Моя маленькая месть (СИ)
— Конфеты, — с гаденькой улыбочкой напомнил Деймон и почтительно обратился к ректору: — Мэтр, они ведь у вас? Покажите айле, освежите ее память.
Мэтр Садастер извлек из ящика стола знакомую коробку.
Все конфеты на месте, ни одна не тронута.
У него нюх как у ищейки, как Деймон догадался, что коробка с сюрпризом?
— Узнаете? — устало обратился ко мне ректор.
— Да, эти конфеты продаются в кондитерской госпожи Озоли.
Сердце пропустило удар и рухнуло в пятки.
Достаточно передать коробку в Уголовный департамент… Двуликий, меня же посадят! В камеру с настоящими преступниками! Хорошо, если там будут крысы, а то защитить меня некому — слышала, будто на магов надевают специальные ошейники, блокировавшие дар.
— В которой работаете вы, — мурлыкнул Деймон.
От его сладкого голоса мороз пробежал по коже. Судя по всему, он собирался заняться моим делом лично и с особым пристрастием. Например, пустить на наглядное пособие. Заодно грамоту от министерства образования и юстиции получил за экономию средств. Два в одном, так сказать: и труп для анатомички, и тратиться на еду, уборку камеры не нужно.
— Да, я там работаю. Это запрещено?
— Нет. Только вот конфеты принесла ваша подруга.
— Это тоже вне закона?
Я цеплялась за соломинку, но стремительно шла под воду, пуская пузыри.
— Которая там не работает.
Отлично понимаю, куда клонит Деймон. Нет уж, Анжелу я с собой на дно не потащу.
— Подождали бы пару минут, забрали бы коробку сами. А так явились к самому закрытию, когда посыльный уже ушел. Благодарите подругу за то, что она согласилась прогуляться до гостиницы, побаловать сладеньким вашу пассию.
— Вот видите, — сокрушенно вздохнув, обратился к ректору Деймон, — опять хамит!
— Я ведьма, мне можно.
Скопировав прежнюю позу оппонента, закинула ногу на ногу. И, спохватившись, тут же поставила ступни обратно на пол. Мухомор мне в суп, совсем забыла про «стрелку» на чулке! Спросонья схватила надела первый попавшийся.
— Травить людей тоже?
Деймон с легким прищуром обернулся ко мне.
Стиснула зубы.
— Повторяю, я никого не травила. Я хотела получить «зачет», признаю, подмешала в конфеты снотворного…
Деймон хмыкнул:
— Это теперь так называется?
Промолчала и вновь принялась изучать рисунок пола.
Лучше я себе уже вряд ли сделаю, а вот хуже могу.
— Увы и ах, айла, конфеты предназначались не моей, как вы выразились, пассии и даже не мне — мэтру Олонию, моему давнему учителю и наставнику. Торопился же я потому, что должен был встретить его на вокзале, проводить до гостиницы и устроить со всеми удобствами.
— Раньше полуночи поездов нет.
Следовало бы и дальше держать рот закрытым, но слаба, не смогла.
— Я прибыл вовсе не из столицы, — с улыбкой уточнил мэтр Олоний.
Странно, он должен меня ненавидеть, призывать заклеймить и отправить на рудники, а заезжий маг, единственный из всех, смотрел с сочувствием, молчаливо подбадривал, успокаивал. Чем сделал только хуже. Если бы речь шла о Деймоне, о девице сомнительных правил…
На глаза навернулись слезы. Плечи задрожали.
— Я не хотела! — судорожно прошептала я, борясь с нежданной влагой. — Не хотела причинять никому вреда. Просто айл Амроз… Он сказал, что я тупая, никогда не сдам предмета, а у меня жених… Любовь всей моей жизни. Завтра раздают билеты на благотворительный бал… Только отличникам. Я… я никогда его не увижу без зачета, мы не поженимся.
Слова бессвязным потоком лились из груди. Плотину прорвало, не в силах сдерживаться, я самым постыдным образом разрыдалась.
Теперь все знают… Лучше бы меня и дальше считали коварной отравительницей!
Ректор наверняка супит брови, Деймон брезгливо морщится, а айла Гения сейчас возьмет меня за шиворот и выставит из академии. Ведьма должна быть сильной, смелой, умной, хитрой, а не размазней.
— Держите!
В изумлении уставилась на Деймона, протягивавшего носовой платок. А где же кривая усмешка, где торжество, танцы на костях?
— Приведите себя в порядок, айла! — чуть повысил голос он.
Ну наконец-то, а то я приняла его за нормального человека!
— Ваш поступок, ваше поведение недопустимы. Вам следовало подойти ко мне, объяснить ситуацию. Я бы вошел в положение и поставил вам «зачет» условно, с отработкой после экзаменов. Но вы!..
Суровое лицо Деймона сулило строгое наказание. По крайней мере без издевательств.
Я готова. Что там: арест, исключение, все сразу?
— Полагаю, картина ясная, — убедившись, что все высказались, прокашлявшись, взял слово ректор. — В свете вновь выявленных обстоятельств…
— Поставь ей зачет, Деймон, — неожиданно прервал его мэтр Олоний.
— Что? — от неожиданности хором переспросили оба мужчины.
— Что слышали.
Олоний тяжело поднялся с кресла и направился к ректорскому столу. Глазам своим не поверила, когда мэтр Садастер, сам не мальчишка, при религиях, засуетился, уступая гостю свое место.
— Сто лет за таким не сидел!
Мэтр Олоний любовно погладил малиновое сукно, поправил стопку чистой бумаги под пресс-папье.
— Двенадцать, если быть точным, с тех пор, как император отправил меня на почетную пенсию.
Выходит, прежде мэтр Олоний руководил каким-то магическим заведением. Явно не нашей академией: нынешний ректор занимал свой пост не одно десятилетие.
— Пожалей девочку, Гай. — В первый раз при мне кто-то обращался к мэтру Садастеру по имени. — В ее возрасте любовь — это главное, а ошибки… Кто из нас не ошибался! Она не желала мне зла, аура чистая. Запаниковала, не знала, как поступить. Вдобавок Деймон застращал, перегнул палку. Он молодой, горячий, преподавательского опыта нет… Пусть едет в столицу.
— Но, — нерешительно начал ректор, переводя взгляд с айлы Гении на почетного гостя, — мы не можем оставить ее поступок безнаказанным.
— Так и не оставляйте, только не ломайте ей жизнь. Тюрьма никому еще не шла на пользу. А насчет ее знаний… Я сам лично их проверю, сегодня.
— Вы не доверяете мне, мэтр? — шумно засопел уязвленный Деймон.
— Нет. Ты предвзят, вдобавок судишь всех с высоты своего опыта. Уверен, Джульетта девочка умная, честно заработала свой «зачет». Верно, Джульетта?
Лучистые карие глаза обратились на меня.
Кивнула.
Странное дело, ненавистное имя в его устах не покоробило.
— Какой билет вы сегодня вытянули? — не разрывая зрительного контакта, мягко спросил мэтр Олоний.
Назвала.
— А теперь представьте, что их всех, — он обвел рукой собравшихся, — нет. По-приятельски, будто мы сидим за чашкой кофе, расскажите о нематериальных формах энергии, своими словами.
— Ну…
Нерешительно взглянула на айлу Гению. Та кивнула: продолжай.
Надеюсь, это не очередная злая шутка, не глумление над беззащитной студенткой.
Уставившись на сложенные «замком» руки на коленях, бесцветным голосом ответила на вопрос билета. Ожидала, мэтр Олоний задаст какие-то вопросы, но он потребовал у Деймона ведомость:
— При мне распишись и поставь ей «зачет». Абсолютно заслуженный. И впредь умерь свой пыл, а то не видать тебе положительной характеристики!
Невежливо открыла рот.
Деймона отчитали как мальчишку! И он проглотил, забрал у айлы Гении ведомость и яростно, быстро, не жалея бумагу, вывел заветное слово.
— Зачетную книжку! — буркнул он, не удосужившись взглянуть на меня.
Дала и через минуту получила ее обратно.
Даже не порвал… Я бы на его месте разорвала в клочья. Целую неделю ждать, притворяться больным, чтобы отомстить несносной девице — и все зря. Хотя наказание мне еще не объявили, может, я рано радуюсь.
— Завтра зайдете в деканат за билетом. — Айла Гения с некоторых пор тоже меня игнорировала, предпочитала общаться с мебелью. — Следовало бы вычеркнуть ваше имя, но из уважения к заслугам мэтра Олония…
Да кто он такой, в самом деле? Никогда о нем прежде не слышала.
— Итак, пряники розданы, пришло время кнута. — Улыбка пропала с лица моего спасителя. Милашка-старичок уступил место жесткому руководителю. — Я всегда считал самым лучшим способом исправления и познания труд. Тут я согласен с Деймоном, знания у вас слабые. Для «зачета» довольно, твердая «шестерка», но не более. Вам представиться шанс их укрепить, вдобавок загладить свою вину перед айлом Амрозом. Поработаете все лето во благо государства. Бесплатно.