Моя маленькая месть (СИ)

— Что? Смерть?
— Умирать тоже надо уметь, — назидательно заметила Орнелла, — а то превратишься в меня.
Конец нашей увлекательной беседы положил Деймон. Вздрогнула, когда его увидела, совсем забыла, что он работает в том же отделе. Смешно, но я даже понятия не имела, в каком кабинете. Наши миры не пересекались, разве только Деймону вдруг понадобилось давно списанное дело.
Некромант быстрым взглядом окинул подсобку и фамильярно поздоровался с призраком секретарши:
— Привет, Орнелла!
Та презрительно фыркнула и, задрав нос, демонстративно отвернулась.
— Я с тобой не разговариваю.
Интересно, почему. Хотя, зная Деймона, не удивлена.
— И совершенно напрасно. Дружить с некромантом полезно.
— Ну, и какая мне от тебя польза? — позабыв о данном пару минут назад зароке, накинулась на него Орнелла. — Болтаюсь среди этой пыли…
— Все должно быть по закону. Пиши просьбу, рассмотрим. А пока ты невещественное доказательство, часть картины преступления.
— Нет, ты видишь?!
Пылая гневом, Орнелла обернулась ко мне за поддержкой. — Пиши!.. Будто мне есть, чем писать!
Деймон с легкой улыбкой наблюдал за ее бухтением. Затем посерьезнел, кивнул мне:
— Пошли!
— Куда?
Я настолько привыкла к своей кладовой, что не сразу вспомнила вчерашнее обещание Деймона.
— Сначала к юристу, затем понаблюдаете, как я работаю. Труп старый, торопиться не надо. Сегодня утром нашли.
Вытерла вспотевшие ладони о юбку, пригладила волосы.
И зеркала нет, непонятно, как я выгляжу: как женщина или как пугало.
Ладно, пару легких пощечин для румянца, прикусить губу для пухлости…
— Никого соблазнять не нужно, это деловой разговор.
Посмеиваясь, Деймон направился к выходу. Я — хвостиком за ним. Бочком, протискиваясь мимо вечно толпившихся в коридоре служащих.
— Пятый этаж, — услужливо подсказал Деймон. — У юристов самый лучший вид в городе. Поднимайтесь, я сейчас подойду.
И исчез.
Очередной мужчина меня бросил…
Нога за ногу, безо всякого энтузиазма штурмовала ступени.
Ну вот и нужная дверь — «Юридический отдел». Напротив — другая, за которой притаились кабинеты высокого начальства.
Интересно, зачем Уголовному департаменту юристы, разве каждый сотрудник и так не должен разбираться в законодательстве…
Додумать не успела: ко мне присоединился Деймон.
— Минутку!
Он порылся в кармане и достал свой пропуск.
Ого, сколько изображений, штук десять, не меньше. А на моем только три…
Приложив к горельефу три волнистые линии, Деймон потянул на себя дверь.
— Прошу!
Сердце сжалось до размеров косточки, мышцы одеревенели, но я не подала виду, вошла.
Сейчас решится моя судьба… Могущественные юристы, безжалостные полубоги препарируют меня и вынесут вердикт.
Во рту пересохло.
Прежде я никогда не беседовала с юристами. Если их боялись даже сановники, то и мне можно.
В отличие от отдела убийств, тут царили почти полная тишина и порядок. Только приглушенное клацанье пишущих машиной из-за плотно закрытых дверей. Их тут оказалось великое множество, словно я угодила в министерство правосудия.
— Я передал Готфриду ваш экземпляр контракта. Он его просмотрел, появилось несколько мыслей, но требуется ваше присутствие. Главное, не лгать, Джульетта.
Он произнес это так, будто вранье стало моим вторым именем.
Готфрид оказался вовсе не начальником, рядовым юристом, делившим кабинет еще с двумя такими же. Чуть полноватый, в очках, он походил на университетского профессора. Даже костюм такой же унылый, серый.
Стол Готфрида стоял у окна, за которым… Я глазам своим не поверила, терраса! На ней — летние плетеные стулья, столик, кадки с разнообразными цветами и растениями. Воистину, юристы отлично устроились. С террасы открывался вид на город: флюгеры, горбатые крыши, бульвары. Здание Уголовного департамента — самое высокое в округе, схожее, тоже в пять этажей, только на углу Парковой, поэтому все как на ладони.
— Присаживайтесь!
Оторвавшись от чтения бумаг, Готфрид указал на свободный стул и попросил коллег:
— Элиза, Алистер, вы не выпьете пока кофейку? Разговор конфиденциальный.
 
— Раз конфиденциальный, бери ключи и иди на террасу, — буркнула женщина с россыпью веснушек по щекам. — Мне некогда, кассация поджимает.
— У меня тоже сроки, — развел руками Алистер, — так что пей кофе сам.
Мне же еще лучше: и видами города полюбуюсь, и на весь юридический отдел не ославлюсь. Хватит с меня Орнеллы! Спрашивается, откуда узнала? Сомневаюсь, будто Деймон кричал о моем договоре на каждом углу. Оставался закрытый клуб призраков. Понятия не имею, существовал ли такой, но, если да, Алекс бы служил там главным поставщиком сплетен.
Готфрид сокрушенно развел руками, будто беседа в прекрасном месте — это сидение на трехногом стуле, вынужденное неудобство, которое следует пережить.
— Терраса так терраса. Возьму ключи, а вместе с ними кофе. Я без него мыслить не могу.
Заметно — на краю стола столпилась батарея чашек.
Через несколько минут мы со всеми удобствами устроились в плетенных кресла.
— Ммм!
Готфрид сделал затяжной глоток, прикрыл глаза и лишь затем обратил взгляд на меня.
— Значит, архидемон…
Какая разительная перемена! Только что передо мной сидел мягкий пушистый заяц, а вот уже щелкает зубами серый волк.
Поежившись, отодвинулась от него подальше: вдруг надумает закусить вместо пирожка?
— Я ознакомился с документом, — Готфрид постучал по папке на коленях, — и выписал спорные места. Линию защиты выстроим на введение в заблуждение и запугивании потерпевшей.
— Меня никто не…
— Тшш! — шикнул на меня Деймон.
Послушно прикусила язык.
Если разобраться…. А ведь точно, меня запугивали, зверски! Похитили, поили чаем неизвестного происхождения, живописали незавидную судьбу несогласных женщин в Загробной империи.
— Вы ознакомились с договором до подписания, айла?
Усиленный стеклами очков орлиный взгляд чиркнул по лицу.
Ну вот, мне снова три годика, и я снова стою в углу.
— Нет, только на словах.
— Никогда не подписывайте документы, не проверив каждую запятую. Я советовал бы и на просвет глянуть, во избежание неприятных сюрпризов.
— А в моем случае они имеются? — робко уточнила я.
Интуиция вопила о целом столичном экспрессе, летящем на меня на всех парах.
— Да, имеют место не оговоренные нанимателем пункты. Например…
Послюнявив палец, Готфрид полистал папку.
— Например, четвертый подпункт второго пункта, где ваш наниматель вправе самостоятельно, без предварительного уведомления изменять характер оказываемых вами услуг с сохранением оговоренной оплаты. Исключения составляют только услуги, способные нанести существенный вред вашему здоровью. Или пункт пятый, где допускается переуступка вас другому нанимателю. Опять же без нанесения вреда здоровью. Пункт восьмой оговаривает вашу возможную беременность и травмы разного рода, а также компенсацию за них. Судя по вашему лицу, — он захлопнул папку и снял очки, — вам обо всем этом неизвестно.
Медленно покачала головой. Пусть Готфрид говорил на сухом юридическом языке, перспективы он нарисовал вполне ясные. Неясным оставалось только то, что со мной станет при воплощении их в жизнь.
— Договор лишь оговаривает все возможные варианты…
Скорчила гримасу.
— Демоняшки уже намекали кузену, что хотели бы заполучить беременную ведьму для исследований. Вот я дура!
— Наконец-то вы это признали! — возрадовался Деймон.
Развела руками. Не собираюсь спорить.
— Мы поступим вот как…
Готфрид снова надел очки.
— Я подготовлю претензию, постараюсь добиться признания договора ничтожным. Поводов достаточно. Вдобавок он заключен с человеком, а подобные отношения в обязательном порядке регистрируются в Темной канцелярии, печати ауры недостаточно. Ведь речь не о межличностных отношениях, продаже души, сердца и тому подобного, а о рабочем контракте.