Попаданка. Финал (СИ)

Захлопнув дверцу, потянулась к навесному шкафчику. Отодвинув пустые стеклянные банки, достала металлическую коробку. Сняла крышку и облегченно выдохнула: заначка на месте. Я хранила эти деньги на самый-самый черный день. Кто бы знал, что он будет таким?
Вытряхнула сбережения на клеенчатую скатерть. Четыре тысячи пятьсот тридцать рублей. Только вот какие сейчас цены? Сколько стоит хлеб? Рублей десять? А яйца? Средняя зарплата вроде тысячи полторы. Для одного человека накопления неплохие, для четырнадцати — негусто. Завтра еще деньги будут, но надолго ли их хватит? К тому же одним днем жить нельзя. Необходимо срочно делать ребятам документы, адаптировать их в этом мире.
Ладно, потом об этом подумаю. Нужно топать в магазин. Кстати, уже ночные появились или еще нет? Хоть убей не помню.
— Нам надо поговорить, — раздался голос Али.
Подняв взгляд, заметила стоящего в дверном проеме князя. Жестом предложила ему сесть. Сама тоже уселась, подперев кулаком щеку, и поинтересовалась:
— Как думаешь, здесь есть круглосуточные магазины? Продуктов бы купить, а то в доме шаром покати.
— Продукты у нас собой. Как и артефакты, золото, алмазы, — Али достал из нагрудного кармана и небрежно положил на стол пакетик с множеством прозрачных камушков. — Прихватил на всякий случай. Расходная мелочевка. В сумке есть еще такие же.
Ого, а у нас, оказывается, есть еда. Можно озадачивать готовкой Лушу. А про артефакты Али, кажется, упоминал перед переходом. Золото и алмазы же — сюрприз. Какой Гоев дальновидный!
Взяла пакетик. Не вскрывая, внимательно осмотрела драгоценные камни. То, что они есть, — отлично. У меня самой в вещах лежат украшения, подаренные Костей. Но как наше богатство на «живые» деньги обменять? И чтобы проблем не было? Попадемся милиции — по головке не погладят. Опять же, бандиты не дремлют.
Оглушительно громкий звонок выдернул из размышлений. Я подскочила, быстро запихнула бриллианты в карман штанов. Отрицательно мотнула головой, запрещая идти горцу, и направилась к входной двери. Возясь со стареньким заедающим замком, сильно-сильно надеялась, что ничего плохого не случится. Для одного дня и так слишком много гадостей.
* * *
Это же время. Санкт-Петербург
Двое мужчин ужинали в просторной питерской сталинке.
Глеб Иванович Корольков откинул с лица длинную челку и завел светский разговор:
— Константин, знаешь, почему тот мост, который, ты, хм, покарябал, называют Прачечным?
— Не имею ни малейшего представления, — невозмутимо отозвался чистый, переодетый в свежую одежду барон, грациозно отрезая кусочек отбивной.
— Что, совсем-совсем ничего из моей памяти не выудил? — Корольков состроил грустную мину. — Может, еще попробуешь? — предложил он с надеждой. — Я вовсе не возражаю, когда с моего ведома. Ментальный дар — это же чудо как удобно! Как бы он упростил, а главное, ускорил твое обучение!
— Увы, мои способности в этой области крайне ограничены. И активируются исключительно в момент трансформации. Придется вводить меня в курс дела и рассказывать историю вашего мира привычным способом, — положив отрезанный кусочек мяса в рот, Росс с откровенным наслаждением принялся жевать.
— Ох-хо-хо, — Глеб Иванович тяжело вздохнул, налил себе в рюмку вишневой наливки. Выпив, довольно крякнул, закусил. Откинулся на спинку стула. — Что же с тобой поделаешь-то. Ну слушай. Этот мост был первым трехпролетным из построенных в Питере. Находился он аккурат за дворцовыми прачечными: в них стирали одежду для царской семьи. Отсюда и родилось это несуразное название красивейшего каменного моста — Прачечный.
— Любопытно, — вежливо поддержал беседу барон.
— Тю! А какие о нем ходят легенды! — Глеб Иванович махнул рукой. — Над его опорами есть круглые зарешеченные окошки. Так вот, говорят, что за ними, внутри каменных клетушек, держали неплательщиков. Страшно подумать, что было с этими бедолагами, когда уровень воды поднимался. Захлебнуться же запросто! Да и для дворян сомнительное удовольствие. Представь себе: гуляют по набережной разодетые аристократы, а над Фонтанкой разносятся заунывные стоны должников. А ведь на пустом месте такого рода истории не рождаются. Наверняка кого-то действительно таким способом наказывали.
  
— Надеюсь, прошлое останется прошлым, и в настоящее время подобное в вашем мире не практикуется, — промокнув губы салфеткой, Росс положил ее на белоснежную скатерть. — Глеб, вы сообщили, что я должен стать президентом России. К сожалению, не знаю, чем занимается этот человек, но, подозреваю, пост важный. И тогда возникает следующий вопрос: как, собственно, вы собираетесь меня сделать этим самым президентом?
— А ты серьезно подходишь к делу, — службист покивал. — Президент в нашей стране — это первое лицо государства. Но не переживай, все продумано. Для начала недельку-другую пообвыкни. Разберись, что тут у нас к чему. Историю почитай. К оберегу своему приспособься. А, скажем, в первых числах ноября отправим тебя на месячишко в Чечню, война там сейчас. Как раз и сделаем из тебя бравого героя. Глава государства с боевыми наградами народу придется по вкусу.
— Однако, — Росс не стал скрывать удивления.
— Мне эта затея с поездкой на линию соприкосновения не особо-то по душе, — службист поморщился. — Но аналитики уже все просчитали, риск сведем к минимальному. А пока отдыхай. Гулять по ночному городу не рекомендую. Если вдруг все же захочешь — ключи в прихожей, деньги там же на полке. Завтра днем пришлю кого-нибудь с книгами, — Корольков поднялся из-за стола. — Не провожай. Доброй ночи, — и он, насвистывая незатейливую мелодию, вышел в коридор. Хлопнула входная дверь.
Константин встал, выключил свет, подошел к окну. Рука машинально потянулась к круглой бляхе на шее. Погладив оберег, Росс задумчиво посмотрел на ночной город.
«Уж попал так попал. Везет как утопленнику, — Костя хмыкнул. — Хотя есть и плюсы: сила плещется через край, и почему-то теперь вижу этот треклятый вирус. Осталось понять, как уничтожить заразу. Мне есть ради кого жить».
Росс потер ладонями лицо. Жутко хотелось разблокировать ментальную связь с Владой. Барон знал: любимая тревожится, ей очень плохо. Али, конечно, приглядит за ней, но…
Эта хрупкая девочка сделала для него невероятное: если бы не ее самоотверженность, артефакт выпил бы его досуха. Она и после искренне хотела помочь, просила не уходить. Но он не мог остаться. Если уж суждено стать безмозглым кровожадным монстром, то не рядом с ней.
Темный маг грустно улыбнулся. Забег на дальнюю дистанцию ему определенно удался: он с легкостью стал тенью, вошел в эфир и за две-три секунды преодолел расстояние более чем в шестьсот километров. А ведь это считалось возможным исключительно в теории.
Внезапно безумно захотелось обнять любимую, вдохнуть аромат ее волос, поцеловать. Прикрыв глаза, барон прошептал:
— Как бы я хотел быть с тобой. Помогать, защищать.
Увы, это будет делать Али. Сам же Костя для нее сплошная угроза.
Ревность царапнула душу, но Росс стиснул зубы. Он не станет даже пытаться поговорить с Владой. И не только потому, что болен и «завтра» для него может не наступить. Есть еще одна веская причина. Барон был уверен: местным спецслужбам неизвестно, что долгожданный темный маг пришел в этот мир не один. Привлекать их внимание к Владе и ее спутникам — недопустимо.
Любезно предоставленная спецслужбой квартира была буквально напичкана штуковинами, аналогичными той, что у барона на груди. Темный маг постоянно чувствовал, как его со всех сторон касается чужеродная энергия. И вполне обоснованно подозревал, что затейливые руны на обереге еще и работают как банальные следилки.
В том, что его станут опять изучать и не спустят глаз, барон ничуть не сомневался.
«Какую же игру-то затеял, Корольков? На кой ляд мне сдалась эта воинствующая оппозиция с их планами о смене власти? — барон поморщился. — Впрочем, две недели у меня есть. Надо хорошенько поработать с телом. Заодно познакомиться с миром. А дальше — по ситуации».