Моя маленькая месть (СИ)
— За пожар отвечаете вы! — предпочла сразу отмежеваться от последствий ритуала со свечами.
И на всякий случай перебралась ближе к лестнице.
Бросать людей в беде нехорошо, но, если эти люди сами эту беду сотворили, то можно.
— Джульетта, помолчите! — прикрикнул Деймон.
Поняла, не дура, пошла искать домового, хотя сомневаюсь, будто он тут имелся. Домашняя нечисть, равно как призраки, — капризный народ, абы где обитать не станут. Не удивлюсь, если этим домом даже крысы брезговали.
Я ошиблась, любитель острых ощущений нашелся.
— Ну, привет! — в упор уставилась на косматое нечто.
Руки чесались подарить ему расческу или сводить к парикмахеру. Дом снесут, куда он денется? Ни одно порядочное семейство к себе не возьмет, а бродяга-домовой — горе для ведьмы. Угадайте, кого заставят его отловить и приютить? Верно, не некроманта.
Домовой не спешил с ответом, хмуро разглядывал сквозь спутанные волосы.
— Ты немой? Или тебя тоже тошнит? Меня вот очень, но ничего, справляюсь. Приятно познакомиться: начинающая ведьма.
Отважно засунув платок в карман, протянула руку. Улыбаться не стала: мало ли напугаю?
— Продолжающий домовой.
Голос у него оказался скрипучим, а рукопожатие — крепким.
— Мы тут ненадолго, скоро уберем… эээ… мусор.
Да простит меня покойница, но для домового она кучка грязи.
— Хорошо бы! — мечтательно протянул собеседник и почесал спину. — Чаем не угостишь? А то та, внизу, пьет какую-то бурду, вкуса уже не помню.
— Конечно, угощу.
Из корыстных побуждений и за чужой счет — хоть луну с неба.
Знаю, некроманта во время ритуала отвлекать нельзя, но…
— Айл, мне нужны деньги.
Свои я уже потратила.
Деймон что-то нечленораздельно буркнул, не оборачиваясь, махнул рукой на пиджак.
Закатила глаза!
Мужики, ну кто так кошелек носит! Вы бы его еще в руки ворам сразу отдали, как дети, право слово!
— Всегда мечтала пошарить по вашим карманам.
И сейчас на законных основаниях выясню, что носит при себе Деймон. Портрет бывшей, коготь дракона, черствое печенье, ручные кандалы?
— Как скучно!
С кислой миной устроилась на корточках с пиджаком на коленях.
Ничего. Даже ничегошеньки. Хоть бы капли для потенции положил, нашлось, что обсудить. А так: кошелек — одна штука, платок — одна штука. Ключи, и те в брюках.
Хм…
С блуждающей улыбкой покосилась на колдовавшего Деймона.
Карманы брюк у него наверняка интереснее, мужчины все ценное всегда держат у самого дорогого.
Интересно, какие на нем сегодня трусы? Прошлые были в цветочек, а теперь — в ягодках?
Распаленное душевной травмой и общением с Алексом воображение нарисовало Деймона посреди лекции в пикантном предмете гардероба. В качестве орнамента выбрала розовые черепушки и надпись: «Не влезай, убьет!»
Хихикнув, мысленно чуть передвинула буквы. Идеально!
Мои смешки привлекли внимание Деймона.
— Выметайтесь уже! Оба.
— Уже уходим, айл. Обещаю беречь ваши деньги как свои.
— Вот этого не надо!
Умный, понимал, в женских руках монеты долго не задерживаются. А как иначе, если поддержание образа прекрасной феи дорого стоит. Вдобавок вокруг столько соблазнов! Не выпивка, еда и бабы, как у сильного пола, гораздо, гораздо больше.
Придерживаясь рукой за перила, благополучно спустилась по не внушавшей доверия лестнице и нос к носу столкнулась с той самой старушкой с первого этажа. Прежде, чем она успела что-то спросить, важно приосанившись, сообщила:
— Ведутся следственные мероприятия.
И все, вопросы сразу отпали. Вот что штампы животворящие делают!
— Наконец-то свобода!
Жаль, временная, но тоже хорошо.
Полной грудью вдохнула ароматы городской окраины и кивнула невидимому домовому:
— Не отставай!
Однако тот как приклеенный замер на пороге.
— Ну, что еще?
Развернувшись, недовольно уперла руки в бока.
— Я боюсь! — пискнуло лохматой существо. — Я никогда один днем на улице не был, а ночью дальше дровяного сарая не ходил.
Покачала головой.
— Ох, горе мое луковое! За ручку или на ручки?
Зачем спрашивала, и так понятно.
С трясущимся комочком домашней нечисти на руках отправилась на поиски чайной. Со стороны казалось, я чуточку помешанная — несу пустоту. Чтобы ко мне точно никто не пристал, скорчила зверскую рожу. Идеально, даже водитель служебного самохода Двуликого помянул.
А домовому понравилось, он мое выражение лица одобрил.
Если так дальше пойдет, мы поладим, Алексу придется потесниться.
— Ты какой чай любишь? Черный, с ягодами?
— С ягодами и шишками. Ты, эта, с ритма не сбивайся, а то меня трясет.
Скажите, пожалуйста, только познакомились, а уже с претензиями! То на ручки возьми, то чаем напои. А мне довольно радости от его внимания. Ничего не напоминает? Мне тоже.
— Где ж я тебе шишки возьму?
Перехватив домового удобнее, свернула за угол.
Тяжелый! Зато пахнет приятно — молоком.
— У прошлой хозяйки всегда были, но можно и без шишек, — смилостивился домовой.
Да пьют тут вообще чай или только горячительные напитки?
Когда я вконец отчаялась, впереди замаячила заветная вывеска.
Чайные не кондитерские, в них особая атмосфера, в двух словах не опишешь. Во-первых, абсолютно во всех остановилось время. Причем, не где-нибудь, а в маленьком провинциальном городке. Кружевные салфеточки, одинаковые белые скатерти, обязательно сахарницы в красный горошек. На стенах — разные картинки, преимущественно с розовощекими девушка и толстыми котами. Ни намека на чувственность, дамы — хозяюшки. Во-вторых, контингент. Молодых здесь почти не встретишь, шумную холостую компанию тоже. Не для них эти блюдечки, вазочки, свинья-копилка на прилавке.
Я в чайных бывала редко, только если не доставало денег на еду. Знала, тут всегда можно поживиться пирожком. Мой любимый — с куриной печенкой. Съел один такой и сыт, много ли женскому организму надо, особенно в вечной погоне за красотой.
В последний раз… Точно, в последний раз я заходила в чайную на первом курсе. Помню, нашла небольшую в крохотном переулке — бурчащий желудок привел. С тех пор мое благосостояние улучшилось, спасибо госпоже Озоли.
Толкнув дверь с колокольчиком, вошла.
Да, чайные везде одинаковы — вот и салфеточки. Они любовно постелены на каждый стол, под сахарницу и салфетницу.
Столиков немного, около шести, но почти все пусты. Выбрав тот, что поближе к двери, — если ты трапезничаешь с нечистью, надо готовиться в любой момент сделать ноги — сгрузила домового на стул и направилась к прилавку.
Ожидания и тут оправдались: несколько видов чая, пирожки.
И дородная женщина в накрахмаленном переднике.
Если есть в империи что-то вечное, так это чайные.
Сделала заказ, оплатила и вернулась за столик.
— Ну, рассказывай!
У нас не благотворительная акция.
— Дай сначала хлебнуть.
Вот вредина!
Однако животворящий чай развязал домовому язык.
— Знацица, так… — Прихлебывая и чавкая, он начал свой рассказ о событиях недельной давности. — Сижу я это, гнилую половицу починяю, вдруг слышу: в замочной скважине кто-то ковыряется…
История холодила кровь. Не сомневаюсь, душа несчастной поведала Деймону немало подробностей. Мне же хватило скупых комментариев домового.
Потрясающая глухота! Это я про старушку внизу.
— Ты их запомнил, описать сможешь?
За бесплатное развлечение надо платить, особенно, если оно заканчивается смертью жертвы. Все происходило в пустующей квартире наверху, на чердак ее притащили уже бездыханной.
— Смогу! Очень хочу описать! — закивал домовой. — Терпеть не могу насилия. Дом теперь грязный, душит…
Это не фигура речи, бытовая нечисть ощущала ауру жилища.
Предложила:
— Давай, я с курительницей пройдусь, полынью все окроплю? Ну, если жиличка с первого этажа позволит.
Со стороны мы смотрелись забавно. Точнее, я, потому как для всех прочих домовой оставался невидимым. Заказала две чашки, беседует с пустотой, активно жестикулирует. Вдобавок показывает фокусы с блюдцем.