Кости в стене

Я всякий раз вздрагивал, вспоминая об этом. Это я должен был погибнуть в той аварии. Я, а не она. Оставалось только гадать, какой кошмар хуже: тот, который я видел во сне, или тот, который переживал наяву. Не без труда я заставил свои мысли переключиться.
Откинув одеяло, я, прихрамывая, подошёл к комоду, натянул чистые трусы поверх по-прежнему ярко-красного шрама (уродливый рубец тянулся от левой ягодицы до бедра), надел старую футболку с эмблемой духобола и влез в джинсы.
И почему я должен возвращаться в школу именно сегодня, а? Папа разрешил бы мне побыть дома ещё несколько недель, если бы не настоял доктор Миджли. По его словам, мне лучше как можно скорее «вернуться к привычной жизни».
– Алекс? – позвал отец с первого этажа. – Ты готов, чемпион?
Нет. Я не был готов. И никогда уже не буду готов. Если бы это зависело от меня, я бы остался в больнице ещё на какое-то время. Я не хотел сидеть дома, но и в школу идти я тоже не хотел. До сих пор мне удавалось избегать встреч с моими товарищами по команде, но в школе это станет невозможно. Придётся разговаривать с ними, хотя я бы предпочёл остаться в одиночестве.
Я закинул рюкзак на плечо и спустился вниз.
На столе меня уже ждал завтрак: свежевыжатый апельсиновый сок и мюсли. Отец щедро намазывал бублик сливочным сыром:
– Держу пари, вся команда ждёт не дождётся встречи с тобой. Ты знаешь, Джейсон вчера раз семь звонил. Он жутко рад, что ты снова дома.
Я ни капли не удивился. Мы с Джейсоном неразлейвода с пяти лет. И я тоже скучал по нему. Но что, если я уже не тот Алекс, что прежде?
– Джейсон хотел заглянуть к нам в гости, но я сказал ему, что сегодня ты возвращаешься в школу. Вот увидишь, будет здорово, – папа откусил большой кусок бублика. – Всё устаканится.
– Да, здорово, – скрепя сердце я натянуто улыбнулся.
– Занятия начались всего неделю назад, так что ты справишься, – папа отправил в рот последний кусочек бублика и подхватил портфель. – Мне нужно показать дом через пятнадцать минут, но я вернусь с работы пораньше, и мы сможем провести немного времени вместе. Может, посмотрим какой-нибудь фильм?
– Конечно, – я пожал плечами. На самом деле мне хотелось забраться в свою кровать и никогда оттуда не вылезать.
– О, и чуть не забыл, сегодня я говорил с сестрой. Она устраивает вечеринку в честь дня рождения Ханны в субботу и приглашает нас.
– Что? – я чуть не поперхнулся и с отвращением отодвинул от себя миску с мюслями. Как и большинство детей, я перестал праздновать дни рождения в десять лет. После того как нам исполнялось десять и мы проходили тестирование на экстрасенсорные способности, вечеринки по случаю дня рождения больше не устраивались.
– Ханна новенькая в Рее и пока не успела завести друзей. Я подумал, небольшая тусовка пойдёт на пользу вам обоим. Она поможет тебе вернуться в привычную колею, а ты познакомишь её со своими друзьями.
Я глотнул сока и тупо уставился на отца. Он что, не шутит? Серьёзно? Ханна всегда была странной. Этаким изгоем. Всегда поступала по-своему, не заботясь о том, что о ней подумают. Я ни за что не хотел знакомить её ни с кем из своих друзей.
Папа попытался изобразить свою самую убедительную улыбку:
– Я сказал, что мы придём.
Апельсиновый сок чуть не брызнул у меня из носа, но я втянул его обратно одним обжигающим гортань глотком:
– Ни за что. Я пас.
– Алекс, – отец поставил портфель на пол и сел рядом со мной. – Ты оттолкнул от себя товарищей по команде, пока лежал в больнице.
– Не Джейсона, – запротестовал я. – Джейсону я разрешил себя навестить.
Отец поднял руки:
– Джейсон особый случай, я знаю… Но ты не можешь так же оттолкнуть семью. Не забывай, они переехали сюда ради нас. Кроме того, врачи считают, что тебе лучше как можно скорее вернуться к прежнему образу жизни. И я подумал, что вечеринка и общение с родными тебе в этом помогут, – отец мягко потрепал мою нечёсаную шевелюру. Кто знает, когда я в последний раз стригся: наверное, ещё при маме.
Мой образ жизни уже никогда не будет прежним. Я нахмурился и скрестил руки на груди.
  
– Сын, я тоже скучаю по твоей маме. И всегда буду. Но мы обязаны двигаться вперёд, – папа расправил плечи. – Она бы этого хотела.
Всё внутри меня закипело. Он так издевается? Я только вчера вернулся домой, а он хочет, чтобы я уже забыл о маме и пошел веселиться на дне рождения двоюродной сестры? Этого не будет. Может, он и сбросил с плеч груз маминой смерти за прошедшие три месяца, но я – нет. И не думаю, что вообще когда-нибудь смогу.
Я вообще не должен был выжить. Я должен был умереть вместе с мамой. У меня не было времени на друзей: ни новых, ни старых. Я был слишком занят, пытаясь вылечить сломанное бедро. Слишком занят, пытаясь смириться с жизнью без мамы. Слишком занят, пытаясь понять, привиделась мне призрачная женщина прошлой ночью в спальне или нет. Потому что, если я действительно мог видеть умерших людей, у меня было гораздо больше проблем, чем я думал.
 
Глава третья
 
Я пришёл в школу пораньше, искренне надеясь, что мамин амулет под футболкой отведёт от меня излишнее внимание товарищей по команде: их обеспокоенные взгляды и восторженные ожидания первой в сезоне победы в духоболе. Седьмой класс только начался, а я уже чувствовал себя аутсайдером.
В такую рань школьные коридоры напоминали город-призрак, поэтому первым делом я, прихрамывая, направился в секретариат, чтобы отдать справку о том, что «Алекс Ленард может вернуться в школу», а после медленно побрёл к своему новому шкафчику, собираясь нанести на него сигилы. Конечно, на всех шкафчиках уже были выгравированы защитные знаки, но школа приветствовала, когда ученики добавляли к заводским свои собственные. Это обеспечивало ученикам не только дополнительную защиту, но и своеобразное повторение печатей, выученных в начальных классах.
Постепенно коридоры оживали, заполняясь детьми. Некоторые смотрели на меня исподтишка, другие откровенно пялились. Мои товарищи по команде бросились мне навстречу:
– Привет, Алекс! С возвращением! – Итан Квейк хлопнул меня по спине. – Надеюсь, ты скоро вернёшься в строй. Без тебя всё не то.
У меня внутри всё опустилось и замерло, а на лбу выступили капельки пота. Я прикрыл глаза и сделал несколько успокаивающих вдохов:
– Спасибо, – промямлил я. – Не уверен, что врачи разрешат мне играть в ближайшее время.
– Ну, это и понятно. Но ты всё равно приходи на тренировки, чтобы совсем не потерять форму.
Я кивнул, хотя и не собирался никуда ходить. Меньше всего мне сейчас хотелось приближаться к духоболу.
Мы с Томми стукнулись кулаками, и он направился в класс.
Несколько ребят неловко отбили мне «пять» и тоже разошлись. О, меня ждёт долгий день.
* * *
Прозвенел звонок, и я буквально рухнул за парту. Последний урок – история оккультизма. Учитель рассказывал о царе Соломоне, о том, как ангелы спустились к нему с небес и даровали знания о печатях. Иудаизм, мусульманство, христианство: царь Соломон фигурирует во всех религиозных книгах, и люди всех конфессий пользуются его печатями.
То, что мы уже проходили этот материал в начальных классах, радости мне не прибавляло. По крайней мере, мне повезло вернуться в школу в пятницу, а значит, у меня были все выходные впереди, чтобы прийти в себя от пристальных взглядов и бесконечных перешёптываний, преследующих меня повсюду, словно мушиный рой. Я перестал быть чемпионом школы по духоболу. Я стал просто Алексом, ребёнком, чья мама погибла в автокатастрофе. Увечным. Хорошо хоть, никто не видит мои шрамы.
– Взбодрись, чувак, – мой лучший друг, Джейсон Андерсон, улыбался, глядя на меня поверх учебника. К счастью, кое-что в моей жизни не изменилось.
Вопреки нашей с ним полной противоположности, мы с Джейсоном всегда держались вместе. Я – белый, он – чёрный. У меня волосы в вечном беспорядке, у него – аккуратно зачёсаны. Я хорошо учусь, и у меня много друзей, а Джейсон терпит школу и дружит только со мной. Вот так-то. Мы лучшие друзья с первого класса. Его семья тогда только переехала с Ямайки, и никто не хотел сидеть с ним за обедом. Все считали его акцент странным, а мне казалось, что он клёвый. Его мама всегда следила за тем, чтобы мы ели лучшие макароны с сыром на планете. Это было её фирменное блюдо. Джейсон всегда любил поесть и увлекался охотой. Мне же охота не нравилась, зато нравился спорт. А Джейсону спорт удавался. Он даже вступил в школьную духобольную команду за компанию со мной. Наверное, самое главное, что нас объединяло, – преданность. Мы всегда поддерживали друг друга. Несмотря ни на что.