходят к тем, кто ждет. — Смеется она.
Я наблюдаю, как Джио протягивает руку и берет один из стаканов с виски. Он делает глоток и подносит стакан к моей обнаженной груди. Он капает холодную жидкость на каждую из моих грудей. Затем его рот захватывает и начинает посасывать мой сосок. После этого он переходит на другую сторону и с такой же заботой посасывает другой. Моя спина выгибается дугой над кроватью, а по телу пробегают волны удовольствия.
— Ммм, на тебе виски еще вкуснее, — говорит он.
— Ммм, — бормочу я в ответ.
Джио выливает немного виски мне на живот, а его губы и язык прокладывают дорожку ниже. На этот раз его рот приникает к местам по всей нижней части моего живота, покусывая и посасывая, и я знаю, что на мне останется след от любовных укусов. Я закрываю глаза, когда удовольствие разливается по каждому моему нервному окончанию. Слышу, как он ставит стакан на прикроватную тумбочку. Но когда я чувствую, как холод обжигает мои соски, мои глаза распахиваются. Джио ухмыляется мне сверху вниз, потирая одним из золотых камней для виски мою грудь.
— О черт, — шиплю я. Он протягивает руку, достает еще один камень и проводит им по другому соску. Моя спина практически отлетает от кровати. — О боже мой!
Джио хихикает, а затем продолжает прокладывать ледяную дорожку вдоль моего тела. Он проводит золотыми камнями по моему животу, а затем опускает их ниже. Он опускается на колени у меня между ног, мои бедра широко раздвигаются для него, когда он переключает свое внимание на мой клитор, и я вскрикиваю.
— Святой долбаный бог! Джио.
Он ничего не говорит, просто смотрит, как я извиваюсь под ним. Мои ноги пытаются сомкнуться, ощущение почти невыносимое, но Джио крепко удерживает меня на месте. Он нежно водит камнем вокруг моего клитора. Моя голова откидывается назад, глаза закрываются, в то время как руки теребят мои импровизированные ремни.
— Мне чертовски нравится, какая ты отзывчивая, — говорит он.
— О боже! ДЖИО! — Выкрикиваю я его имя, когда ощущение удовольствия рикошетом проносятся сквозь меня.
Я чувствую, как лед опускается все ниже. Джио трет им мой вход, не проталкивая внутрь, хотя моя сердцевина пульсирует, ища чего-то. Мне нужно что-то. Затем второй камень попадает мне в клитор, и Джио сильно прижимает кубик ко мне.
— Я хочу увидеть, как ты кончаешь, Элли, — говорит он. — Потрись о камень.
Мои бедра начинают извиваться, едва дождавшись приказа. Холод, давление… Это очень много, и я чувствую, как мой оргазм поднимается на поверхность.
— Черт, Джио, черт, — кричу я, мои пальцы сжимаются вокруг галстука. Ноги упираются в матрас, бедра поднимаются вверх, и удовольствие пронзает меня насквозь.
Как только я отхожу от оргазма, Джио убирает ледяные камни и накрывает мой клитор своим ртом. Смена температуры с холодной на теплую доводит меня до очередного оргазма, когда он посасывает мой затвердевший бутон.
— Господи, Джио! — Кричу я.
Он продолжает ласкать меня, пока я не расслабляюсь настолько, что мое тело полностью погружается в матрас. У меня больше нет сил. Кажется, я отдала ему все, что могла. Джио поднимается выше, осыпая меня поцелуями и ласками.
— Я никогда не смогу насытиться тобой, — говорит он.
— Развяжи меня, — говорю я ему. Он смотрит на мои запястья, а затем снова на меня. — Пожалуйста.