Обещание грешника (ЛП)

Я снимаю наплечные кобуры и аккуратно кладу пистолеты на ее туалетный столик. Затем достаю из-за спины запасную "девятку". Все это время я не свожу с нее глаз, оценивая ее реакцию на эту часть меня. Часть, которую я скрывал от нее до сих пор. Нагнувшись, я поднимаю подол брюк и достаю нож, который спрятал у лодыжки.
— Ты этого не отрицал, — говорит Элли.
— Чего не отрицал? — Спрашиваю я ее, расстегивая пуговицы.
— Что ты босс мафии.
— Я не собираюсь начинать наши отношения со лжи. И никогда не буду лгать тебе, Элли, даже если правда будет неприятной, — говорю я, позволяя ткани моей рубашки упасть на пол.
— Ты… ты в опасности? — спрашивает она.
— Жизнь сама по себе опасна, — напоминаю я ей. Я снимаю туфли, потом носки, затем встаю в полный рост и расстегиваю ремень.
— Но тебе причинят боль? В смысле, люди активно пытаются причинить тебе вред?
— Я так не думаю.
— Ты так не думаешь? Значит, ты не знаешь?
— У нас есть враги. И всегда они будут. Но замышляют ли сейчас если эти враги против нас какой-то заговор? Понятия не имею.
— Как умер твой отец? — Она продолжает свою линию вопросов.
Я останавливаюсь, держу руки на молнии и отворачиваюсь от нее. Я только что сказал ей, что не буду ей лгать, и планирую сдержать свое слово. Но я также не думаю, что она готова услышать такой ответ.
— Джио? Как он умер? — настаивает она.
— Мне нужно, чтобы ты не спрашивала меня об этом, Элли, — говорю я ей.
Она смотрит на меня и закутывается в одеяло, прикрывая свое тело. Защищаясь. Со мной это не сработает. Она смотрит на меня таким взглядом, который говорит мне, что колесики в ее голове крутятся. Она готова бежать. Снова.
Я подхожу к кровати, наклоняюсь и поднимаю ее на руки.
— А, что ты делаешь? — визжит она.
— Шшш. — Я захожу в ванную и закрываю за нами дверь. Поставив Элли на ноги, я захожу в кабинку и включаю душ. То же самое делаю с краном на раковине. — То, что я тебе скажу, не должно покидать пределы этой комнаты, Элли. Не стоит никому рассказывать об этом. Если захочешь обсудить это со мной еще раз, то сделаем это только с глазу на глаз. Но никогда ни при ком другом.
Глаза Элли снова расширяются. В их глубине немного страха, но она все равно кивает.
— Хорошо.
Я наклоняюсь вперед, останавливаясь, когда мои губы достигают ее уха.
— Я убил его, — шепчу я, затем отстраняюсь, оценивая ее реакцию. Она ахает, прикрывая рот рукой. — Мой брат Санто был помолвлен. У него должна была быть свадьба, дата которой была назначена несколько недель назад. Пока он не обнаружил свою невесту, Шелли, зверски убитой. И это сделал наш отец. У меня не было выбора. Я больше не мог позволить ему причинять боль своим братьям.
Элли просто стоит и смотрит на меня. Она не произносит ни слова, не издает ни звука.
— Скажи что-нибудь, — умоляю я ее.
— Ты в порядке? — спрашивает она.
— В порядке ли я? — Мои брови сходятся в замешательстве.
— Все это слишком, Джио. Так что, да, ты в порядке? Например, у тебя не будет проблем с полицией? С твоей совестью все в порядке? Я не знаю. Просто… ты в порядке? — повторяет она.
— Элли, я в порядке. Наш отец не был хорошим человеком. Поверь мне, по нему никто не скучает. Я сожалею только о том, что не сделал этого раньше. Я мог бы спасти Шелли. Мог бы предотвратить то, что у Санто вырвали сердце из груди.
— Мне жаль…
— За что?
— Что ты имеешь дело со всем этим. В одиночку.
— Я не один. У меня есть мои братья.
— И я. — Улыбается Элли.
— И ты, — соглашаюсь я. Я обнимаю ее за талию и прижимаю к себе. — Я говорил серьезно. Я никогда никому не позволю причинить тебе боль, Элли. Я тоже никогда не причиню тебе боль.
— Я верю тебе, — шепчет она, после чего расслабляется в моих объятиях.
Настойчивое жужжание вырывает меня из сна. Затем что-то бьет меня в грудь. Мои глаза распахиваются, и я хватаюсь за руку, которая в данный момент бьет меня.
 
— Выключи это, — бормочет Элли.
Я протягиваю руку и беру свой телефон, который, похоже, и является причиной жужжания.
— Да. — Подношу я его к уху.
— Джио, где ты? — Спрашивает Марсель.
— Вышел, а что?
— Это Санто. Тебе нужно вернуться домой.
Я вскакиваю с кровати и тут же оглядываю комнату в поисках своей разбросанной одежды.
— Что случилось? — спрашиваю я Марселя.
— Он дрался, но что-то пошло не так. Он, блять, весь в синяках, Джио. Возвращайся домой.
— Уже еду. — Я вешаю трубку и начинаю одеваться.
— Что случилось? — Спрашивает Элли. Она садится, не забыв натянуть простыню на грудь.
— Мне нужно идти, извини.
— Хорошо, — говорит она.
Я застегиваю кобуру и надеваю пиджак. Затем наклоняюсь и целую Элли в лоб.
— Прости. Я хотел приготовить тебе завтрак, — говорю я ей.
— Было бы трудно сделать с пустым холодильником. На этой неделе у меня не было возможности купить продукты. — Смеется она.
— И все же. Я бы не стал уходить от тебя так рано, если бы это не было важно.
— Все в порядке, Джио. Иди и делай то, что должен.
Эти три маленьких слова вертятся у меня на кончике языка. Мое сердце учащенно бьется при этой мысли. Но я не могу их произнести. Сейчас не время, и я не думаю, что Элли полностью готова услышать то, что я хочу ей сказать.

— Какого хрена, Санто? — Рычу я, входя в спальню брата. Он лежит на кровати, пока док упаковывает свое оборудование.
— Ой, у меня болит голова, Джио. Не ори, — ворчит Санто.
— О, как жаль. Что, черт возьми, произошло?
— Я кое с кем немного повздорил. — Он как бы пожимает плечами.
— С кем?
— Это не имеет значения.
— Еще как имеет, блять. С кем, Санто?
— Это был бойцовский клуб, Джио, по обоюдному согласию. Ты знаешь, как они работают.
— Мне, блять, плевать, как они работают. Какого хрена ты позволил себя так избить? — Спрашиваю я его, и он мне не отвечает. Я выхожу из комнаты, а док всего в нескольких шагах позади меня. — Насколько он плох?
— Пара сломанных ребер. Кроме этого, только несколько порезов и ушибов.
— Спасибо. — Я провожу рукой по волосам и отправляюсь на поиски остальных братьев.
Я нахожу Гейба, Марселя и Вина в одной из гостиных.
— Что случилось? — Спрашиваю я их.
— Он вышел на ринг — ублюдок даже не пытался сопротивляться. Не нанес ни единого удара, — говорит Гейб.
— А ты что? Просто позволил ему стоять там, пока какой-то мудак продолжал избивать его?
— Нет, я вмешался и положил этому конец, как только понял, что он делает. Если бы я этого не сделал, он был бы мертв.
— С кем он дрался? Мне нужно имя.
— Райан Дуайер.
— Хорошо. Гейб, пойдем со мной. — Затем я поворачиваюсь к Марселю и Вину. — Вы двое оставайтесь неподалеку и постарайтесь убедиться, что он не встанет с кровати. Свяжите его, если потребуется.
Я наношу еще один удар, попадая ублюдку в висок.
— Ты действительно думал, что сможешь просто выбить дерьмо из моего брата и избежать встречи со мной? — кричу я ему в окровавленное лицо. Затем протягиваю ладонь, и Гейб вручает мне бейсбольную биту.
— Нет. Я ничего такого не имел в виду… — Говорит Райан.
Я замахиваюсь битой. Она попадает Райану по ребрам, и он падает на землю. Я не останавливаюсь. Я заношу биту обратно и снова бью, на этот раз попав ему по ноге, затем снова сосредотачиваюсь на его ребрах. Голову оставляю напоследок. Закончив, я с трудом вдыхаю воздух. Затем оглядываю себя, заметив, что весь в крови. А тело Райана безжизненно лежит на полу подо мной.
— Думаю, он был мертв последние пять минут, босс, — говорит Гейб.
Я бросаю взгляд на брата через плечо.