Чужак. Рейнджер
— Потом послушаешь мои бредни, — улыбнулся я. — Я приехал надолго.
Да, я приехал в Белгор надолго. Я так думаю. Пока не разберусь со всеми своими делами, пока Лонир не подготовит почву для небольшого переворота, моей штаб-квартирой будет "Пьяный кабан".
— Пушок, иди ко мне, — крикнул я.
Так, а когда ты успел?
— Кто твои спутники? — поинтересовался Грилас.
— Друзья, воины с юга, — ответил я.
— Они точно воины? — ухмыльнулся Жар, смотря на Шедара.
— А мастер магии Смерти не может быть воином? — поинтересовался я.
— Может, — ответил Жар. — С возвращением, Молния.
А вот и знакомые ворота корчмы. Я не видел их один год, три месяца и двадцать пять дней. Долго я не возвращался сюда. Очень долго. Я соскочил с Пушка и несколько раз с силой пнул калитку. Никого нет дома? Счааз. Просто город еще спит. Здесь почти нет жаворонков. Многие живут, подстраиваясь под охотников. Они ночью не спят, так и мы не спим. Ждут возвращения воинов Белгора домой многие. Ждут их жены и подруги, ждут родичи и друзья. Ждут лекари, алхимики, кузнецы и маги Жизни. Я всегда ждал и меня всегда ждали. А потом…
— И никто не будет тебе бросаться на шею после твоего возвращения из погани. Ни волчицы, ни Дуняша. Ты будешь приходить, а тебя буду встречать только я. Ведь эта главная причина. Остальные решаемы.
Да, Матвей, это и была главная причина. Я сбежал, я не мог видеть город без них. Теперь могу, наверно. Я снова ударил в створку ногой. Еще не хватало портить о дубовые доски свои перчатки!
— Кого там нелегкая принесла?! — заревел сонный медведь, поднятый из берлоги под рождество.
Молчун разговорился. Я улыбнулся.
— Вам пришла телеграмма от вашего мальчика, расписываться в получении будете? — спросил я.
Створки ворот мгновенно распахнулись, не выдержав внезапного удара многотонного и невидимого тарана. Молчун стал магом? Мои руки прижало к бокам двумя стальными обручами, затрещали мои бедные сминаемые ребра, ноги оторвались от земли. И этот старается меня покалечить. А если бы на мне не было брони?
— Яр, раздавишь, — просипел я в грудь горному великану.
— Вернулся, — прогудел тролль мне на ухо, но выпустил меня из своих камнедробительных объятий.
— У-гу, — смог кивнуть я, — и чуть не был кое-кем зверски убит.
Удар по плечу едва не согнул меня пополам. Надо было одеть готику. Она пожестче будет.
— Кто с тобой? — спросил разговорчивый наш, сминая своей лапищей мне наплечник и пробегая оценивающим взглядом по котам.
Интересно, а у Керина сильно много работы? Чувствую, что мне предстоит серьезный капремонт этой брони.
— Друзья, которым захотелось посмотреть на Белгор, — улыбнулся я.
— Неплохой мечник и неплохой маг, слегка привычный к железу, — проворчал Молчун. — Хорошие друзья. Заходите. Матвей! — рявкнула корабельная сирена. — Влад вернулся.
Охотников бывших не бывает, а особенно охотников-мастеров. У Яра глаз — алмаз.
— Ворота не сломал? — спросил у Молчуна Матвей, появившийся на пороге корчмы
Яр лишь усмехнулся и потрепал по морде довольного Пушка. Хм. А как драку не быть довольным, если эта скотина умудрилась найти вряка неподалеку от ворот и плотно позавтракать? Пушок их манком приманивает, что ли?
— Здравствуй, племяшь, надолго? — обнял меня Матвей.
— Да, — я стиснул его плечи. — Хочу наконец-то к демонам на нижние уровни заглянуть. А то так и форму можно потерять.
— Понятно, — улыбнулся Матвей. — Опять отрабатывать технику и тактику боя будешь. Лайда, — обернулся Матвей к девушке, выбежавшей корчмы. — Готовь завтрак, обед и ужин в больших количествах. У нас сегодня будет много посетителей.
Лайда улыбнулась, подошла ко мне, поцеловала в щеку и скрылась в доме. Ты хорошая девушка и я рад тебя видеть, но я был бы счастлив, если бы увидел на твоем месте другую. Дуняши здесь нет, к сожалению.
— Где они? — спросил я Матвея.
— В храме Единого, — ответил он. — Готовятся принять постриг.
Сердце колыхнулось и замерло.
— Когда? — раздвинул я непослушные губы.
— Через месяц, — мрачно ответил Матвей. — Пойдем внутрь, пока Лайда будет готовить еду, я все расскажу тебе.
— Только быстро, Матвей, — сказал я. — Я решил снова увидеть храм Единого. Они не станут монашками. Ты меня понимаешь?
— Я на тебя надеюсь, — грустно усмехнулся Матвей. — Ты вовремя появился. Делай и обещай все и всем, что хочешь.
— Договорились, — улыбнулся я.
Хрен вы примете постриг. Хрен вы станете монашками. Вы будете жить, и радоваться жизни, а не существовать. Я клянусь вам в этом. Святоши перебьются без вас. Жаль, что маги Жизни не лечат психические расстройства. Жаль, что мозгоправов здесь нет, но ничего. Я приведу вас в чувство. Я придумаю, как это сделать и мне похрену все, что будет мешать мне этого добиться. Вы будете жить долго и счастливо. Я охотник и я сказал это мысленно, но ничего это не меняет. Я сделаю это или…
— Третий и Шенир, поскучайте пока в зале без меня, — сказал я. — А потом мы прогуляемся, пока Жар будет помогать Лайде на кухне.
— С превеликим удовольствием, — усмехнулся магистр Смерти, — забери девчонок оттуда и я тебе лично зажарю гуся с яблоками. Кстати, майонез у меня уже начал хорошо получаться.
— Только не с жареным гусем, — испугался я.
— А оливье ты уже не любишь? — изумился Жар.
Нет, лучшие поварихи — это повара. Ну, есть у Жара способность к этому действу. Счастливец! Кроме шашлыков я ничего не умею готовить.
Храм Единого нисколько не изменился. А чего я ждал? Магия драконов, что б ее тридцать три раза об колено. Кстати, с ними я еще не успел поручкаться, да и с тритонами не общался, а если вспомнить еще и троллей, и других выкидышей бездны из новых рас, то вообще. Не получится из меня Ливингстона. Ба! А через двор храма быстро идет знакомое лицо. Здравствуй, мил человек! Я снял шлем. Расширившиеся глаза старого приятеля. Хм.
— Добрый день, отец Эстор, — склонил я голову и заступил дорогу святоше.
А почему, собственно говоря, ты попытался шарахнуться от меня? Остановил свое движение, но ведь оно было. Интересно девки пляшут. Ты меня боишься?
— Здравствуй, Влад, — улыбнулся падре.
Боишься. Легкое подрагивание левого века, испарина, выступившая на лбу, суетливый взгляд в сторону.
— Я решил проведать сестру и Арну, — сказал я.
— Тебе давно нужно было это сделать, — укоризненно заметил падре. — Им нужна вся поддержка, которую могут дать им родные и близкие.
А почему ты меня боишься? Теперь ты полностью контролируешь себя, но ведь это было! Ты, церковная шишка с большим весом, боишься меня. Так, значит, ты мне сделал нечто такое, что мама не горюй. Интересно, а что именно ты мне сделал?
— Каюсь, отец Эстор, — повинился я, — но я сделаю все, чтобы загладить свою вину и девушки вновь почувствовали вкус к жизни.
Посмотрим, как ты отреагируешь на мой тонкий намек.
— Девушки и так счастливы, — улыбнулся падре. — И будут счастливы еще больше, когда станут на одну ступеньку ближе к Создателю. Слишком много им пришлось пережить. Слишком многое они смогли понять. Девушки решили откинуть суетливый, жестокий, мелочный, жадный и завистливый мир. В тишине и спокойствии они проведут остаток своих дней, вознося хвалу Создателю и моля его о милости для своих близких и друзей.
Во как завернул, подлец! А намек не понял. Что ж объясню на пальцах. Кстати, ты на полном серьезе желаешь им добра. Я не понял или я после занятий с Четвертым стал большим спецом в магии Разума, или ты выбит из седла встречей со мной любимым. Я слишком легко улавливаю твои эмоции. Есть еще один вариант. С тобой я долго не общался, а вот с зубрами обмана приходилось, особенно в последнее время. Одна Эла чего стоит. Может мое первоначальное мнение о тебе, было неверным? Я тогда мало, что знал и понимал. В последний раз я виделся с тобой после убийства клириков, нехорошим мной. Хотя, виделся — это громко сказано. Я видел твою рожицу и ты юркнул по своим делам к отцу Анеру. Кстати, что-то я долго молчу.