Разжигать (ЛП)
— Заткнись! Твои просто легче расчёсывать, потому что они прямые!
— Прекратите, — приказал я, опускаясь у изножья кровати Хэлли. — Принеси мне расчёску, Луни Тюнз (прим. пер.: отсылка на мультик). Я сделаю это. У меня отлично получается распутывать волосы.
— Но не со жвачкой, — сказала Хэлли.
Я поднял игрушечного пингвина, которого она назвала Руперт, и бросил в неё. Когда он упал на пол, я услышал, монета покатилась под комод.
— Мой счастливый пенни! — Хэлли бросилась за ней, дотянувшись до места под комодом, куда она закатилась. — Я забыла, что положила её в дырку в животе Руперта прошлым вечером!
— Я получаю очко обратно за то, что нашёл его. — Я взял расчёску из рук Луны и начал расчёсывать спутанные волосы снизу.
— Не знаю, считается ли это находкой, — сказала Хэлли, — но ладно.
— Итак, сегодня десять из десяти?
— Пожалуй, что да, — сказала она, словно делая мне одолжение.
Я вскинул кулак. — Да, блять.
— Это ещё один доллар, папочка, — сказала Луна. — Помни о банке ругательств.
— Я ни за что не заведу в этом доме банку ругательств, девочки. Я разорюсь.
— А может, ты перестанешь ругаться, — сказала Хэлли.
Я смерил её взглядом. — Ни. Хрена. Подобного.
Но позже, когда я зашёл на кухню, чтобы взять ключи, я заметил, что одна из девочек — а может, они обе — достала коробку из-под кексов из холодильника, пока я был в душе, и написала на ней: ПАПИНА КОРОБКА РУГАТЕЛЬСТВ (ДЕНЬГИ НА БУДУЮЩЕГО КОТА).
Я заглянул внутрь и увидел, что по крайней мере они оставили кексы в холодильнике. Покачав головой, я снова закрыл дверь.
Я могу сказать за них одно: когда им в голову приходила идея, они не отбрасывали её.
Глава 5
ВИННИ
Я написала Элли сообщение и сказала, что опаздываю, и чтобы она заехала за мной не раньше пятнадцати минут восьмого.
Это была ложь, но я знала, что Декс и девочки к тому времени уже уедут, и я не могла рисковать, столкнувшись с ними на улице.
Я была унижена тем, что произошло ранее.
Унижена и ранена — у меня на заднице был синяк размером с Техас.
Когда я увидела, что она подъезжает, я в очередной раз взмолилась, чтобы мне удалось добраться до её машины незамеченной. Я натянула на голову соломенную пляжную шляпу, надела свои самые тёмные солнцезащитные очки и открыла входную дверь. Когда я убедилась, что вокруг всё чисто, я захлопнула её за собой и бросилась к белой «Хонде», не поднимая подбородка от груди.
Забравшись на пассажирское сиденье, я захлопнула дверь и пригнулась. — Мейпл Лейн, 24! Поехали!
— Успокойся, мы не так уж и опаздываем. И почему на тебе эта шляпа?
— Я объясню через минуту. — Я поморщилась, когда подвинулась на сидении, чтобы пристегнуть ремень безопасности. — Ой.
— Что с тобой?
— Я ранена.
— Из-за чего?
Я опустилась ещё ниже на сидении. — Просто веди машину, хорошо? Я расскажу тебе об этом, когда мы выедем с парковки.
Она сделала, как я просила. — Хорошо, мы выехали с парковки. Что, чёрт возьми, произошло?
Я приподняла голову настолько, чтобы выглянуть в окно. Убедившись, что мне удалось сбежать, я села прямо. — Я упала с чемодана.
— Почему ты залезла на чемодан?
— Я пыталась отключить смехотворно чувствительный датчик дыма в моей спальне, который иногда срабатывает из-за пара, когда я принимаю душ.
— Разве у тебя нет стремянки?
— Она была внизу, а я была голая и мокрая.
Она засмеялась. — О, ты уже залезла в душ?
— Да. — Я сняла шляпу, бросила её на заднее сиденье и пригладила волосы. — Но я ещё даже не добралась до худшей части.
— Хуже, чем падение с чемодана?
— Намного хуже. — Я вздрогнула. — Декс видел, как это произошло.
— Кто такой Декс?
— Мой новый сосед.
— Горячий пожарный? — Её голос повысился от удивления.
— Да. — Я представила его стоящим в дверях моей спальни, его тёмные глаза изучающие моё обнажённое тело, его челюсть практически на уровне груди.
— И почему он был в твоей спальне?
— Очевидно, он услышал сигнализацию через стену и пришёл посмотреть, всё ли со мной в порядке.
— О, боже мой. Почему ты не взяла полотенце?
— Я взяла! Но оно было больше похоже на полотенце для рук.
Элли рассмеялась. — Значит, он мог видеть…
— Всё, — подтвердила я, снова опускаясь на своё место. — Он видел всё. Они всё видели.
— Кто «они»?
— Его маленькие девочки тоже были там.
— Ну и что? — Элли пожала плечами. — Сотрудник службы экстренного реагирования. Это почти как врач, Вин. Эти парни привыкли к таким вещам. А его дочери — просто дети.
— Это ещё не всё.
Мы остановились на красный свет, и она посмотрела на меня. — Ещё не всё?
— После того, как я упала на задницу, полотенце слетело, всё моё тело было выставлено напоказ, и я отчаянно пыталась добраться до безопасного места, что уползла в ванную.
Элли расхохоталась, стукнув тыльной стороной ладони по рулю. — Прямо как «стой, падай и катись» (прим. пер.: ориг.: stop, drop and roll — отсылка на технику пожарной безопасности)! Держу пари, он был впечатлён!
— Хватит надо мной смеяться, это серьёзно! Я никогда в жизни не была так травмирована. Мне нужно срочно переехать.
— О, ради всего святого. Тебе не нужно переезжать, Винни. — Загорелся зелёный свет, и мы снова двинулись вперёд. — Парень, наверное, был так же смущён, как и ты.
— Может быть. Но он наверняка считает меня полной идиоткой. После того, как я спряталась в ванной, он задержался на минуту, чтобы подключить сигнализацию и спросить, всё ли со мной в порядке. — Я поморщилась и покачала головой. — Я просто повторяла «Я в порядке!», как сумасшедший попугай, и желала провалиться сквозь землю.
— Перестань драматизировать. Ну увидел парень тебя голой — какая разница?
— Голой и ползающей по полу, — напомнила я ей.
— Хорошо. Голой и ползающей по полу. Сейчас это травмирует, но это отличная история, и когда-нибудь вы, ребята, сможете посмеяться над ней.
— Как будто ты можешь смеяться над тем, что нашла коробку с секс-игрушками под кроватью родителей, когда тебе было шестнадцать?
— НЕТ. Это был совершенно другой уровень травмы. — Элли вздрогнула. — Я даже не могу поверить, что ты только что заговорила об этом.
— Ох, да ладно. Это было смешно.
— Винни, в той коробке была плётка! И повязка на глаза!
— Я знаю. — Отвлёкшись на мгновение, я покачала головой. — Я всё ещё не могу представить твоих родителей…
— Пожалуйста, перестань болтать.
Я рассмеялась. — Извини.
— Интересно, пришёл ли он домой и сказал жене, что только что видел новую соседку голой?
— О! Оказывается, жены нет.
Она посмотрела на меня. — Я думала, ты её видела.
— Это была его сестра. Он отец-одиночка — только двое из этих детей были его. Хэлли и Луна. — Я снова поморщилась. — Те, кто видели меня голой.
— Горячий отец-одиночка, да? — Элли была явно заинтригована. — И он прямо по соседству. Представь себе.
— Вообще-то, я не знаю, холост ли он. Только то, что он не женат. У него может быть девушка.
— А может и нет.
— Не забивай голову идеями, — сказала я ей, хотя у меня уже было немало идей по поводу горячего отца-одиночки по соседству, который переехал всего шесть часов назад.
— Но мне нравятся идеи, — сказала Элли, подъезжая к дому моей тёти Эйприл и дяди Тайлера.
— Ты просто хочешь выиграть пари, — сказала я. — Но я же сказала тебе — я хозяйка своих чувств, никаких отношений до Дня благодарения.
— До Рождества, — сказала она с ухмылкой. — Ты изменила его на до Рождества, помнишь?
— Точно. До Рождества.
— Напомни мне, чей это дом, — сказала она, когда мы свернули на подъездную дорожку. — Я путаю всех твоих дядь и тёть.
— Эйприл и Тайлер Шоу — они биологические родители Чипа. Он родился, когда они были слишком молоды, и отдали его на усыновление. Но они воссоединились, когда ему было восемнадцать. Я выросла, называя его своим кузеном.