Безликие: Тени Агиона (СИ)
От неожиданности у меня все мысли вылетели из головы, но широко распахнутые глаза артистки и искры, что прыгали в ее зрачках, однозначно говорили, что все это — часть нашего спектакля.
— Все, ушел, — выдохнула певица, отстраняясь. — Стоял и пялился, зараза! Будто сомневался.
Я ничего не ответил — в груди стучало, а в ушах звенело. Но так даже лучше, Мелоди молодец, вжилась в шпионскую роль.
— Давай сюда гитару.
— Играть мне будешь? — шутливо спросила девушка. — Может, лучше я? Если уж я делаю первые шаги…
Я пропустил насмешку певицы мимо ушей, потянулся к чехлу с инструментом, поставил его рядом с собой на лавку, а в после стал снимать куртку. Уже темнело. Маневр так себе, но должно сработать.
— Через пять минут он или его напарник пойдут в обратную сторону, — спешно иснтруктировал я Мелоди, вылезая из верхней одежды. — Так что посиди, поговори со своей гитарой. Можете даже обняться.
В сумерках хищно показалась кобура «Виконта» и сам огромный револьвер, отчего глаза Мелоди вылезли на лоб.
— У тебя же был другой…
— Это личный, — ответил я, проверяя, как сидит кобура и потянувшись уже к своей сумке, где лежала в том числе и перчатка.
Реликвия де Гранжей на месте, но брать ее с собой мне не стоило. Если все пойдет не по плану, шпионы получат не только меня, но и артефакт дома.
— Если что-то случится — забери мою сумку. Даже если придется бросить гитару. И не волнуйся, я куплю тебе новую чуть что, — серьезно сказал я девушке, пододвигая мешок поближе к Мелоди, и накидывая куртку на гитару. Издалека должно быть похоже на мой силуэт.
— Не нужны мне подачки… — ответила певица, но сумку со снаряжением все же приняла, удивленно взвесив ее в руке. — Ты что, кирпичи таскаешь в ней?
— Может быть, — уклончиво ответил я. — Все, не подведи.
И перемахнул через перила беседки, вывалившись прямо в кусты.
— А поцелуй на прощание… — недовольно протянула певица, все еще продолжая издеваться.
Я только отмахнулся, не до игр. После чего достал из кобуры револьвер и, пригнувшись, словно дикий зверь, быстро, но тихо, устремился по широкой дуге лесопосадки к аллее.
Это место я выбрал не случайно. Тут была и беседка, и изгиб аллеи, и самые густые заросли, то самое широкое место, где сквер ненадолго превращался почти в городской парк. Пока я сосредоточенно крался по опавшей листве, используя кусты и стволы деревьев как укрытие, в голове крутился десяток мыслей. На кого я сейчас охочусь? Господин Варро требовал результатов, а вместо этого я устраиваю шпионские салки с каким-то амбалами. А если они тоже из управления? Значит, я просто зря теряю время. С другой стороны, а чего моим коллегам прятаться от меня? Наоборот, было бы спокойнее, если бы за спиной было два оперативника, подчиняющихся лично агионскому исправнику. Но нет, это были какие-то мутные личности, которые совали нос не в свое дело. Сбросить этот хвост у меня не получится — слишком они были наглые и настырные. Значит, как говорил Пириус, надо брать «языка» и устраивать допрос с пристрастием.
Мне еще ни разу не приходилось брать кого-то в плен и угрожать оружием. Задержания алкашей во время практики — совсем не то. Тут у меня должна быть твердая рука и полно решимости, чтобы все выглядело убедительно.
Я не собирался калечить шпиона, но пригрозить ему придется. Надеюсь, эта дубина разбирается в калибрах и оценит потенциал ламхитанского ствола.
А вот и мой «хвост». Стоит под фонарем в сотне шагов от поворота к беседке. Что он высматривал? Продолжение тропы? Мелоди удалось убедить неизвестного шпиона в том, что я просто снял в кабаке девицу и, как и любой другой молодой парень, повел ее куда-нибудь, где нам не будут мешать обжиматься. Выглядит натянуто, конечно, но если девушка сразу согласится идти с тобой на квартиру, то это повод крепко задуматься.
Мелоди молодец, постаралась на славу, если бы она не прожигала свой талант по заведениям, а пошла учиться, из нее бы вышла отличная певица или актриса. Я почти ничего не знал о прошлом и жизни девушки, но было понятно, что в столицу она перебралась не от хорошей жизни. Может, строгая мать, может, ублюдок-отец. Кто знает, что происходило в родном доме девушки. А может, она вообще одна в этом мире, совсем как я.
«У тебя есть охота и род де Гранжей, не прибедняйся», — шепнул внутренний голос.
Вот только те люди, которых я бы мог назвать своей новой семьей, сейчас были далеко. А смерть госпожи Оверсонг сделала все еще сложнее. Когда вернется Алиша, если вообще вернется? Но храмовница ладно, по-настоящему я скучал по Пириусу.
Воспоминания не мешали движению, так что довольно быстро я подкрался к мужчине почти вплотную. Лежа брюхом на холодной земле, я оценил позицию. Кусты, пара метров — и я рядом с ним. Аккуратно раздвинув ветки, я пауком выполз на аллею, весь грязный, сжимая револьвер в руках. Поднял какой-то камушек и бросил в сторону, привлекая внимание мужчины.
Он был неплохо обучен, но все равно дернул головой в сторону, отслеживая источник шума. Я же, в несколько шагов приблизился к мужчине вплотную и упер ствол «Виконта» в спину соглядатая, аккурат промеж лопаток.
— Это ламхитанский ствол калибра три-пять-семь, видал такие? — шепнул я мужчине, кладя руку тому на плечо и прижимая ствол еще сильнее к спине.
— Н-н-нет… — нервно ответил мужик.
— У меня заряжены экспансивные, такие малыши с палец размером, с распиленной головой в форме розочки. После выстрела они раскрываются в теле, и на выходе у тебя останется дыра в груди размером с кулак. Понял?
Мужик нервно кивнул, косясь на меня через плечо.
— Где твой товарищ? — спросил я.
— В машине, — ответил мужчина.
Я видел, как капля пота стекает по его виску. Он боялся. Видимо, не ожидал от меня подобного финта. Впрочем, я и сам не ожидал от себя подобного — это буквально подсудное дело и если мои методы дойдут хоть до одного чиновника, я моментально вылечу из полиции. А если дрогнет рука — дорога мне будет только одна, в Ламхитан, в бега. С другой стороны, тут еще как посмотреть: непонятная слежка за офицером, с еще менее понятными мотивами… наша служба полна опасностей, откуда мне было знать, что это не парочка бандитов?
— Давай, веди, — для убедительности я опять ткнул стволом в спину мужика. — Я иду за тобой.
— Что вы будете делать? — хрипло спросил мужчина.
Они точно были не от Варро. Значит, мной заинтересовался кто-то из влиятельных людей Агиона. Кто-то достаточно наглый, чтобы устроить слежку за подопечным агионского исправника.
— Повезете меня к своему начальству. Или сам понимаешь…
Повторять не пришлось. Любые переговоры проходят успешно, если у тебя в руках оружие.
Запись №14
1288 год новой эры, десятый месяц Абанэд, 07 число, 21:44, Сонша, район центральной набережной
Герцог Эрих Каул рассеянно крутил в пальцах бокал с вином, размышляя о том, что происходит в городе.
После того как к нему пришел Эссау и рассказал о «новейших» методах агионской полиции в поисках пропавших без вести, герцог заинтересовался происходящим прямо у него под носом. И был крайне удивлен тем, что Варро, по всей видимости, начал вести какую-то свою игру.
Вот только герцог Каул достаточно пожил на этом свете и хорошо знал таких людей, как Варро. Трусливые карьеристы, что существуют в тени более сильных, в тени аристократии. Чья-то длинная рука кормила агионскую полицию вопреки всеобщему презрению к этим служивым. Причем он был уверен, что это была рука кого-то из великих семей. Каулов, то если самого себя, он исключил, как и царствующий род Эрминов. Осталось пять подозреваемых…
Пожилой мужчина с сожалением посмотрел на пустеющий бокал с вином. Глоток, может, два. Врачи запретили пить больше бокала после ужина — печень не в порядке, кровь густая, что старое моторное масло. Говорят, надо больше прогулок, больше овощей, меньше тревог. Но куда там, меньше тревог! Если ты глава третьей по силе семьи государства, вся твоя жизнь — бесконечная тревога, которую так удачно получалось притопить в бокале коллекционного, еще довоенного токонского…