Качели судьбы. Каторжанин (СИ)

Я посмотрел на монструозного размера кисти рук старшего прапорщика и представил, какого размера они будут после того, как сожмутся в кулаки. Жуть жуткая. Впрочем, я и без предупреждений со стороны представителей лагерной администрации не собираюсь с кем-либо здесь конфликтовать. И вообще, до настоящего времени пребываю в полнейшей прострации и плохо понимаю, что такое вообще со мной происходит.
Мои размышления прервал голос соседа справа:
— Тащ старший прапорщик, можно вопрос?
— Тамбовский волк тебе тащ! А для всех здесь присутствующих я — Гражданин Начальник, без обозначения звания, имени и отчества. Всем понятно⁈
Сотня выстроившихся в коридоре барака молодых парней довольно дружно рявкнула:
— Так точно, Гражданин Начальник!
После чего, уже более спокойным тоном сказал:
— На вопросы отвечу после инструктажа и переклички. Впрочем, с инструктажем мы с вами закончили, что непонятно, спросите у меня или своих… гм-м-м… товарищей.
Далее представитель лагерной администрации начал долго и нудно перечислять нас по номерам. После того, как очередь дошла до номера пятьдесят два триста сорок пять, я поневоле выпятил грудь и, подражая предыдущим коллегам, выкрикнул громко и отчетливо:
— Пятьдесят два триста сорок пять!
По окончании утренней поверки личного состава (на мой взгляд, процедура абсолютно ненужная, ибо вряд ли существует возможность удрать отсюда куда-либо) представитель лагерной администрации разрешил задавать вопросы исключительно после поднятия руки и устного разрешения с его стороны.
— Пятьдесят два триста сорок восемь, — представился, судя по светлым бровям, белобрысый парень роста невысокого. но коренастого телосложения — эдакий гном из какого-нибудь виртмира, не достает лишь заплетенных в косички бороды и усов. — Гражданин Начальник, почему ночью в казарме такая холодища? Так будет всегда?
— Довожу до вашего сведения, заключенный, пока вы и прочие новички не выполнили необходимой нормы выработки, будете мерзнуть, есть баланду, получать разного рода неприятные ощущения обонятельного характера от пребывания в бараке. Впрочем, дышать свежим воздухом вы можете вне помещения, но вряд ли на морозе вы долго выдержите. Чтобы избавиться от негативных явлений в вашей жизни, также в общем повысить её качество, мой совет — трудиться, трудиться и еще раз трудиться, да так, чтобы не просто выполнять, а перевыполнять норму выработки. Тогда и еда будет вкуснее, и… ну, вы, надеюсь, поняли.
— Пятьдесят два триста сорок четвертый, Гражданин Начальник, в данный момент мы находимся в виртуальной реальности, отчего в таком случае я не имею доступа к игровому интерфейсу? Может сбой какой?
Ага, интерфейс, ну как же я мог не обратить своего внимания на отсутствие столь важной детали всякого виртуального мира. Мы хоть и на зоне, но фактически находимся в игровом пространстве, значит, информация о состоянии наших виртуальных оболочек и, в общем, об окружающей нас хоть и ненастоящей, но все-таки реальности должна присутствовать в виде таблиц разного рода переменных значений, а также разного рода игровых оповещений. Единственным оповещением пока что было приветственное поздравление от администрации лагеря о том, что отныне и до самой своей кончины я буду отбывать приговор суда в колонии строгого режима «Локация 346». По идее, интерфейс в стандартном виде должен автоматически появиться перед моим взором, после чего я получу возможность трансформировать его в любую удобную мне форму.
— Нет, сынок, место, где ты сейчас находишься, вовсе не игра, поэтому никаких статов и прочих игровых «костылей» у вас не будет. А будет существование в условно-материальном мире. А что такое материя по определению одного великого мыслителя? Ну да, откуда же вам тупоголовым знать основы философских понятий, вам бы все адские машинки подкладывать под чьи-нибудь жопы либо отстрел неугодных устраивать. Короче, материальный или физический мир, суть, объективная реальность данная нам в ощущениях. В обычной жизни ни у кого из вас не было игрового интерфейса и все вы без него прекрасно обходились. Так что продолжайте обходится без оного и дальше.
 
— У меня был, — негромко вякнул кто-то из строя.
Я думал, что тут же последуют грома небесные от грозного заместителя начальника отряда. Однако старший прапорщик лишь, ехидно усмехнувшись, заметил:
— Заключенный пятьдесят два триста сорок семь, просьба не путать интерфейс дополненной реальности, которая никоим боком не была связана с физическим развитием вашей телесной оболочки и её духовным состоянием. То есть, чтобы стать сильнее, ловчее и умнее в обычной жизни вам нужно было всесторонне тренировать ваш организм, при этом прогресс ваших параметров не регистрировался вами каким-либо образом. Скажу заранее, кроме силы и ловкости вам здесь ничего не нужно. Первый параметр будет расти в процессе работы кайлом, второй — за счет перемещения вами наполненной породой или рудой тачки на поверхность, а также движения обратно в свой забой. Вам все понятно?
Однако неугомонный пятьдесят два триста сорок семь никак не унимался:
— Гражданин Начальник, а как мы определим наши начальные статы и степень их роста по мере нашего развития?
— Хе! — Ехидно ухмыльнулся прапор, но в гневливость впадать не стал. Терпеливо, как малому ребенку объяснил: — Для того, чтобы определить свою силу, сынок, хватаешь камешек потяжельше и начинаешь поднимать над головой, сколько раз поднял и есть твой нынешний показатель силы. С ловкостью, все также просто — катишь тачку и считаешь про себя, за сколько ты ее на поверхность доставишь, ну и за какой промежуток времени сбежал обратно с пустой тележкой. Так что у нас всё как в обычной жизни банально субъективно. Сечёшь, осужденный?
— Так точно!
— А с женским полом как здесь, Гражданин Начальник? — следующим задал вопрос один из новоприбывших.
На что представитель администрации с нескрываемой ухмылкой на физиономии выдал:
— Обычно этот вопрос мне задают в числе первых. Итак, насчет баб, забудьте навсегда данное понятие и вообще, слова «секас» отныне для вас не существует ни в каком виде, ибо всё с ним связанное полностью атрофировано в ваших виртуальных оболочках средствами программного обеспечения. Так что, поздравляю, отныне все вы бесполые «рабочие муравьи», и мысли ваши будут направлены не на каких-то банальных баб или упаси Господь, на еще какой извращенный трах, а на то, как выполнить и перевыполнить дневную норму добычи руды. В предвосхищении прочих ваших вопросов, имею уведомить, что алкоголь, табак и другие наркотические средства здесь строго запрещены, точнее, ни у кого из вас просто не будет к ним доступа. — После чего с вполне себе искренней улыбкой добавил: — Зря расстраиваетесь, граждане осужденные. В нашей библиотеке широчайший выбор литературы на разных языках и по самой разнообразной тематике. А еще, вы имеете возможность смотреть культурно-развлекательные и новостные телепередачи, но все эти блага будут вам предоставлены, повторяюсь, лишь после упорного труда в забое. А сейчас, построение погруппно у барака, затем вы отправитесь строем в столовую, где вас ждет вкусный питательный завтрак… Да, совсем запамятовал. Новичков необходимо распределить по рабочим подразделениям.
Далее прапор зачитал список, в какую первичную трудовую ячейку вольется каждый из новичков. Это влияет лишь на распределение едоков за столами в местной харчевне, а также, для того, чтобы каждый осужденный знал свое штатное место при построениях для коллективного похода на работу, в баню или еще в какое место.
Я оказался во второй бригаде, состоявшей из двенадцати точно таких же молодых лысых парней, во главе со старшим по кличке Фюрер. Интересно, кто его окрестил столь неблагозвучным погонялом, но, судя по настроению Фюрера, столь одиозная кликуха его нисколько не смущает.
Ладно, пусть будет Фюрер, хотя бы не Гитлер или еще какой Муссолини.
На улице оказалось морозно по-зимнему. Благо перед выходом располагалось помещение раздевалки, где вместе с прочими своими коллегами я облачился в ватные штаны и телогрейку защитного цвета, на голову вместо «бейсболки» со своим номером натянул шапку-ушанку с точно таким же номером, на руки трехпалые суконные рукавицы по типу тех, что состояли в экипировке бойцов нашей доблестной армии в прошлом веке. Интересно, стрелять нам также в кого-то придется? Форма рукавиц со свободным указательным пальцем вполне подразумевает, что на спусковой крючок нажимать возможность имеется. Хотя, скорее всего, я заблуждаюсь на этот счет, вряд ли кому-то придет в голову вооружать огнестрелом осужденных на пожизненное пребывание в местах не столь отдаленных.