"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Подготовьте маршрут, чтобы свалить отсюда подальше.
Карты, благо, у нас теперь были. А остальное оставлю на ребят. Пусть хоть что-то сделают сами.
Вздыхаю. Всё равно ведь потом нужно будет перепроверить. Да и пикап, несмотря на освободившиеся места, надо будет забрать. Лишнее пространство не будет простаивать, найдём чем забить. Может быть наберём по дороге ещё еды и топлива. Всё в дело.
Зайдя в ванную, осмотрел широкое помещение. Удивительно широкое для США. Здесь, в основном, стоят маленькие душевые кабинки. Правда в прошлой ещё была джакузи, здесь же обычная ванна. Но и душ тоже, чего греха таить, имелся. Стоял отдельно.
Порадовало большое зеркало и куча разных гигиенических принадлежностей. Множество тюбиков разных кремов, масок, различных скрабов и прочей хрени. Наверняка здесь проживала женщина. Может даже не одна. Может даже без мужчин. Сейчас ведь это модно: однополые отношения.
Мысленно хмыкнув, приступил к приведению себя в порядок. Как ни странно, это не заняло много времени, хотя казалось, будто бы вместе с грязью отскабливаю собственную кожу, с такой силой терзал себя мочалкой. Нужно поспать… новый день позволит расставить всё по своим местам…
Однако, вместо того, чтобы пойти перекусить и завалиться спать, принялся тщательно вычищать собственное оружие. И нож и топор были полностью измазаны засохшей кровью. Да и подточить уже нужно было. Сугубо на всякий случай.
— Надо бы запасной найти, — покосился я на топор. Хорошая сталь, верная, крепкая, но всё имеет свойство ломаться. Металл — уставать, камень — трескаться… Лишь люди, гады такие, живут и живут.
Хотя и их можно сломать. Даже проще, чем кажется. Множеством самых разных способов. Будь на моём месте кто-то другой, то уже оказался бы среди таких вот, сломанных и разбитых.
Потерять собственную женщину, причём таким болезненным и неприятным способом — это трудно. Тяжко. Буквально кошмарно. Даже не представляю, что в моём психопрофиле смог бы отыскать грамотный психолог. Кажется, я давно стал тем, по чьим судьбам пишут диссертации.
Хмыкаю и бросаю взгляд в зеркало. Было темно, но я взял с собой мощный фонарь. В его свете отражается высокая, поджарая фигура. Прав был Лэнс, когда сказал, что похудел. Но не он один. Подобное коснулось каждого. Последние недели вышли крайне насыщенными на события. Замечаю, что рёбра стали сильнее выпирать, а мышцы оказались отчётливо очерчены, будто после хорошей сушки.
Да уж… приходится много бегать, много работать руками, сражаться, перетаскивать грузы, а также думать головой. Последнее может быть даже более утомительно, чем сразу всё вышеперечисленное.
— Верно… Люди тоже ломаются, — вслух произношу собственные мысли, а потом ещё раз осматриваю шею и подбородок на предмет пропущенных волос, но всё было гладко. — Однако, ко мне это не относится, верно?
Почему тогда я вижу их: обезглавленный труп Наоми, зомби-Дженни и её — таинственную девушку с заправки…
— Вспомни, — изо всех сил сжимаю керамическую раковину, — как ты их наказал. Как наказал всех! Ублюдка с первой заправки, которому вырезал «убийца» на лбу; подонка-наркомана, который выстрелил в тебя на складе; и этих уродов. Всех пятерых. Каждый из них мёртв и большая часть достойно помучились напоследок.
Злобный оскал появляется на лице. В зеркале я отчётливо вижу того человека, из прошлого мира, которого боялись очень и очень многие. Не ожидал, что вновь придётся идти по пути тирании и страха.
Но если нужно… если нужно… Ладонь сжимается в кулак.
Я ещё покажу им, почему меня называли…
Стук в дверь.
Махнул головой, чтобы прийти в себя. Глупые и лишние мысли вылетели из неё, как по команде. Всё, я — это снова я. Не кто-то ещё.
— Войдите, — прикрываться не видел смысла. Кто бы там ни был, это он пришёл ко мне, а я не я к нему. — Не заперто.
Дверь открылась. Ожидал увидеть Констанцию и… это она и оказалась. Девушка была в простом, светлом халате и тапочках. Волосы влажные. Видимо тоже только что из душа. Их здесь несколько, как я уже упоминал.
— Эйден, — блондинка закрывает за собой дверь. Очень показательно. — Я… — её глаза осматривают меня, пройдя по груди, прессу и остановившись чуть ниже живота. В свете фонаря всё казалось нечётким и смазанным, но я замечаю, как она вздрогнула. Левая рука хватается за правую, девушка ощутимо растерялась.
— Пришла чтобы успокоить, — продолжаю за неё и подхожу ближе, касаясь лица.
Она с готовностью подаётся навстречу.
— Я не думала занимать место Наоми, — сразу заюлила Конни. — Это было бы низко, тем более сразу после её смерти, но…
— Это просто секс, — прижимаю Корсон к стенке ванной комнаты, — просто возможность снять напряжение. Снизить уровень стресса.
Мой член отчётливо вжимается в неё. Под халатом ощущаю её тело. Легко различаю румянец на щеках девушки.
— Вот именно, — глаза блондинки горели огнём. — Ничего такого, никаких отношений, просто взаимопомощь, — ложь легко распознаётся в этих быстрых фразах. Я знаю это и она знает это. Всего лишь игра. Мы, люди, обожаем такое.
— Просто помощь… — повторяю эти слова и мы сливаемся в поцелуе.
Пояс халата тут же развязывается. Как я и ожидал, под ним ничего не было. Констанция озаботилась подготовкой. Она отлично понимала, куда и зачем идёт. Причём пришла одна. Тоже ожидаемо. Арлин не в том состоянии, чтобы предаваться разврату. Кроме того, в глубине души я знал, что эта блогерша и бывшая рокерша ярая собственница.
Руки тут же принялись исследовать молодое женское тело. Я неспешно поглаживал её, не переставая целовать. Кожа была нежной и такой гладкой! Ладони девушки тоже не лежали без дела.
Радует, что несмотря на апокалипсис, Корсон не забрасывает себя, находит время и возможность привести в порядок ногти, хоть и просто подрезая их; заняться волосами, как на голове, так и на всём теле; а также следить за кожей.
Как же она приятно пахнет!
— Ах! — воскликнула Констанция, когда я ловким движением приподнимаю её в воздух. Тапочки падают на пол, а потом девушка обхватывает меня ногами и прижимается ещё ближе. Халат тоже сбрасывается вниз. Я держу обнажённую красавицу навесу, отчего мы сравнялись ростом. Взгляд глаза в глаза: вижу в них искры и желание. Зрачки расширены, соски призывно торчали, тяжёлое дыхание оглушало. Желание было столь сильным, что я не смог бы сдержать его, даже если бы захотел.
Мои пальцы проникают между её бёдер, ощущая там влагу. Конни трётся об меня своей грудью, кусая за шею, пока моя рука ласкает гладкое лоно.
Предаю ли я Наоми? Предаю ли память о ней своими поступками?
Совокупление — это просто порядок вещей. Голод. Насыщение. Люди украшают себя золотом. Люди наряжаются. Люди танцуют свои танцы и ничего не различают… Но в конце концов, всё сводится к любви.
Да… Любовь есть путь. И не кому-то другому требовать иного. К чему сейчас эти страдания? Кому от них будет проще? Велика ли будет награда, если я предамся им, пойдя по пути отречения? Нет.
Единым и резким движением насаживаю блондинку, как мясо на вертел, услышав её протяжный стон и дрожь удовольствия. Девушка закатила глаза, закусила губу.
Фонарь отражает великолепную картину игрой света и тени.
— Я спасу свою и твою душу, милая моя, — едва слышно прошептал я Констанции, легонько кусая мочку её уха.
— Плевать на душу, — каким-то чудом услышала она, — просто трахни меня. Так, чтобы ноги не держали…
Прижимаю её к стенке, краем сознания понимая, что место достаточно неудачное. Но желание было неожиданно сильным. Мощным, необузданным. Ритмичные движения сводят с ума. Влажно, горячо, узко… Я наслаждался каждым мгновением, каждой секундой. В этот миг было плевать на весь мир — пусть сгорит! Есть лишь я и эта девушка. Лишь упругое, сладкое тело, которое извивается под моим напором.
Ладони сжимают её вспотевшую, высокую грудь, ласкают соски, поглаживают и крутят. Гортанный стон вырывается из её рта.