Моя маленькая месть (СИ)
— И все же, вдруг он к тебе неровно дышит?
— Он?
Прыснула со смеху.
— Целоваться с ним как с лягушкой!
— Ты пробовала? — ахнула Анжела.
— Естес-ссс-твенно. Он играет моего мужа, вместо Седрика. Это как… как сессию целиком завалить.
Анжела сочувственно кивнула. Задорный блеск в ее глазах потух.
Решить, будто Деймон Амроз…
Покачав головой, снова прыснула в кулак.
— Джуди, — донесся до меня приглушенный голос Берты из зала, — ты закончила, можешь меня подменить? А то я так устала, ноги не держат.
— Конечно! Сейчас!
Подхватив блюдо с тортом, поманила Анжелу за собой. Вряд ли Берта рассердится, если подружка тоже постоит за прилавком, совершенно бесплатно, заодно спокойно договорим. Обсуждать убийство некроманта на кухне, где и так горячо, это… Словом, лучше сразу явиться в Уголовный департамент с чистосердечным признанием.
Вдобавок Анжела тоже реклама. С ее-то внешностью! Какой мужчина устоит, не зайдет в лавку, за витриной которой маячит такая девушка! А там слово за слово, и выйдет с полными руками кульков и коробок.
Берта недовольно мазнула взглядом по Анжеле, но промолчала. Подружка состроила фейскую гримасу и широко улыбнулась. Ой, лиса!
— Погляди, что с печеньем, я торт пока поставлю.
Скоро за ним должны прийти. Скорей бы, до закрытия не так много времени.
Бережно переложила торт на витрину и мимолетно коснулась ладонью латунной кассы. Ответный теплый импульс подтвердил, она полна. Цифры на барабане тоже застыли на приятной цифре. Может, Берта расщедрится и даже выпишет премию… Только потратить ее на данный момент мне не на что.
— Ты нашла? — вновь обратившись мыслями к Эрику, спросила Анжела.
Та кивнула и прошлась мимо вазочек с печеньем, по три геллера [1]за штуку. Больше всего я любила миндальные, справа, на большом блюде с маками, хотя с гвоздикой тоже ничего.
— Не томи!
В нетерпении притопнула ногой, отчего остекленная витрина чуть слышно звякнула.
Мы в лавке одни…
Но тут звякнул дверной колокольчик.
Нацепив на лицо дежурную улыбку, повернулась к покупателю. Наверное, это за тортом.
— Чем могу?..
Слова застряли в горле, а я в очередной раз «поблагодарила» судьбу за новую порцию лимонада.
Вечером в кондитерской всегда тепло и уютно. Золотистые солнечные лучи бликами играют на блюдах, подсвечивают кулечки из плотной коричневой бумаги с яркими бантиками. Деревянные полки нагреваются, воздух наполняется запахами и светом. Природа творит незабываемое волшебство.
Я любила часы перед закрытием. Покупателей мало, кондитеры уже гасят плиты. Можно подставить щеку солнцу, праздно шататься по залу, глазеть на прохожих и на движения механических кукол в витрине.
Но сегодня… Деймон Амроз проклял мой день с самого утра и, похоже, собирался угомониться не раньше полуночи.
— Вы?
Невежливо вытаращив на меня глаза, он замер возле стеллажа с шоколадом.
— Осторожно: хрупкое!
Не собираюсь платить, если Деймон в порыве чувств сотрет в порошок пару фигурок.
Анжела предусмотрительно юркнула в уголок, затаилась — двойного шока некромант бы не пережил.
— Что вы тут делаете?
Отмерев, Деймон сразу перешел в наступление.
Пожала плечами:
— Работаю.
А что, есть другие варианты? И нечего так глазами вращать!
Деймон шумно вздохнул, посмотрел на собственные пальцы… Я тоже посмотрела — мало ли, вдруг там заклинание или проклятие?
— Коробку конфет! — отрывисто, с плохо скрываемым раздражением потребовал Деймон и желчно добавил: — Я здесь только потому, что опаздываю.
Тут обидно стало. Смешать нашу кондитерскую с грязью… Можно подумать, мы лоток при вокзальном туалете!
— Каких изволите?
Очень хотелось высказаться, но я держалась. Покупателей нужно обслуживать хорошо, отомстить я всегда успею. Пусть радуются жизни, пока не переступили порог.
— Самых лучших, разумеется, — поджав губы, фыркнул Деймон.
Ах, простите, унизила столичного жителя, для них дешевого и обыкновенного не существует.
Краем глаза заметила, Берта пристально наблюдает за мной из подсобного помещения, готова в любую минуту прийти на помощь. Не потребуется, я справлюсь, обслужу айла Пустое-место.
— Какую начинку предпочитаете: фрукты, помадка, пралине, орехи?
— Что угодно, только побыстрее!
Изнывая от нетерпения, Деймон едва не приплясывал на месте.
Странно, столичный экспресс уже ушел, проходящий поезд около полуночи, но вряд ли он на него сядет.
— А, — не выдержав, он махнул рукой, — лучше на дом доставьте! Я оплачу.
И швырнул на прилавок пфенниг.
— Сдачи не надо. Дадите посыльному на «чай». В вашей конторе ведь есть посыльный.
Кивнула.
— Тогда как найдете коробку, пришлите ее в гостиницу «Перо феникса», на мое имя. Надеюсь, — Деймон зыркнул исподлобья, — здесь вы преуспеете больше некромантии и сомнительной актерской игры.
Дверной колокольчик еще долго не мог успокоится, возмущаясь чужому хамству. Я тоже присовокупила несколько мысленных проклятий. Пока безобидных, но только пока.
— Псс!
Выбравшись из укрытия, Анжела поманила к себе.
— Не могу. Видишь…
— Давай же! Иначе пожалеешь.
И правда, подождет немного торопыга, от голодной смерти без конфет не умрет.
— На ловца и зверь бежит, — взволнованно прошептала Анжела, с опаской посматривая на дверь на кухню. — Я все думала, как его опоить…
— Чем опоить?
Кажется, я поняла, на что намекала подруга. Конфеты с сюрпризом. Деймон заслужил. Самые лучшие, как просил, сдобренные магией, плевком и любовью.
— «Сон праведника» — мак, болиголов, душица, капля дурмана, белладонны на кончике ножа.
— Ты просто гений!
В порыве радости расцеловала Анжелу в обе щеки и закружила по лавке.
Как я сама не додумалась! Зачем убивать, когда можно погрузить его в сон на неделю Деймон не явится на работу день-два, его уволят. Даже если нет, найдут замену. Я благополучно сдам зачет и уеду в столицу. Рядом с Эриком незаконченное высшее не казалось трагедией вселенского масштаба, пусть Деймон жалуется, требует моего исключения.
Мешало противное «но» — конфеты нужно доставить прямо сейчас, а зелья под рукой нет.
— А давай я конфеты отнесу, все равно по дороге, — громко, чтобы слышала Берта, сказала Анжела и задорно подмигнула: мол, не бойся, справимся. — Пока посыльный вернется, айл успеет нажаловаться.
— Ну, — изобразила сомнение, — если госпожа Озоли не станет возражать…
— Не станет.
Не зря Анжела тревожилась, Берта нас подслушивала.
— Давно пора его уволить, — посетовала она.
Посыльный у нас как ветер в поле, ненадежный, как все мальчишки. То он есть, то нет. И не докажешь, что катался на карусели, а не по городу за покупателями бегал.
— Тогда вот.
Выбрала самую дорогую, как просили, коробку, тщательно упаковала, даже на бантик не поскупилась.
— Домой? — спросила одними губами.
Анжела ответила взглядом.
Ну подружка, ну золото! Пока я воевала с Деймоном, она не только нужный рецепт нашла, но и непостижимым образом ингредиенты раздобыла. Хотя почему — непостижимым, с помощью красоты, актерского мастерства и умению притворятся дурочкой. Даже Деймон ей «зачет» поставил, не устоял.
[1] Самая мелкая денежная единица, равная 1/8 крейцера, 1/20 пфеннига или 1/100 кроны.
Глава 4
Сердце колотилось в пятках, а то и вовсе выпало на пол, но руки не дрожали. Хладнокровно, как и полагается ведьме, я отмеряла грамм за граммом, привычно, на глаз — к пятому году обучения учишься обходиться без весов. Ну, ошибусь немного, проспит Деймон на день дольше — не жизни же лишится!
Он, наверное, сейчас рвет и мечет, колотит в двери запертой кондитерской. Какая личная жизнь без конфет!
Фыркнула и попыталась вообразить подружку Деймона. В моем представлении, ни одна бердычанка не соответствовала его высоким требованиям. Выходит, дамы никакой нет, Деймон съест конфеты в полном одиночестве. Или он, наоборот, опустился с гор целомудрия на самое моральное дно, раз снял номер в гостинице. Тогда и вовсе хорошо: жрицы любви частенько подсыпали клиентам разного, чтобы обчистить их карманы, на меня никто не подумает.