Разрушенный мир (СИ)

А вот прадед наоборот, стремился собрать в своих руках побольше сил — оттого был прозван потом Жадным. Да и скончался весьма молодым. Упал с лошади на охоте где-то у северных гор.
Да уж.
И чем больше я узнавал, тем яснее понимал — то, что я здесь наследный принц целого царства, не значит буквально ничего. Уж точно ничего легкого и приятного.
Само королевство Эстеллвик окружено горстью таких же царств, или карликовых республик, которые постоянно друг с другом грызутся. Между ними даже границ четких нет — то одни у других деревеньку себе перепишут, то другие у первых. И так веками.
Внутри царства ситуация вообще-то примерно такая же, только в миниатюре. Все поделено между примерно равными Родами бояр — наследных наместников. И королевский род является королевским просто по договору между ними. Да, для простого люда это все освещено стариной, справедливостью, идеями вроде того, что король в стране — как отец в семействе, и всякое такое. Все это давным-давно существовало и в моем мире, так что чем-то новым не стало. Пустые формальности.
Особенно пустые ввиду того, что я видел в слоях причинности. Ввиду того, на какой лжи и грязи зиждется здесь власть колонистов с юга, коими и были мои здешние предки.
При этом, здесь, на севере, очень мало магов. Во всяком случае, официально. А те, что есть, либо заурядная посредственность… либо сбежавшие от закона преступники. Ни с кем из них каши не сваришь.
И больше того — сам наш правящий род — та же боярская кутерьма в миниатюре. Ведь право наследования через старшего сына — просто формальность. Если Эстеллы правят милостью бояр, то и фактического наследника могут поставить они. Он будет из нас, конечно, из Эстеллов.
Но ведь детей у Грегора четверо.
При чем, судя по опыту моего знакомства с братом и сестрой — Клаусом и Карин — оба они от этой чести не откажутся, представься им такая возможность. Быть может лишь маленькая Мирта, самая младшая из нас, мне пока не соперник.
Пока.
Кстати, а где Карин? Воден обещал мне от нее немало проблем, помнится.
— О, тут я бы сказал, что тебе повезло попасть во всю эту историю с зеркалом! — хохотнул Воден в ответ на мой вопрос. — Карин ждала твоего возвращения сколько могла, пять дней бесилась, что не смогла тебя… как там она говорила, Альси?
— Допросить. — мрачно кивнула девушка. — И не называй меня так.
— Вот! Так что допроса ты избежал. — Воден добродушно улыбнулся. Его чуть округлому лицу с легкими морщинами удивительно шла эта иронично-добрая улыбка. — И вообще, расскажи нам уже, где ты был на самом деле? Все здесь понимают, что был ты ни в каком не в Зазеркалье. Мы там все обшарили. Колись, друг мой, колись.
Все дружно кивнули.
Я не стал скрывать. Во всяком случае, историю в целом. Рассказал про слой причинности, про встречу в прошлом с местной королевой, которая и поведала мне, где я нахожусь.
А вот о душе умолчал. Как и, разумеется, о своем новом оружии. Уверен, если в будущем они узнают все это — они меня поймут. Теперь стоит быть предельно осторожным даже в ближайшем окружении. Для нашего же блага.
Рассказывал я ярко, сочно, топя слушателей в деталях. Это не было трудно — за те, по ощущениям, часы, что мы проплутали с Никто в вязкой темноте, я как следует продумал все эти истории. А мысли мои были заняты не прошлым, а будущим.
В голове шаг за шагом постепенно зрел план. План поэтапного уничтожения враждебных мне… элементов.
  
Глава 16
 
Планы и встречи
 
Я стоял над картой и размышлял. С моего чудесного возвращения прошло два дня — и дни эти выдались приятно спокойными. Никто не пытался меня убить, не браш наш замок штурмом, небеса не падали на землю. Благодать.
Так что я смог наконец подумать. К тому же, отец, увидев, что я вполне способен действовать самостоятельно, дал мне немалую свободу передвижения, а также приличные деньги.
Именно на них я заказал в Труадане подробную карту Эстеллвика и окрестностей. А заодно, передал монет мяснику, помогавшему нам сбежать из пещер. Добро не должно забываться, а торговцы — хорошие союзники.
 
— Ого, да ты уже как у себя дома! — усмехнулся вошедший Воден, как только дверь за ним закрылась.
Спал я теперь в бывшей гостевой, вместе со всеми, а свою спальню переоборудовал в личный кабинет. И поставил дверь с замком, наконец. Теперь в центре комнаты стоял темный стол с разложенной на нем картой, у стен разместились несколько стульев для гостей, а также глубокое кресло для меня. Окно расширил наш замковый каменщик, и теперь я мог спокойно обозревать ближайшие к замку поля — комната располагалась выше крепостной стены.
— Да, просто, но уютно. — кивнул я. — Проходи, поговорим. Ты успел выяснить что-нибудь?
Два дня назад я дал Альсине и Водену задания. Первая, имея старые связи в наемнических кругах, должна была отправиться в Солейм и выяснить, как сейчас обстоят дела с теми, кто готов сражаться за деньги. Я уже понял — и чем дальше, тем больше в этом убеждался, что всякие цветные фантики, вроде чести аристократа, или верности государю, ценятся местным боярством не дороже грязи под ногами. Скорее наоборот, именно старые родовые связи и тесные знакомства и позволяют им теперь тихонько плести заговоры, бить с разных сторон и любыми способами, в случае нужды покрывая друг друга.
Отец, например, даже собирать боярский суд не стал — его исход был очевиден, Дерфоллов оправдают, а мы лишь покажем всем свою слабость. Другое дело — презренный металл. Торговцев до сих пор зовут в этих краях «подлыми людьми», но я уже знал, что в Эфтее они правят зачастую целыми провинциями. Да и здесь, как выяснилось, артерии страны — именно торговые пути, а не военные тракты, или улочки в парках всяких аристо.
И вот выяснить, что у нас с деньгами, я попросил Водена. Только он знал о пещере со статицитом, а именно этот алый кристалл — наш главный золотой запас. И вот, Воден вновь в замке.
— Надеюсь, ты с хорошими новостями. Ну же… — я даже поднес ему стул, с таким нетерпением ждал вестей.
И вести оправдали ожидание.
— Все как мы и предполагали. Покупателей на кристаллы полно уже и в этих краях. Как и продавцов. Это в сиятельном Эфтее одиночке почти невозможно их продать, а тут никто не следит. Так что мне, как королевскому магу, сделали немало предложений. В том числе и представители соседних царств. В Труадане их полно.
Да, Воден был отправлен в первую очередь в торговый город Труадан. Во-первых, выяснить, идет ли вообще торговля статицитом. Во-вторых, узнать, может ли боярский — или королевский — представитель купить его официально, а в-третьих — сориентироваться в ценах.
И во всем этом маг преуспел.
— Вот, держи. На обратном пути я заглянул в нашу пещеру и добыл немного. — из кожаного мешочка прямо на карту посыпались с легким звоном мерцающие алым камешки. — Раздробил, чтоб торговать малыми порциями. Ни в коем случае нельзя снижать цену — это сразу привлечет внимание эфтейских представителей. Они и в этих краях есть, ты уже знаешь.
О, я знал. Заглядывавшая вчера в замок Альсина рассказала, что первые, кто сегодня предлагает наемников на любой вкус — эфтейцы. Но идею обращения к ним мы отмели сразу. Эти сволочи всюду имеют магов, умеющих просвечивать историю денег. Ведь каждая операция обмена — это обмен конкретных денег на конкретную вещь. И маги умеют такое читать. Так что обратись мы к ним — и они мигом прознают о статиците. А эти хитроз… кхм, подлые люди, нередко еще и подменяют настоящее золото в монетах на… не совсем настоящее. В самой Эфтейской Республике такое запрещено и карается жестоко. А вот в том, что касается обмена с «варварскими царствами» их нравы куда свободней. В конце концов, именно для этого в наших северных краях и бродят эмиссары Эфтея — выжимать из простонародья последние соки колдовством и обманом.
Слово «эмиссар» всегда прочно ассоциировалось у меня с эмиссарами Твари — чудовищными прислужниками повелителя нашего мира, когда-то бывшими простыми разумными, но согласившимися отказаться от самости ради силы и свободы. Этакие генералы оккупационных войск.