Безликие: Тени Агиона (СИ)
Амбалы переглянулись, после чего один потянулся ко мне и положил руку на плечо.
От вспышки гнева хотелось вскочить, выхватить из кобуры «Виконта» и всадить в наглеца парочку «малышей» тридцать восьмого калибра — он же калибр три-пять-семь, что использовался для патронов «Виконта» — чтобы больше руки не распускал.
— Чем обязан? — хмуро спросил я, поднимая глаза.
— Распоряжение господина Варро, офицер Кейн. Пройдемте, — спокойно ответил один из мордоворотов.
— Я ужинаю. Не видите?
— Доедите в машине. Дело срочное, — подал голос второй амбал.
Я еще раз оценил протокольные рожи гонцов — старые боги свидетели, между полицией и бандитами иногда разница только в наличии погон — после чего хлебнул молока и поднялся с лавки. Даже первый бутерброд доесть не успел, ироды.
Свою добычу я бросать не собирался, так что в салон дорого черного автомобиля я уселся, роняя на тонкую кожу обивки хлебные крошки. А мог бы жирными руками все облапать! Колбаса была хороша, свежая, сочная…
Амбалы никак на этот мой демарш не реагировали. Даже когда я, разделавшись с первым бутербродом, вручил бутылку молока моему соседу по сидению для того, чтобы соорудить следующий.
— Так что от меня потребовалось господину Варро? — с набитым ртом спросил я.
Хотелось нарушать субординацию, хотелось бесить и издеваться над этими двумя. Зная, как высок чин моего покровителя, эти двое ходили с погонами не ниже участкового пристава, а то и титулярного советника. А тут какой-то парень возраста курсанта, возомнил себя унтер-офицером, да еще и хамит…
— Все узнаете на месте, офицер Кейн, все на месте, — спокойно ответил мой сосед, пока его товарищ выруливал из дворов на дорогу.
Едва трясти перестало — асфальт в дворах тут был препаршивый, мужчина, будто бы он занимался этим ежедневно, спокойно протянул мне початую бутылку с молоком. Я покосился на посыльного Варро, но молоко принял с уже почти благодарным кивком. Думаю, эти двое знают, чем я занимаюсь для исправника Агиона. А значит, я могу тут хоть на голове стоять — и это будет считаться нормой. Половина людей после встречи с безликими вовсе перестают связно говорить или впадают в ступор, совсем как Вартан…
Ехали мы недолго, дороги были пустые, так что к управлению добрались минут за двадцать. За это время я успел пропихнуть в себя почти весь батон и расправиться с кругом колбасы, так что из машины я вылез уже относительно сытый, почти добрый, но все еще с ополовиненной бутылкой молока. Прошли уже привычной боковой дверью технического персонала и, нырнув в коридоры для «особых визитов» проследовали прямо к приемной господина Варро.
Секретарь агионского исправника с удивлением посмотрел на бутылку с молоком, после — на мою фиолетовую рожу.
— Ах, вот оно что… — протянул себе под нос секретарь, жестом предлагая мне сдать оружие и молоко.
Скажу честно, с «Виконтом» я расстался легче, чем с недопитой бутылкой, но что поделаешь — даже моя наглость в этот вечер должна иметь свои границы. Двери кабинета распахнулись и я, оставив мордоворотов за порогом, шагнул внутрь.
— А вот и он! Наш специалист… — начал Варро и как-то осекся, увидев мою избитую морду. — Унтер-офицер Кейн!
В кабинете кроме Варро было еще трое. Какой-то мужик дворянской наружности — его выдавал вздернутый подбородок и кислое выражение лица — а также парочка курсантов, которых я отделал накануне.
С удивлением уставившись на вояк, я перевел глаза на агионского исправника, пытаясь понять, что тут происходит. Если бы Варро привез меня на показательную казнь, то не был бы так удивлен моим состоянием, потому что парочка, что сидела на диванчике у стены, выглядела не лучше. Не хватало только последнего, которого я отметелил сильнее всего. Господин исправник назвал меня «специалистом», а значит, дело касалось моего основного, не служебного профиля…
— Это он! Он! — воскликнул один из курсантов, вскакивая на ноги и тыча в меня пальцем. — Тот легавый!
Аристократ бросил на парня уничтожающий взгляд. Использовать такие выражения в присутствии высшего полицейского чина столицы — свидетельство крайней тупости.
— Офицер Кейн, вы знаете этих молодых людей? — нашелся Варро.
Я тяжело посмотрел на курсантов академии, что смотрели на меня исподлобья, после — на аристократа, что с каменной маской вместо лица также ожидал моего ответа.
— Знаю. Это парочка насильников, что вчера ночью напали на девушку в сквере, — ответил я.
Мое слово против их. Если надо будет — я подтяну и Мелоди, а уж что наговорит болтливая актриса, уже не имеет значения, ведь это будет свидетельствовать о том, что мои обвинения воспринимают всерьез. А адрес артистки лежал у меня дома, записанный на клочке бумаги. Она оставила свои координаты, когда брала у меня деньги.
— Мы не!.. — вскочил один из курсантов.
— Молчать! — прошипел аристократ, после чего недоделанный молодой вояка аж присел. — Вы в присутствии трех офицеров, молодые люди! И дело принимает совершенно иной оборот!
«Трех офицеров», — пронеслось у меня в голове. Вот так, просто, этот сноб спустился на одну со мной ступеньку.
— Унтер-офицер, потрудитесь объяснить, что вчера произошло, и почему вы называете двух друзей моего сына насильниками, — продолжил дворянин.
Он был совершенно спокоен, я бы даже сказал, флегматичен, но короткого взгляда на него, а потом на Варро мне хватило, чтобы понять — третий курсант, которого я отделал сильнее всего, отсутствует тут не просто так. Ведь если бы я уложил его на больничную койку, то отец говорил бы со мной совершенно иначе. А значит…
— Разрешите обратиться, — сказал я, глядя на Варро.
— Да, унтер-офицер Кейн, разрешаю, — кивнул исправник.
— Сын этого уважаемого господина — третий из этой компании? — спросил я, указывая курсантов.
— Все верно, Кейн, — кивнул Варро. — Вы говорите о курсанте Пауле Эссау.
— Могу я поинтересоваться, почему он не присутствует здесь? — продолжил я.
В кабинете стало как-то слишком тихо.
— Он пропал… — начал один из курсантов, тот, который заводила.
— Не пропал, а оно его забрало! — перебил товарища второй курсант. — Забрало!
— Кто забрал? — спросил я, видя, как мигом поменялся в лице аристократ.
Господин Варро прокашлялся, после чего прошел за свой стол и, найдя какую-то бумагу, передал документ мне.
— Мы взяли объяснение с курсантов, как только они в сопровождении господина Эссау прибыли в управление. Но если вкратце, Маловер, тебе нашлась работа.
— Как в последние разы? — намекнул я на Скребуна или Падальщика, как на наиболее активных и опасных тварей Агиона, о которых было четко известно, принимая из рук начальства протокол.
— Эти двое говорят, что моего сына забрало дерево. Клянутся всеми старыми и новыми богами, что это была ива возле лавки, — сообщил господин Эссау, глядя на бледных и испуганных курсантов.
Я с удивлением поднял глаза на Варро, но столичный исправник только пожал плечами. Я слышал и читал о десятках разных тварей, Пириус тренировал меня на отстрел черных сердец у самых странных монстров. Вот только в их числе никогда не было деревьев.
Запись №8
1288 год новой эры, десятый месяц Абанэд, 04 число, 00 часов 52 минуты, Королевство Сонша, град Агион, кабинет исправника Варро
— Что скажете, офицер Кейн?
Господин Варро старался не смотреть на мое помятое лицо, я же внимательно изучал документы. Господин Эссау был удален из кабинета вместе с курсантами. Перед уходом Варро заверил, что управление разберется в ситуации и, скорее всего, Пауль найдется целым и невредимым.
Это была необходимая ложь. Потомственный дворянин второго эшелона, Эссау все же имел определенные связи как в кабинете министров, так и среди правящих домов Сонши. Так что Варро, не моргнув и глазом, соврал Эссау, дабы выиграть для управления немного времени.
— Скажу, что мы вряд ли найдем даже тело, — ответил я, бегло читая документ. — Это тварь минимум третьего класса. А, скорее, и выше.