Эксперимент (СИ)

– Стопэ. Питон – не ядовит. В каком месте я агрессивен?
– Питон – это семейство удавообразных змей. Отсутствие яда не делает их менее агрессивными. Они убивают свою жертву методом удушения. Не знали?
– Не могу сказать, что я его прям вокруг чьей-то шеи могу обернуть. Так что сойдемся на том, что я немного приукрасил. Так какой у вас размер груди, Ксения Андреевна?
Ну и как, спрашивается, его еще огорошить, если даже генитальная тема не смутила этого мужика? Он как ни в чем не бывало снял с себя пиджак, повесил его на ручку кресла и, закатав рукава белоснежной рубашки, вновь перевел взгляд на мою, к счастью, прикрытую грудь.
– Вы намеренно пытаетесь спровоцировать меня на какие-либо эмоции не характерные с вашей точки зрения для психолога. Но я такой же человек, как и все. Ваше демонстративное поведение говорит не только о вашей наглости, уверенности в себе и вседозволенности, но и о неудовлетворенности. Весь ваш вид говорит о том, как вам скучно. Вы и сюда решили прийти второй раз не для того, чтобы сдержать слово перед обыгравшим вас другом. Вам просто интересно проявить себя в остроумии, пошлых намеках и смотреть за тем, как отреагирую я. Но в каждом произнесенном вами слове, можно найти больные для вас темы. Не хотите, чтобы я копалась в вас глубже, не стоит акцентуализировать наше с вами общение на мне.
Боже, что я сейчас ляпнула? Акце… что? Ай, да пофиг, он сам ни хрена не знает. Сидит в загрузе, значит есть эффект. Выкусь-накусь, предпенсионер.
– Боже, столько слов из-за какого-то размера груди. Сам узнаю, как раздену, – м-да… просто непрошибаемый обнагленец. – Слушай, пойдем поужинаем, я есть хочу. Ой, пардон, пойдемте. Я не могу на голодный желудок рассказывать о своих реальных проблемах. Я не шучу.
Все мое общение с мужчинами, по сути, сводится к брату. Это его я могу считать без слов. Знаю, когда врет или лукавит, добр или зол. Смотря на этого мужика, я впадаю в некий ступор. Вдруг он реально хочет есть? Уж мне ли не знать, прожившей всю жизнь с братом, что голодный мужчина – злой.
– Я не ем после шести, Вячеслав, – исключительно жру. Сама бы сейчас навернула сковородку жареной картошки, а сверху закусила брикетом мороженого.
– Так вы из этих?
– Каких этих? – встаю с кресла и подхожу к шкафу. Достаю из сумки шоколадку и сажусь на свое место.
– Ебанутых баб.
– Безусловно, – не предупреждая, запулила в него шоколадкой. Реакция что надо. – Приятного аппетита.
– Премного благодарен. А где ваши очки?
– В ящике.
– Вы стали резко зрячей?
– Как увидела вчера вас, так сразу прозрела. Итак, Вячеслав. Если вам есть, что сказать по делу о реально существующих у вас проблемах, я вас слушаю. Если хотите поупражняться в сарказме и прочем – вам лучше уйти, предварительно отдав мне камеру.
– Увы, есть, что сказать, – откусив шоколадку, невесело сообщает он и достает из кармана брюк вибрирующий мобильник. – Пардон, важный звонок.
Уходить пунктуальный, судя по тому, как раскинулся в кресле, не собирается. Только нахмурился, вслушиваясь в то, что ему говорят. Буркнув «понял», положил трубку, и перевел взгляд на меня.
‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍– Все нормально?
– Все никогда не бывает нормально, Ксения Андреевна. Но если это тонкий вопрос свалю ли я сейчас – нет.
– Тогда начинайте говорить о своих проблемах, Вячеслав.
– От меня сбежала невеста, – после незначительной паузы произносит он. М-да. Проблема в том, что я совершенно не понимаю говорит он правду или выдумывает все, как и я на ходу. Но если у него и вправду есть невеста, это печально. – Вы выглядите расстроенной. Вас опечалил тот факт, что у меня есть невеста?
– Ну, если вы не шутите про невесту, то да, я несколько опечалена за судьбу бедной девушки или женщины, выбравшей вас в спутники жизни, – совершенно серьезно произнесла я и тут же себя одернула. Ну и зачем сама начинаю его провоцировать?! Благо на мой комментарий мужчина лишь усмехнулся.
– Не шучу. Реально сбежала. Кстати, зря иронизируете, я не самый плохой кандидат в мужья. И для нее, я бы сказал, что я лучший вариант из тех, кого ей могут подсунуть.
 
– Но вы не опечалены ее побегом. Я бы сказала, даже наоборот – рады.
– Ну разве что чуть-чуть, ибо свадебка, слава Богам, отложилась. Можно еще понаслаждаться холостяцкой жизнью. Но с другой стороны – опечален, так как ее побег создает ворох других проблем. Порочный круг. Все равно придется жениться. Тогда какой смысл откладывать неизбежное?
– В этом и есть ваша проблема? Вас заставляют жениться?
– У нас договорной брак, Ксения Андреевна. Меня не заставляют. Сам когда-то подписался под это. А я человек слова, если вы забыли.
– А может, все проще и дело в деньгах? – и все-таки рот мне надо заклеить.
– Отчасти в них тоже. Не хотелось бы терять приобретенное с таким трудом. Но они не решающая сторона вопроса. Так вот, вернемся к проблемам, а именно к моей невесте. Как мне сделать с ней совместную жизнь… хотя бы сносной?
– Вам настолько неприятна ваша невеста? Она для вас некрасива?
– Внешность – на девять по десятибалльной школе, – не задумываясь, бросает он.
– То есть она красивая.
– С точки зрения классической красоты – безусловно, да.
– Тогда что не так? Она старше вас?
– Нет, малолетка. Двадцать один год, – ну для предпенсионера, да, – малолетка.
– Она поэтому сбежала? Считает вас старым?
– Понятия не имею, что она там считает.
– Ну если она красива и молода, то это уже делает вашу совместную жизнь не столь ужасной. Куда было бы хуже, если бы она была страшной и старой.
– Безусловно. Но внешность не занимает главенствующую роль в моей жизни. Меня не торкает от моей невесты. Красивая статуэтка – это просто красивый интерьер. Понимаете? – понимаю.
Самое удивительное, что в какой-то момент мне реально стала интересна наша беседа. Более того, я почти уверена, что он не врет. Жаль, что я не психолог. Очень жаль.
– Она вас не возбуждает?
– Красивая женщина не может не возбуждать мужчину. Так или иначе питон поглотит мышь, – придурок. Сказала на свою голову.
– Тогда о какой сносной жизни может идти речь?
– По сути, моя невеста как монашка. Члена в живую не видела. Да и боюсь на картинке тоже. Как мне с такой налаживать контакт?
– Очень просто. Покажите ей его в живую.
– Прям так сразу? – прекрасно. Он троллит меня, а я его. Блеск.
– Думаю, вы прекрасно знаете, что сначала неискушенной девочке надо рассказать о ее неземной красоте и о том, какая она славная. После – довести ее до оргазма с помощью рук, ну а потом уже и вживую знакомить с собственным телом.
– В этом-то и проблема. Я не хочу всего этого. Хочу прямо говорить о своих желаниях. В этом и есть корень зла.
– О чем вы?
– У меня специфические сексуальные предпочтения.
Ну, начинается. Я об обычных-то ни хрена не знаю. А тут… хотя, стоп.
– БДСМ?
– О, вы в теме?
– Боже упаси. Боюсь, что здесь я некомпетентна. Я не сексолог. Поэтому ничем не смогу вам помочь. Думаю, на этом надо закончить наш прием.
– У меня нет проблем в сексе, Ксения. Сексолог мне не нужен. Мне нужно лишь понять, как вылить все это на неискушенную особу. Вот у вас сколько было мужчин?
– А вам не кажется, что задавать мне такой вопрос, по меньшей мере, бестактно?
– В принципе, да, пока наши отношения не на таком уровне.
Пока? Боже, как выпроводить этого мудака с минимальными последствиями для себя? Не знаю в какой именно момент поняла, что надо делать ноги. Сейчас интуиция прямо вопит – закончить это все здесь и сейчас. Игры с такими людьми плохо заканчиваются. Всегда. И плевать на то, что скажет Ксения. В конце концов, другую работу найду.
Резко встаю с кресла и подхожу к сумке. Достаю конверт с деньгами и протягиваю его Вячеславу.
– Это сумма за все сеансы. Давайте закончим наше знакомство на положительной ноте. Если хотите, я подберу вам другого психолога. Но мы с вами не сработаемся. И, пожалуйста, отдайте камеру.