Обещание грешника (ЛП)

— Я просмотрел все имущество старика. И ни черта не нашел, — добавляет Гейб.
— Вообще-то есть еще одно место, где можно поискать. — Вин достает из своей школьной сумки листок бумаги и что-то записывает. — Отправляйся по этому адресу. Это одно из менее известных владений отца… ну, думаю, теперь оно наше. Или твое. Я не хочу иметь ничего общего с этой дырой, — добавляет он, бросает бумагу на стол и стремительно выходит из комнаты.
— Что, черт возьми, это было? — Я перевожу взгляд с Гейба на Марселя.
— Понятия не имею. — Марсель берет листок и просматривает адрес. — Узнаешь его?
Я смотрю на листок и качаю головой. В голову ничего не приходит. Поэтому я возвращаю свое внимание Гейбу.
— Вы двое, идите проверьте, — говорю я ему. — Мне нужно отправиться в Cinque. У меня встреча с Манчини. — Я запихиваю в рот уже остывшую полоску бекона, а затем отправляюсь в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться.
Я захожу в склад, где хранится большая часть наших бочек. И не знаю, где, черт возьми, Санто. Он должен был быть здесь, но не отвечает на мои звонки. Примерно неделю назад я перестал заставлять ребят следить за ним. Теперь я думаю, не слишком ли рано обрубил ему хвост.
Мое утреннее заявление об Элли ему не понравилось. Хотя я этого и не ожидал. Как раз в тот момент, когда я собираюсь позвонить ему снова, он выходит из-за угла.
— Где, черт возьми, ты был? — Рычу я на него.
— Здесь. Где еще мне быть? — Бросает он мне.
— Почему ты не отвечал на мои звонки? Я искал тебя повсюду.
— Оставил свой телефон дома. — Он пожимает плечами. Как будто в этом нет ничего особенного.
— Ты в порядке?
— Джио, прекрати пытаться меня анализировать. Я в порядке. Что тебе нужно? — Он буравит меня взглядом.
— У меня встреча с Манчини через час. Мне нужно, чтобы ты был там.
— Где?
— Здесь. Давай, покажи мне свою новую разработку. Уже придумал название?
От моего вопроса он чешет затылок и отводит взгляд.
— А… вроде того, — отвечает он мне.
Я смотрю на своего брата.
— И какое же?
— Cinque Dolore, — говорит он.
Dolore. Это слово переводится как боль, горе, утрата. Я не уверен, что это лучшее название для нашей марки алкоголя.
— Просто попробуй, прежде чем отвергать эту идею, — говорит Санто.
Я киваю головой в знак согласия. Эта новая разработка — единственное, что занимало его мысли в последнее время. Он по-прежнему напивается до беспамятства каждую ночь, но больше не ввязывается в драки. Не то чтобы кто-то собирался выступать против него после оставленного мной сообщения.
Я следую за Санто в кабинет, и он наливает два бокала светло-золотистого виски. И протягивает один мне.
— Твое здоровье. — Он чокается своим бокалом с моим.
Вкус взрывается у меня на языке в ту минуту, когда я делаю первый глоток. Вкусно, действительно чертовски вкусно. И пьется легко.
— Это… превосходно, — говорю я Санто.
— Знаю.
— Значит, Dolore, — повторяю я. — Давай попробуем. Принеси бутылку на эту встречу с Манчини.
Я расставил несколько стаканов и бутылок на складе и убедился, что поблизости обычных работников винокурни здесь нет.
Несколько минут спустя входят Джеймс и Дэн с Алексом и тремя его парнями позади него. Один из них — его шурин, Лео, я встречался с ним несколько раз за эти годы. Двух других я никогда раньше не видел.
— Алекс Манчини, давно не виделись. — Я пожимаю ему руку.
— Ну, когда я услышал, что вы, ребята, выпускаете новый продукт, я захотел убедиться, что буду первым, кто его попробует. — Смеется Алекс.
— Новый продукт — заслуга Санто. Я не имею к этому никакого отношения. Проходи, садись. — Я указываю на стол с высокой столешницей, на котором по центру выстроены в ряд все наши разработки.
— Пытаешься меня напоить, Джио? — Говорит Алекс, разглядывая бутылки.
— Не думаю, что на этом складе достаточно спиртного для этого, Манчини, — невозмутимо заявляю я. Я уже выпивал с этим ублюдком раньше, и, честно говоря, никогда не видел никого, кто мог бы так пить, как он. Я наблюдаю за двумя мужчинами, которых он привел с собой, и не узнаю ни одного из них. — Кто твои друзья?
 
Алекс ухмыляется.
— Они мне не друзья. Это кузены моей жены. Я хотел пристрелить их. Лили мне не позволила. Но теперь, когда я думаю об этом, тебя ничто не остановит.
Я слышал о родственниках Алекса. Он женился на кузине Валентино. Это одна из пяти семей из Нью-Йорка.
Младший из них насмехается.
— Маттео Валентино. А это мой брат, Тео. Просто чтобы ты знал: как бы Алексу ни хотелось думать, что он желает нам смерти, он будет очень сильно скучать по нам. — Затем он протягивает мне руку.
— Джио Де Беллис. Это мой брат Санто. — Киваю я. — И Джеймс с Дэном. — Я указываю туда, где стоят мои люди, находясь в пределах слышимости.
Маттео улыбается одной из тех расслабленных улыбок, которые призваны успокоить вас. Но на меня это не действует. Я слышал слишком много историй о Валентино, чтобы доверять этим ублюдкам.
Я сажусь за стол, замечая, что старший брат Валентино еще не произнес ни единого слова.
— Это последний продукт, разработанный Санто. — Я беру графин и наливаю на два пальца в каждый бокал.
— У него есть название? — Спрашивает Алекс.
— Dolore, — говорит Санто.
— Скорбь? — наконец говорит Тео.
— Боль, горе, все, что вы хотите, чтобы это значило, — говорю я им.
Глаза Алекса перескакивают с меня на брата, потом обратно на Валентино. Он знает, что произошло с Шелли. Он также знает, что случилось с моим отцом. Мы уже некоторое время ведем дела.
— Блять, это хорошо, — говорит Тео. — Ладно, вот в чем дело. Меня не волнует, какие дела у тебя сегодня с Манчини. Я здесь для того, чтобы ты согласился присылать мне ящик этого дерьма каждый месяц. — Он поднимает пустой стакан, чтобы сделать акцент на этом.
— Каждый месяц? — Спрашиваю я. — В Нью-Йорк?
— Ага. Каждый месяц, — вмешивается Маттео. — Это лучшее виски, которое я когда-либо пробовал, а Алекс держит свое под замком.
— Я не стану делиться хорошим дерьмом с вами, придурки, — фыркает Алекс.
Я смотрю на Санто, который сидит рядом со мной и выглядит чертовски скучающим.
— Уверен, мы сможем заключить сделку, которая принесет пользу нам обоим, — говорю я Тео.
— Отлично. Теперь, когда с этим разобрались, я ухожу. Спасибо за дегустацию. Маттео, пошли. — Тео поднимается на ноги. — О, и, Джованни, если тебе захочется разобраться с Алексом, когда мы отвернемся, ты окажешь нам услугу. — Он ухмыляется. От меня не ускользает тот факт, что он назвал меня полным именем. Он дает мне понять, что разузнал обо мне. Уверен, это должно напугать. Но это не так.
— Скажи мне еще раз, зачем нам понадобилось их приводить? — Спрашивает помощник Алекса.
— Потому что Лили заставила меня пообещать вести себя хорошо, Лео, — стонет Алекс.
Я достаю телефон из кармана и отправляю Элли сообщение.
Я:
У тебя есть кузены?
Она отвечает не сразу, но я знаю, что она на работе. Засовывая телефон обратно в карман, я смотрю на Алекса.
— Итак, триста единиц за 100 тысяч.
Выгодная сделка с оружием для обеих сторон, если можно так выразиться. Ему нужно оружие. Я продаю оружие. Это единственная причина, по которой мы все находимся в одной комнате. Моего отца не волновало, кому он продает. Что касается меня? Я отказываюсь продавать тем, кто занимается аморальным бизнесом. Например, торговлей людьми. Я не связываюсь ни с кем, кто занимается подобным дерьмом. У каждого есть границы, которые он не переступает… ну, по крайней мере, у большинства людей, и торговля людьми — одна из моих.
— Добавь несколько ящиков этого, когда оно будет разлито по бутылкам, — говорит Алекс, поднимая стакан, который только что наполнил Санто.
— Договорились.
— Пойдем, покончим с этим дерьмом. — Я указываю на заднюю часть склада.