Качели судьбы. Каторжанин (СИ)
— Ну здравствуй, коль не шутишь, Иван Силаев. — Вне всяких сомнений, меня здесь знают. Впрочем, ничего в этом удивительного, Дубки село невеликое, тут всем обо всех всё известно, и вовсе немудрено, что Гавриил Кормухин в курсе кем именно является посетитель его лавки.
— Господин Кормухин?
Торговец определенно был удивлен моим вполне учтивым вопросом и разборчивой речью но виду не подал. Вежливо кивнув, ответил:
— Действительно я и есть Гавриил Митрофанович Кормухин. Чем обязан, молодой человек?
— Зашел взглянуть на ваш товар, может чего полезное прикуплю.
— Ты… прикупишь! — владелец лавки был несказанно удивлен заявлением парнишки, коего все в Дубках считают умственно ограниченным. Тут же лицо его посерьезнело и он продолжил сочувственно, будто обращается к умственно ущербному: — Иван, я в курсе, что ты ходишь с ватажниками в Пустоши, и если в твоем кармане появилась какая-никакая копейка, не стоит тратить деньги на всякую ерунду. Пойми меня правильно, но товар в моем магазине предназначен, по большей части, для одаренных…
Я не стал дожидаться, когда владелец лавки закончит свою отповедь, с нажимов в голосе сказал:
— По правилам торговли каждый гражданин Российской Империи вправе приобрести любой выставленный на прилавок для свободной продажи товар. — Вообще-то это не сам я придумал, успел в Сети прочитать на каком-то сайте и намотал на ус на всякий случай.
Эффект от выданной мной мудреной фразы был подобен тому, что недавно пережил Василий Терехин: отвисшая челюсть, легкий ступор, расфокусированный взгляд и яростное теребление пальцами щеточки седых усов под носом. Следует отдать должное владельцу лавки чудес, в реальность он вернулся значительно быстрее продавца-консультанта магазина «Цифровые технологии».
— Ну да, вы правы, Иван. — Ух ты! Ко мне начали обращаться на «вы». Прогресс, однако. — Так что же тебя интересует? — Ага, недолго меня тут уважали и величали. От реноме умственно ограниченного просто так не избавиться. Вообще-то, я не возражаю. Пусть считают блаженным дурачком, несмотря на то, что глубиной знания имперских законов я уже успел блеснуть перед обалдевшим торговцем. — Проходи, смотри, что тебе подойдет. — При этих словах губы Кормухина сжались в ехидную ниточку. Сам же он демонстративно отошел в сторонку. Недооценивает старик мои умственные способности и не подозревает, что перед ним свежеиспеченный чародей, который недавно силой воли и духа изничтожил кучу насекомых и теперь всей душой жаждет приобщиться к вновь приобретенным возможностям. Ладно, пусть и дальше пребывает в блаженном неведении, а я тем временем осмотрю выставленный на полках товар, может что-то полезное для себя высмотрю.
Времени терять не стал, начал неторопливый обход магазинчика и осмотр выставленных на продажу вещиц. Судя по пояснительным надписям здесь были в основном защитные и боевые амулеты в виде перстней, ожерелий, браслетов, ушных сережек и прочих украшений. Эти девайсы меня не заинтересовали, да и стоили они от тысячи рубликов и выше. А вот походная аптечка понравилась, не понравилась лишь её цена, аж тридцать четыре тысячи. Блин, откуда такая сумма за невзрачный кругляш с петелькой для цепочки или веревочки, чтобы носить на шее? Вряд ли с её помощью я бы смог избавиться от физических уродств, но вылечить полученную в бою серьезную рану, как следует из пояснительной записки предусмотрительно лежащей рядом, вполне реально. Ладно, полюбовался и хватит, все равно таких деньжищ у меня нет и в ближайшее время заработать столько мне не светит. Так что придется постараться избегать этих самых ранений и прочих травм.
А что это у нас такое? Металлический цилиндр лежит в сторонке от прочих выставленных на продажу образцов.Надпись на лежащей рядом с ним карточке гласит: «Неопознанный артефакт из Пустошей, принят на реализацию 24. 04. 2083 г. у Игоря Пырьева». И цена вполне приемлемая, всего-то восемьдесят целковых. Судя по дате, вещица больше двух лет пылится на полке. Скорее всего, изначально предмет стоил значительно дороже, но поскольку желающих его приобрести так и не нашлось, цена со временем значительно упала. Думаю, если поторговаться, можно еще её скостить за лежалый-то товар непонятного назначения. Сам не понимаю, но по какой-то неведомой причине, взгляд мой залип на вещице, а мое желание приобрести неопознанный артефакт с каждым мгновением начало возрастать. Мне показалось, что стоит лишь взять предмет в руку, и тот тут же раскроит передо мной все свои тайны.
Поддавшись искушению, я указал рукой на цилиндр и, по возможности максимально небрежным тоном, заявил:
— Гавриил Митрофанович, можно взглянуть вот на эту штуковину?
Подойдя к витрине, Кормухин недоуменно посмотрел на загадочный цилиндр и тут же попытался вразумить бестолковое чадо:
— Иван, ну зачем тебе эта хреновина⁈ Тут над ней сам Натаниэль Израилевич Соломон из Тобольска целый час пыхтел, так и не смог до сути докопаться. Содрал с меня четвертной за труды, а толку с тех трудов никакого. А тот уважаемый господин, к твоему сведению, мастер от артефакторики. Иди-ка ты лучше в бакалейную лавку, купи пряников там и ещё всяких сладостей — всё дешевле обойдется.
Заботливые увещевания не желающего наживаться на умственно ущербном юноше торговце, конечно же, тронули меня до глубины души, но лишь усилили мое желание заполучить загадочный предмет.
— За полсотни, беру без торга. — Что сказал и сам не очень понял. Если без торга, то должен брать за обозначенную на ценнике сумму. А если за пятьдесят рублей — это уже торг.
К моему удивлению, Кормухин торговаться не стал. Видя непреодолимое упорство клиента в стремлении приобрести вещь, махнул рукой.
— Хорошо, забирай, Иван. Но помни, когда наиграешься, я готов выкупить у тебя эту штуку за ту же полусотню.
— Спасибо, Гавриил Митрофанович! — Поблагодарил седовласого старика и, забрав покупку, в спешном порядке покинул стены торговой лавки.
Уж очень сильно мне хотелось оказаться в своем доме и самым тщательным образом изучить предмет, столь загадочным образом привлекший мое внимание. Оно, конечно, неведомый мне Натаниэль Израилевич, может быть, и авторитет в области артефакторики, моя чуйка настоятельно нашёптывала, что с этой покупкой я не прогадал.
К моменту моего возвращения матрас, подушка и одеяло, упакованные в пластик и гофрокартонную тару, ждали прихода хозяина на крыльце моего дома, что лишний раз свидетельствует о том, что в Дубках не воруют, во всяком случае, в светлое время суток.
Затащил покупки в дом. Первым делом распаковал посылку из магазина, положил на кровать и заправил недавно приобретенными у Машеньки Ануфриенко постельными принадлежностями.
Хотел уже было заняться изучением загадочного предмета, добытого в Пустошах неведомым мне сталкером Игорем Пырьевым. Похоже кто-то из залетных. Сходил в поход за хабаром не очень удачно. Испытывал крайнюю нужду в деньгах, коль в спешном порядке сбагрил владельцу лавки чудес неподдающуюся опознанию добычу. Даже не продал предмет, а за небольшой аванс от торговца оставил на реализацию и за прошедшие более чем два года так и не соизволил поинтересоваться, что стало с его имуществом. Но тут вспомнил о протопленной бане и решил отложить знакомство с артефактом на ближайшее будущее, которое на поверку оказалось не таким уж ближайшим.
Первым делом поместил березовый веник в таз с горячей водой и оставил доходить до нужной кондиции. Затем плеснул на каменку из ковша немного воды с толикой домашнего кваса. Зашипело, заблагоухало. Потом еще и еще, пока температура в помещении не достигла оптимальной по моим субъективным ощущениям. Примостился на полоке, когда тело хорошенько прогрелось и покрылось обильным потом от всей души отхлестал себя распаренным веником. Наконец выскочил из бани и окатил себя водой из стоящей у бани железной оцинкованной бочки для сбора дождевой влаги с крыши. Вот теперь словил настоящий кайф.
Повторил вышеописанную процедуру еще два раза. Потом долго и тщательно натирал себя грубой намыленной мочалкой, избавляя тело от омертвевшего эпителия вместе с впитавшейся в него грязью. Сполоснувшись, добавил парку и еще какое-то время полежал на полоке.