Безликие: Тени Агиона (СИ)
— Может, обои поклеить? — внезапно спросил я у Негора, разглядывая неизвестно когда и кем окрашенные казенной краской стены.
У Юнкера в кабинете были обои. Самые дешевые, почти без рисунка и какого-то землистого цвета, но с ними было, все же, уютнее.
Негор задумчиво почесал затылок, окинул взглядом кабинет, как бы прикидывая фронт работ, после чего подошел к стене и ковырнул ногтем старую штукатурку, которая готова была осыпаться едва ли не вместе со стеной.
— Можно, отчего же нет…
Ох, знал бы я, во что ввязываюсь! Это так, стоя посреди полупустой комнаты, переклейка обоев казалась плевым занятием. На деле же мы провозились следующие два дня. Причем к проекту пришлось подключить еще одного из водителей — ефрейтора Ламара. Он же свозил меня в хозмаг, а после, вместе с парой городовых, помогал нам с Негором все это добро лепить на стены. Благо, отбивать старую штукатурку и выносить мусор, пока мы были в магазине, Негор подрядил за бутылку пару алкашей, которые частенько заседали в камере при участке после очередного дебоша. Так что когда мы после обеда вернулись в участок, нагруженные пятком трубок веселого желтенького цвета, парой ведер и двумя пачками сухого клея, мой кабинет был расчищен и подготовлен к поклейке.
Юнкер, заинтригованный шумом, тоже выбрался в коридор, а как узнал, что я затеял ремонт — только похвалил за хозяйственность.
— Правильно, офицер Кейн! Все верно! В дурных условиях даже самый положительный человек черствеет и становится хуже злой собаки! Клейте! Клейте!
И скрылся в своем кабинете.
Но когда я уже приготовился разматывать первую трубку, прикидывая, откуда начать, меня остановил ефрейтор.
— Стоп! Ты что, Кейн! Все ж отвалится!
— В смысле?
— Нельзя на бетон клеить! Да и смотри, стены какие! — указал мне Негор.
Я внимательно осмотрел свой будущий кабинет, который сейчас был простой бетонной коробкой.
— Вот как надо! — усмехнулся ефрейтор, а через минуту передо мной легла увесистая стопка газет. — Сначала — их! А потом уже на газеты твои обои лягут…
Так как опыта в строительных работах у меня не было, я решил довериться в этом вопросе Негору. До самого вечера мы обклеивали стены старыми газетами, а только на следующий день в ход пошли обои. Когда мы закончили, часы перевалили за семь. Рабочий день подходил к концу и, благо, все это время на участке было тихо. Ни тебе драк, ни звонков, ни даже старушек, потерявших кошелек.
Потный, уставший, но довольный собой, я потянулся, осматривая только наклеенные на стены обои. Удачный цвет, да и поклеили мы с ефрейторами их почти ровно. В кабинете стало светло и вроде даже уютно. Сейчас занести обратно старый шкаф, стол, стул… Только запах клея будет стоять некоторое время, но это все выветрится за выходные. В график дежурств Юнкер меня пока не внес, а значит следующие два дня — выходные.
— Ну что ж, господа, предлагаю наш проект обмыть, — будто невзначай бросил я, наблюдая за реакцией Негора и Ламара. — Чтобы хорошо и крепко висели.
Ефрейторы переглянулись между собой. Одно дело, учить молодого офицера клеить обои и таскать с ним мебель, когда кители и рубашки повешены на гвоздь, а все присутствующие остались только в бельевых майках, а другое — пить с ним. Тем более, с таким молодым.
Но Пириус четко научил меня — ищи на рабочем месте если не друзей, то товарищей. Особенно среди младших по званию и просто подчиненных, если уж получил офицерское звание. Мой наставник советовал водить дружбу с уборщиками, дежурными, водителями и теми же работниками архива — со всеми, кому внимание офицера и его расположение могут польстить. Мне это ничего не стоит, а людям — добавляет чувства собственной важности. И в момент угрозы или просто нужды такие коллеги охотнее придут на выручку или окажут услугу.
Вся эта логика была мне ясна и понятна, хотя и не очень приятна — во времена учебы мы с Вартаном держались строго особняком — но пропускать мимо ушей советы Пириуса я не мог. В управлении мне не довелось обрасти контактами, а вот тут — самое место и время заиметь необходимые знакомства. Впрочем, ради этой попойки и затевался весь ремонт — получить благовидный предлог проставиться младшим по званию, но старшим по возрасту коллегам. Так-то, по чину из всего участка мне было пить только с господином Юнкером, но выглядело бы это исключительно как попытка заискивания перед прямым начальством.
— Маловер, — начал осторожно Негор. — Одно дело тебе с кабинетом помочь, тем более, ты сам вернулся в участок, а другое — с унтер-офицером…
— Без чинов! — воскликнул я, ожидая подобного развития событий. — Давайте, господа сослуживцы. Тем более, новенький всегда проставляется, так ведь? Или давайте уж до гастронома сходим, тут посидим…
Мужчины переглянулись, будто бы решая, что им делать.
— Ну, в участке пьянствовать совсем не дело, — покачал головой Ламар. — Есть тут на районе одно место, уютное, и недорого. На набережной. Вот только не думаю я…
— Вот и отлично! — перебил я ефрейтора. — Вы с ефрейтором Негором мне очень помогли, так какой я офицер, если не отблагодарю?
— Ну, если только так… — согласился Зейт. — Но только первый круг. Дальше мы сами, да, Ламар?
Это было мне и нужно. Я быстро сбегал в туалет — ополоснуть шею и грудь, натянул рубашку, накинул на плечи китель, подождал, пока умоются и приведут себя в порядок и ефрейторы. Потом зашли на гараж, где скучал сменщик Ламара — молодой городовой, что дежурил сегодня в ночь.
— Давай, заводи, — скомандовал Ламар подчиненному, — подбросишь нас с господином унтер-офицером.
Водитель не стал противиться — только покосился на меня, нового в участке офицера, после чего мы расселись в служебном автомобиле. Мне досталось место спереди, Негор и Ламар втиснулись на задние места. Водитель с чем-то там повозился, но мотор наконец-то рыкнул, и мы выехали из гаража в агионскую ночь.
Запись №4
Десять минут — и мы на месте. Высадил нас водитель у самой набережной и, покрутив головой, я понял, что мы не так и далеко от моей квартиры — две, может три улицы. Вон, виднеется и тот самый сквер, в котором я бегал утром.
Внутри заведения было довольно уютно. Тусклое освещение, полтора десятка столов, длинная барная стойка, небольшая сцена для живой музыки. Завидев форму, один из официантов проводил нас за свободный стол и я, повесив китель на спинку стула, чтобы не светить погонами, уселся с ефрейторами, предварительно заказав всем пива, освежиться. По довольному лицу Негора я понял, что с заказом угадал — на что-то покрепче перейти успеем, хотя я и не планировал сильно напиваться с сослуживцами.
— Удачно зашли! — сообщил Ламар, поднимая запотевшую кружку и делая большой глоток. — Ух, как в сухую воду! За обои в вашем новом кабинете, господин унтер-офицер!
— За обои! — поддержал я тост, и мы смачно стукнулись толстым стеклом.
— Ты о какой удаче? — спросил Негор, вытирая тыльной стороной ладони губы.
Пиво, рухнув холодным комом в пустой желудок, мигом стало впитываться в кровь, отчего лично меня буквально размазало по стулу. Тяжелые выдались деньки.
— Сегодня поют, и денег на входе не взяли, потому что с господином старшим офицером, — лукаво улыбаясь, довольно громко сказал Ламар.
Пока ефрейтор говорил, я осмотрел помещение и поймал на себе парочку недовольных взглядов из другого конца зала. Там разместилась группа вояк, что было видно по характерного цвета форме. Вот только знаки различия рассмотреть я не успел. Но вроде, лица все молодые.
По первой кружке выпили быстро, и я взял нам еще по одной, хоть ефрейторы и сопротивлялись. А вот от еды мужчины отказались — ограничились сушеной рыбой и орешками. Я же не стал прибедняться и заказал кусок мяса с гарниром. К этому сослуживцы отнеслись с пониманием — молодой организм требовал горячей пищи.
Как раз, когда принесли закуски, еду и еще по кружке пива, на сцену вышла артистка. Среднего роста девушка с бледной кожей и огненно-рыжими волосами, сразу видно, северянка. Одета она была абсолютно обычно для своей профессии — длинная светлая юбка в пол, рубашка, легкий зеленоватый жилет. Волосы убраны в ленивую косу.