Попаданка. Финал (СИ)

В кабинете повисла тишина. Рая смотрела с сочувствием, ученый — с уважением. А вот князь, как и прежде, сидел каменным истуканом.
Я посмотрела ему в глаза и спокойно сообщила:
— Али, я хочу с тобой поговорить.
 Глава 21 
Поняв, что хочу пообщаться с князем наедине, наставница с ученым под благовидным предлогом удалились из кабинета.
Али сидел молча и не сводил с меня изучающего взгляда. С ним сейчас разговаривать, как ходить по тонкому льду: в любой момент все выйдет из-под контроля. Но эту беседу откладывать не вариант: чревато проблемами. Как же найти правильные слова? А может повезет, и отговаривать не придется?
Я встала, прошлась по помещению. Остановившись у стола, взяла глянцевый журнал.
— Какие мысли по звероферме? — поинтересовалась, листая красочные страницы.
Гоев разочарованно хмыкнул.
— Принял решение: буду покупать. Сегодня встречаемся со Смолиным, заключаем сделку. Лыков с документами уже работает.
М-да уж, все еще запущеннее, чем я предполагала. Зачем делать анализ предприятия перед покупкой? Конечно незачем! Подобным лишь дураки заморачиваются, нам и слухов достаточно! Местным браткам нужен этот комплекс? Пфф, пустяк! Мы же герои, ото всех отобьемся!
Подавив негодование, я вернула журнал на столешницу, подошла к свободному креслу. Облокотилась на его спинку.
— Али, подумай еще. Ты мало того что собрался покупать кота в мешке, но и переходишь дорогу бандитам.
Али не ответил, но на его скулах заходили желваки.
Я мысленно застонала. Да что же он опять удила-то закусил? Ведь недавно обсуждали: у нас могут возникнуть проблемы и надо быть настороже. А с этой зверофермой вполне реально и деньги потерять, и влипнуть в кровавые разборки. Неужели не понимает?
Стремительно поднявшись, горец подошел ко мне.
— Решения барона ты уважаешь. А мои, выходит, необязательно? — произнес хрипло. В его глазах плескалась боль.
Господи, какая же я идиотка! Клиническая! Беседу откладывать не стоит? Хотела как лучше? Получите, распишитесь: стало гораздо хуже!
На секунду прикрыла веки, а затем смело посмотрела на князя:
— Отнюдь. Я всего лишь предложила тебе еще подумать. Это твои деньги и твоя зона ответственности.
Он аккуратно взял меня за подбородок и шепнул:
— Когда же ты увидишь во мне мужчину? — несколько мучительно долгих мгновений постоял неподвижно, опустил руку и отошел к столу. Не глядя на меня, сухо сообщил: — Я планировал оформить покупку этой компании на твое имя. Надеюсь, ты не возражаешь?
Час от часу не легче! Кредиторы и бандиты в первую очередь терзают собственников фирм. А я не Кощей Бессмертный. Да и не кошка с девятью жизнями.
Впрочем, сила никуда не делась. Если что — отобьюсь.
Поправив волосы, я присела на подлокотник кресла. Упрямому горцу сейчас что-либо объяснять бесполезно. Опять же, воспримет как оскорбление. Пришлось соглашаться.
— Не возражаю. Если не секрет, почему ты решил вписать именно меня стороной сделки?
— Во-первых, я тебе безгранично доверяю, — Али повернулся ко мне. — Ну а во-вторых, оформляя фирму на твое имя, мы приобретем своеобразную защиту от вездесущих журналистов.
— Поясни?
— Владельцы бизнеса всегда вызывают любопытство. У тебя единственной есть настоящая жизнь в этом мире. Данные о тебе легко проверить и подтвердить. У нас же пока только документы. Копни глубже — и человека нет. Мы своего рода люди без прошлого.
— Согласна, — я кивнула, перевела взгляд в окно.
Рассуждает князь верно. Но переживает не о том. В данном случае интерес журналистов — самая крошечная из возможных бед. Не репортеров стоит бояться, а совсем иных «граждан».
Вспомнилось, как недавно оплошала с оценкой действий беженца из другого мира. Вдруг я снова его недооцениваю? Вдруг он не пытается мне что-то доказать и поступает очень даже осмотрительно?
В груди шевельнулось отвратительное предчувствие, под ложечкой засосало. Похоже, интуиция все ж таки пробралась сквозь дебри тягостных мыслей о Косте. И пытается о чем-то предупредить.
  
Ей-богу, ну ни к чему нам связываться с этим комплексом! Может, есть хоть малюсенький шанс переубедить этого упрямца?
Я посмотрела на Гоева, тщательно подбирая слова. Но не успела и рта открыть, как тот глянул на наручные часы и сообщил:
— Через полтора часа мне надо выезжать. Сделку проведет нотариус, у которого мы с тобой были. Смолин приедет вместе с Романом. Твое отсутствие проблем не доставит, но, если согласишься поприсутствовать, мне будет спокойнее.
Шах и мат. Не стоит и заикаться о том, что эта покупка мне абсолютно не нравится.
Похоже, как и обычно, придется разбираться с проблемами по мере их поступления.
— Разумеется, я с тобой поеду. Через час двадцать встречаемся в холле, — предупредила Али и, соскользнув с подлокотника, вышла из кабинета.
* * *
Несколькими часами позже. Новый Арбат
Черный мерседес остановился неподалеку от входа в здание, где размещался кабинет нотариуса. Заглушив двигатель, князь повернулся ко мне, попросил:
— Посиди пока в машине. За тобой придут.
Понятно. Скорее всего, собирается применять к Смолину родовой артефакт. Под принуждением хозяину не соврать. Почему же так нервничаю? Может, интуиция подводит?
Неохотно кивнула, чувствуя неприятное покалывание в руках и ногах, и Гоев покинул салон автомобиля. А стоило Али скрыться в дверях одноэтажного старинного дома, моя тревога усилилась.
Прикрыв глаза, положила затылок на подголовник. Надо выдохнуть и постараться определить, что конкретно меня беспокоит.
Иномирные способности предвидеть гадости отбрасываю. А вот быстрота сделки напрягает. Как юрист, я знаю — документов должно быть много и всяких-разных. Нотариус свой, но смухлевать не выйдет. После удостоверения сделки он обязан передать всю эту кучу бумажек в налоговую. Значит, пакет нужных документов есть. Ромка лишь внес правки: поменял данные покупателя.
Почувствовав, что стало слишком жарко, раздвинула полы «собольего» манто, оттянула пальцем ворот водолазки.
Уф-ф. Идем дальше.
Смолин отказал бандитам, долго и упорно «окучивающим» его фирму, но сразу же принял предложение горца, даже не встречаясь с ним. Вопрос: в связи с чем такая благосклонность?
В желудке отчего-то забурлило, а в горле пересохло. Испытывая дискомфорт, вышла на улицу. Прошлась туда-сюда у капота мерса. Выпавший ночью снег превратился в грязную кашу, убирать которую коммунальщики не спешили.
— Здравствуй, душа моя, — отвлек от самоанализа раскатистый бас.
Узнав его обладателя, я подняла голову и сухо поздоровалась:
— Здравствуй, Рома.
Ушлый юрист будто не заметил холодности приветствия.
— Я за тобой, краса ненаглядная, — проворковал он, улыбаясь в бороду. — Пойдем. Ждут только тебя.
Я взяла его под руку и ледяным тоном задала вопрос:
— Кто прессовал Смолина?
Не ожидавший, очевидно, подобного Лыков замялся. Затем нехотя признался:
— Псих.
Да чтоб тебя!
Эту кличку я слышала. В середине девяностых «подольские» считались крупнейшей ОПГ в России. Если мне память не изменяет, лидер этой группировки совсем недавно заявил о себе как об успешном предпринимателе. Естественно, это ширма. И, что самое противное, господина Лаликина величали Психом не просто так. Он запредельно жесток.
— Смолин уже сообщил о своем категоричном отказе? — продолжила допрос, идя с коллегой к нотариусу.
— Угу, — Лыков, толкнув входную дверь, пропустил меня вперед и тихо пояснил: — Четыре дня назад. Али знает.
Опаньки.
Грандмастер в курсе — это, безусловно, радует. Но вот понимает ли житель другого мира, кому именно дорогу перешел? Верно ли оценивает степень риска?
Весь путь до кабинета нотариуса я напряженно обдумывала, как себя вести. Все же один раз уже усомнилась в князе и в итоге выглядела полной дурой.