Империя предрассудков (СИ)
А что, если Александр передумает? Или забудет? Или вообще возьмет в попутчики кого-то другого? Ведь уже сам факт того, что он предложил мне провести с ним день, казался невероятным, а тут еще и загородная поездка. В общем, мое душевное состояние явно было не на пике своих форм, и я просто жаждала скорее пережить бал и наутро пуститься в путь, который, как я полагала, помог бы мне разобраться в истинных мотивах Александра Николаевича.
В тот раз зал украсили особенно утонченно. Он был полон белых роз, которые выращивали специально для бала двадцать один садовник в оранжерее за озером. Каждый стол, каждый уголок зала тонул в белых и кремовых оттенках, словно зима ворвалась в этот зал и самостоятельно украсила парадный холл. А золото! Сколько здесь было золота! В свете тысяч свечей это смотрелось так, будто ни закутка создатель этой аванзалы не пропустил, не покрыв его шафрановым драгоценным металлом.
Я ещё раз осмотрела гостей в поисках знакомых лиц. Император непринужденно общался с гостями, быстро переключаясь с одного высокопоставленного джентльмена на другого. Варвара танцевала вальс с неким седовласым и слегка нетрезвым господином. Хотя, судя по их увлеченной беседе, ее это совсем не смущало. Камергер с Константином развлекались в компании Ольги и ещё трёх приезжих барышень, и я была почти уверена, что темой их бесед являлись исключительно последние сплетни двора.
Я повернулась, разглядывая другую часть зала. Александр сидел у камина в компании трёх девушек: Елизаветы, Елены и, конечно же, Марии Павловны. Девушки звонко смеялись, словно стараясь таким образом переманить все внимание князя на себя и хотя бы на секунду ощутить себя победителями в этой бесконечной битве. Интересно, они хоть понимали, как жалко выглядели со стороны?
Но даже несмотря на всю неприязнь к этим особам, я прекрасно понимала, что двигало ими. Елена всегда получала то, что хотела (возможно, это было каким-то нездоровым состязанием с собой), так или иначе, ею управляло желание обладать всем самым лучшим. Мария Павловна же, напротив, считала, что внимание ей положено по статусу, и потому вцепилась бы в глотку любому, кто решил бы состязаться с потомком немецкой принцессы. А Лиза… Лиза просто была влюблена.
Задерживаться около них не хотелось, а потому, я, быстро поприветствовав эту четверку поклоном и стараясь минимально обращать внимание на Александра, который, как обычно, жаждал его больше бокала бренди, направилась бродить по залу.
Я уже сделала два полных круга вокруг танцующей части зала, опустошила бокал шампанского и даже начала размышлять, как бы под шумок скрыться с мероприятия, как вдруг заметила около заднего входа Афанасию. Быстро прошмыгнув между придворными и гостями, я мгновенно оказалась рядом с подругой.
— Надо же! Не ожидала, что ты посетишь нас, — обратилась я к ней.
— Сама удивлена. Ты же знаешь, как я ненавижу эти балы и здешнюю публику, — эмоционально ответила девушка и тут же иронично добавила, — как же хорошо, что меня не постигла твоя учесть.
— Не все из них так плохи — немного обидевшись произнесла я, безвольно бросив взгляд в сторону Александра. Это не осталось незамеченным для Фани.
— Красота Александра не аргумент. Скажи мне, может, он хорош в чем-то ещё, кроме как в обаянии?
Я покачала головой. Очень хотелось рассказать Фане о предстоящей поездке, но мысли о том, какой эффект это на нее произведет и сколько ироничных подтруниваний будет после этого, заставили меня промчать.
— Я не знаю, что тебе сказать. Обычно он рассказывает о своих успехах в стрельбе, охоте, о борделях, — усмехнулась я, — но я знаю, что он хорош в арифметике, сам ведёт некоторые счета.
Афанасия молчала. И мой ответ, казалось, звучал для нее, как жалкая попытка оправдать его бездарность.
— Кстати, не думай, что я пришла сюда, потому что хотела выпить бесплатного вина и поразвлекаться в компании твоих друзей. Для моего появления была особая причина. И имя ей Константин.
— Фаня, ты что, влюблена в Константина?!
Она помедлила и закатила глаза.
— Твоя логика меня всегда восхищала. Ты знаешь, в кой то веки, я расстроена, что ты не угадала.
Я вздрогнула, начало истории не сулило ничего хорошего.
— Что-то случилось? Он узнал кто я? Твой бордель закроют? — на этот раз мне не хотелось шутить. Это было слишком серьезно.
— Нет, но он явно пытается узнать кто ты. Именно за этим он пригласил меня сюда, чтобы попытаться вытянуть информацию.
Я нервно сглотнула и покосилась на Константина. Кто бы мог подумать, что этот безбашенный самодур так озабочен незнакомой проституткой?!
— Я общалась с хозяйками других мест. Оказывается, он отправлял к ним своих людей, которые расспрашивали их об иностранной немой танцовщице. Те, конечно, ничего не знали. Однако потом он вновь явился ко мне и снова предлагал деньги. Как видишь, он до сих пор ничего не добился, но продолжает испытывать мое терпение и угрожать закрытием борделя.
Я вытаращила глаза на Фаню:
— И что ты будешь делать? — я не сомневалась в том, что Фаня не сдаст меня Константину, но вот за ее безопасность, я не ручалась. И это беспокоило.
— Ну, я поговорю с ним, раз уж пришла. За одно невзначай поинтересуюсь, где в случае закрытия борделя он и все его друзья будут наслаждаться столь уникальными шоу. Это должно осадить его пыл. Однако ситуация мне не нравится, потому и я решила рассказать тебе.
— Значит, он ничего не знает?
— Пока нет. Но вероятность, что он продолжит поиски, есть, так что будь аккуратнее.
Я прекрасно понимала, что аккуратность не сильно поможет мне в случае, если он доберется до правды.
— Спасибо, конечно, но что же мне теперь делать?
— Надеяться, что в зале не было людей, которые запомнили тебя без маски, и у которых есть прямая связь с Константином. Впрочем, прошло уже полгода, так что шансов у него немного.
Я не могла не согласиться, но от этих новостей у меня вновь задрожали коленки. Почему от одного танца столько проблем?
Мы замолчали. Мне необходимо было свыкнуться с мыслью о том, что меня до сих пор ищет один из самых влиятельных людей Империи и быстренько поразмыслить над тем, что будет, если ему все же удастся меня найти.
В это время веселье в зале было в самом разгаре. Если в начале торжества в центре кружило всего с десяток пар, большинство из которых были женатыми господами, то сейчас гости заметно оживились и приглашали дам на танцы куда смелее.
Не будь я в такой растерянности, без труда окунулась бы в романтично-лиричную атмосферу контрданса. Неплохой был танец для ловеласов.
Едва я подумала это, до меня донеслись слова Афанасии:
— Я, конечно, знала, что ваш Александр не самый порядочный человек, но, чтобы настолько, — девушка кивнула в сторону танцующих пар.
Передо мной открылась пренеприятнейшая картина. Не сказать, что это было какое-то уникальное, ранее невиданное зрелище: всего-то Александр, закружившийся в танце с Ольгой. Это была обыденность — картина, к которой привык каждый обыватель дворца. И я тоже, казалось, должна была к ней привыкнуть. Однако впервые мне было не все равно на то, что делал Александр.
Любое прикосновение к обнаженной части тела девушки, которое не скрывало платье, считалось вульгарным, низким и недостойным. Но конечно, зачем Александру были эти правила? Во время многочисленных пауз в танце он то и дело замирал, при этом успевая пощекотать полуобнажённую кожу на шее фрейлины. Та в ответ смеялась так громко, что, казалось, это слышал даже квинтет трубачей в другом конце зала. А потом она, так же непринужденно и без всякого смущения, лёгкими движениями пихала его в бок, отвечая на эту вроде как невинную забаву. Тогда они оба смеялись, перебрасываясь, вероятно, до жути банальными фразочками. И вместе с этим оба выглядели по-настоящему счастливыми и беззаботными.
Я вспомнила, что завтра нам предстоит проводить весь день вместе, и внутри все обрушилось. За год я должна была привыкнуть к тому, что он любил всех и одновременно не любил никого! Но почему мне было так обидно? Неужели я посмела понадеяться, что я хоть в чем-то лучше других? Неужели я возомнила, будто он относится ко мне хоть как-то иначе?