Золотой воскресник
Звонок от радиослушателя.
– Здравствуйте! Как вас зовут? – спрашивает ведущая.
– …Александр.
– Ну?
Молчание.
– Матерщина меня оскорбляет до глубины души, – продолжает гостья. – Вы произносите слово, означающее мужские гениталии, а я это сразу себе представляю, и мне противно. Что делать? – ставит она опять вопрос ребром.
Звонок. Это Александр. Он долго молчит, наконец произносит:
– …Надо проводить беседы.
– Где? С кем???
Тяжелое молчание.
– Что они мучают этого Александра? – говорит Лёня. – У него, видимо, речевая активность очень слабая, а двигательная хорошая. Он быстро набирает номер, быстрее всех, а что сказать – вот это для него проблема.
* * *Познакомилась с режиссером Адольфом Шапиро.
Полностью опровергнут слоган Бородицкой: “Хорошего человека Адольфом не назовут!”
* * *Юбилей у карикатуриста Сергея Тюнина, семьдесят лет.
– Ну, желаю тебе никогда не расставаться с чувством юмора! – говорю я.
– С чувством юмора – куда уж нам расставаться? – ответил Тюнин. – С этим чувством и в гроб сходить будем.
– А есть такие люди, – говорю, – у которых совсем нет чувства юмора.
– А есть – у которых свое какое-то чувство юмора, – сказал Тюнин. – Это еще хуже…
* * *Люся – в Уваровке – Льву:
– Пора закапывать компостер!
– В субботу я не могу…
* * *Тишкову предложили сделать выставку в Музее прикладного искусства. Он пошел посмотреть пространство, вернулся:
– У меня такое чувство, как будто мне предложили сделать выставку в Мавзолее Ленина. Я спрашиваю: “А можно Ленина вынести на это время?” Мне отвечают: «“Нет, ни в коем случае. Как-нибудь впиши его в общую экспозицию…”
* * *В самолете какой-то мужичок внимательно смотрит на Юрия Полякова.
“Узнал”, – подумал Поляков.
А тот взглянул так хитро, с прищуром и спрашивает доверительно:
– Вы – Виталий Соломин?
Юра это рассказал после того, как Людмила Улицкая спросила у него:
– Вы Николай Кононов?
* * *Тишков, отправляясь за гонораром в издательство за мою книжку о Японии, которую он проиллюстрировал:
– Значит, мне – пятьсот, а тебе – четыреста?
Я говорю:
– Пусть так. Только почему мне четыреста? Я ее все-таки написала…
– Потому что у нас мужчинам, – отвечает Лёня со знанием дела, – платят больше, чем женщинам.
* * *Когда Марину Бородицкую принимали в Союз писателей, против нее вдруг решительно выступил прозаик Теодор Гладков, автор книг про шпионов и разведчиков.
– В сущности, я этого Гладкова понимаю и не держу на него зла, – сказала Бородицкая. – Что ты хочешь от человека, которого зовут ТЕОДОР?
* * *В метро один военный – другому:
– Я помню наизусть пятьсот телефонов!
Седов – мне:
– А я – два. Твой и бабушкин.
* * *Писатель Борис Минаев накупил в “Переделкино” сухарей.
– Я очень люблю сухари! – он признался мне. – Как увижу сухари – сразу покупаю несколько килограммов.
– Что-то в этой твоей любви к сухарям есть…
– …предусмотрительное, – заметил Юрий Поляков.
* * *В Доме творчества с нами за столом сидел Валентин Распутин. Поляков что-то рассказывал, и в его рассказе прозвучало слово “инфернальный”.
– Юра, а что такое “инфернальный”? – спросил Валентин Григорьевич.
– “Дьявольский”, – ответил Юра.
– Вот спасибо, а то я не знал, – сказал Распутин с детской улыбкой. – И все думаю, когда слышу это слово: что оно означает?..
* * *– Морковный суп? – удивился Распутин. – Ведь пост кончился, вы что, вегетарианец? А вы прозаик или поэт? – спросил он у меня.
– Прозаик.
– Все-таки прозаику, – сказал Валентин Распутин, – раз в день котлетку надо бы съесть.
* * *Официантка в Доме творчества “Переделкино” сделала мне комплимент:
– Вы так кушаете аккуратно, ничего под столом не валяется.
* * *Литературовед и переводчик Юрий Архипов запечатлевает для вечности Распутина и Личутина.
– Вот я с кем вас сфотографирую, с Мариной! – говорит Архипов.
– А вы чего такие серьезные, – говорю, – улыбайтесь! – Беру их обоих под руки и расплываюсь в улыбке.
– Мне такую фотографию не давай, – сердито сказал Личутин. – А то жена скажет: чем это ты там занимался?..
– Мне дайте, – говорю, – мой муж скажет: наконец-то с настоящими русскими писателями имела дело!
* * *– Последнее, что я прочитал из молодых, это Нарбикова, – говорил Валентин Распутин. – Меня заинтересовало ее высказывание: “Соловьи поют, чтобы слаще совокупляться. Для того же предназначено искусство”. Мне даже стало интересно, что может написать человек, который так считает?
* * *Владимир Личутин – поразительный прозаик. Он вскрывает такие пласты языка, которые давно никто не знает и не помнит. Недаром про него говорят: “Не читать Личутина – преступление. А читать – наказание”.
* * *– На лыжах-то катаетесь, Георгий Дмитрич? – спрашиваю Гачева, повстречав его на проселочной дороге.
– Я лыжи берегу, боюсь, затупятся. И так один конец отломился, вот я его привязал и уже лет пять катаюсь с привязанным концом.
– А чего пластиковые не купите?
– По причине крайней нищеты.
* * *– Мариночка! – говорила Люся. – Нехорошо постоянно находиться в нирване, когда другие в рванине!
* * *В Милане наш итальянский приятель Домиано достал билеты на “Тайную вечерю” Леонардо да Винчи.
– А вдруг нам не понравится? – волновался Лёня. – Лучше не смотреть…
* * *Писатель Максим Гуреев:
– Марин, я у вашего сына в школе преподавал древнерусскую литературу. Сергей пришел сдавать зачет, а я давно его не видел и спрашиваю: “Ты где пропадал?” – “Я был в скорбях пустынных…” – он ответил. И я без лишних слов поставил ему зачет.
* * *Люся решила подарить внуку микроскоп.
Лёва спрашивает:
– Зачем ему микроскоп?
– Рассматривать!
– Кого???
– Своих микробов, – отвечает Люся. – Потом, к ним клопы захаживают, тараканы. Ты сам хоть раз в жизни заглянешь в микроскоп. Как это – не интересоваться микромиром? Так ты скажешь: “И что там рассматривать-то – в телескоп?..”
* * *Артист Георгий Бурков озвучивал Дикобраза в моем мультфильме “Корабль пустыни”.
Потом мы взяли такси, и все это время, пока нам было по пути, он мне рассказывал случаи из своей актерской жизни.
– В восьмидесятых на съемках в Чехословакии денег мало давали. А я купил себе шпигачик и бутылочку коньяка. Сижу в фургоне, ем, пью. Ребята заглядывают: “Жор, ну как тут коньячок?” – “На, попробуй!” Все ведь экономили…
* * *– Как Коля Волков будет играть Отелло? Как будет душить Дездемону? – удивлялся Георгий Бурков. – Он сам-то еле живой…
* * *Про мультфильм “Корабль пустыни”, снятый по моему сценарию режиссером Ольгой Розовской, блистательно озвученный великими артистами Георгием Бурковым, Михаилом Кононовым и Натальей Теняковой, Фёдор Савельевич Хитрук сказал, что он получился до того глупый, что даже смешной.
* * *Бурков озвучивал прагматичного Дикобраза, Тенякова – нагловатую Черепаху, а Кононов – воздушного, восторженного Тушканчика. Нет, он не озвучивал. Он стал Тушканчиком, тонким, нервным, взволнованным! Сияющая улыбка, нежно-розовая рубашка в желтый квадратик, широкий ковбойский ремень с железной пряжкой со скрещенными кольтами – на обычных брюках, вдрызг изношенный пиджак фантастического покроя с многочисленными складками на спине. И на карманах шерстяного пиджака – ситцевые кантики в цветочек – жена пришила, чтобы не обтрепывал.