SOS. Стойкий солдатик
– Давай Меладзе. “Сэ ля ви”.
– Отличный выбор. Вместе споем. Я её тоже знаю. Мы девушкам на 8 марта её пели по заказу.
Я завел машину и начал выбираться подальше от жилых кварталов. Оля пела просто чудесно. И слух, и голос на месте. Ей не хватало воздуха. Но постепенно распелась, втянулась в ритм. И уже к следующей композиции пела вполне свободно. А потом и “Без тебя” пошла на ура.
– “… Окликну – прильнула, ну зачем она вернулась… Я плачу, она смеётся… – И абсолютно невероятным, сексуальным голосом, который мог разорвать мои джинсы на лоскуты – Только в этот раз всё должно быть без суеты …”. Фуууууууух! Саша, меня отпускает! Как ты это делаешь?
– Просто я волшебник. Ты не знала? Твой личный волшебник.
– Единорог?
– Нет, я без рогов. Для мужчины это спорное украшение головы. Что дальше будешь петь?
– А что ты у Меладзе знаешь? Хочу вместе петь. Мне очень понравилось.
– “Обернитесь” подойдет?
– О, это моя любимая. Давай!
Машина проносилась мимо современного светящегося города. А в её недрах два человека наполняли музыку своими душами. Это было какое-то волшебство. Мы выбирали песни, которые нужно было петь с экспрессией и не рискуя сорвать голос. Потом были “Параллельные”. А на “следующем треке Оля уже приплясывала на сиденье. Танцевала руками. Ерзала своей аппетитной попкой по креслу. Ерошила мой коротенький ёжик на голове. Строила глазки:
– “… Не смотри в небеса, посмотри мне в глаза…” – Она так хороша. И я отрываюсь от пустой дороги и смотрю в её черные глаза.
И когда её отпускает приступ невыносимой жажды мы уже рассказываем друг другу о своих любимых композициях. Вкусы у нас пересекаются частично. Например, из моей любимой Мельницы она знает только Колыбельную. Оля говорит, что дочка подсадила её на Mary Gu.
– Это молодой исполнитель. Но как она поёт в одной из своих композиций, её уже “растащили на цитаты ВКонтакте”. Ну, не смотри так удивленно. Ты точно её слышал. Её часто крутили одно время:“… Сегодня она не вернется домой. Хорошая девочка стала плохой…”
– Хм. Неожиданно. Тут я тебе не подпою, но послушаю с удовольствием.
И она пела. Конечно же не эту разухабистую. Она выбрала совсем другую. Трогательную, проникновенную. Про девушку, которая читает Бродского по ночам и одинока. Просто душу вынимала своим “… Любовь это только теория. Может хватит на себе ставить опыты? …”. Я это чувствовал, как свою боль. Даже волоски на руках приподнялись. А педаль газа плавна пошла вниз, и я начал выезжать из города.
Оля прикрыла глаза и продолжала, со слезами в голосе “… Вот бы поставить эту жизнь на паузу, подождать, пока она прогрузится…”. Моя ты мечтательница. Всё наладится, не плачь. Всё будет хорошо. Не бойся, я рядом. Я помогу.
А у неё уже капали слёзы. Никогда не видел, чтобы люди так плакали. Она не всхлипывала. Только голос осип и по лицу пролегли два соленых ручейка из-под прикрытых век. Кап-кап, потом снова кап-кап на блузку. И контрольный в голову “…Только от чего-то в глазах печаль. Кому-то повезет с ней, но не сейчас…”.
Да мне уже с тобой повезло, Оля! Мы уже вместе! Я безумно захотел её успокоить. Но словами можно так наломать дров, что потом не соберешь. А какой самый простой способ? Правильно, близость. Не секс, не е*ля. А именно близость.
Припарковался на обочине. Пока мы пели, уже выехали за город. Вывел её из машины и целовал, как в последний раз. Гладил, ласкал руками. И закончил одновременным оргазмом на заднем сиденье.
Оля отдавалась открыто и ярко. И после близости почти сразу уснула. Я укрыл её пледом, положил на маленькую подушечку и вышел из салона. Стоял и думал, что её одиночество почти осязаемо. И моё, хоть ножом режь. А вдвоем мы даже дышим в одном ритме. Но она пока не верит. Боится. Отгораживается всеми силами.
А в машине продолжала играть Mary Gu. И я услышал трек голосом Оли “… Собери по осколкам мое разбитое сердце. Сбита я с толку, не могу никак согреться…”. Иди в мои объятия, я теплый, как печка. Это ты всё время мерзнешь, хоть и лето на дворе. Южная моя девочка.
И как с тобой говорить, если ты сразу прячешься? Как не спугнуть? Ты со своей конспирацией одна одинешенька. А надо прояснить ситуацию. Договориться. Но у тебя “… Все как обычно, я молчу, а ты понимаешь. Давай не о личном, ты же сам все знаешь …". А только о личном и важно. Сколько можно бегать и прятаться?
Я смогу тебе помочь. Потому, что я тебя люблю. И не важно, сколько нам лет. Потому, что это наша общая строчка “… Кажется, так сбываются мечты. Ну кто, если не ты?”. Я точно знаю, что мы созданы друг для друга. А Оля боится. И времени всё меньше и меньше, чтобы завоевать её.
Перед нашей машиной припарковался патруль ГИБДД. Сотрудник отдал честь и уже приготовился представляться. А я прижал указательный палец к губам. Кивнул в сторону заднего сиденья. Дверь приоткрыта и хорошо видно мою спящую красавицу.
– Тссс. Всю ночь катал. Только что уснула. – Оля, словно почувствовав, что говорят о ней, посильнее укуталась в плед, но не проснулась. Сотрудник ГИБДД понимающе кивнул и тоже шепотом:
– Сочувствую. Эти беременные все с причудами. Мы с первым тоже почти не спали. То уток ездили кормить среди ночи, то виноград искали по круглосуточным магазинам. Держись.
Он пожал мне руку и уехал. А я стоял и думал, что всё ведь может получиться. Тем более, что в колонках теперь пело “… Мы такие разные, но все же мы рядом. Ты любишь сладкое – я люблю виски. Мне большего от жизни, если честно, не надо, просто всегда будь плюс один в моем списке…”. Давай слушать эти песни, Оля. И всё будет хорошо. Всё будет на двоих. И да, теперь ты должна мне 6 оргазмов, полученных без меня. А я не забуду. Я и жадный до твоих оргазмов и с хорошей памятью. А это атомное комбо наших отношений, просто поверь.
День рожденья
Утро. Саша
Утро субботы началось удивительно. Я не ждал никаких сюрпризов. Про день рожденья сообщил Оле только накануне вечером, поэтому было понятно, что поздравлять она будет уже в ресторане. Как бы не так. Моя красавица всё сделала по-своему.
На телефон шлёпнулось сообщение “Иди в ванну”. На кровати Оли не оказалось и дверь во вторую комнату была закрыта. На ней был стикер “не заходи пока”.
В ванной я умылся, побрился и почистил зубы следуя наклеенным на зеркало стикерам. Следующая надпись привела меня к шкафчику с одноразовой бритвой и надписью “побрей, пожалуйста, яички – результат не гарантирую, но надеюсь, что тебе понравится”. Там же лежало зеркало на подставке.
Я завис, как ноут во время перезагрузки. Постоял, подумал, и решился. Надо же попробовать. Оля что-то придумала, хочет сделать сюрприз. И да, это уже сюрприз. Ощущения были странные. Пока я шел в комнату, куда меня отправил следующий стикер, чувствовал свежевыбритой кожей движение воздуха. Казалось, что ветер ласкает мои яички.
Это было очень пикантно. И будоражило остротой и неожиданностью. Это была невесомая ласка, отправляющая по моему телу толпы мурашек. Я чувствовал так остро, что входя в комнату был уже нереально возбужден. На двери красовалась надпись “Встань прямо передо мной. Руками не трогай”.
Ольга встретила меня стоя у окна в черном кружевном белье. В чулках с поясом. Удивительно хороша! Вместо лифчика – ажурная развевающаяся камисоль. Когда она это успела купить? Не везла же с собой в больницу такую провокационную вещь.
На ногах черные босоножки с бантом. На губах алая помада. Подготовилась моя девочка. Сюрприз так сюрприз. Я её уже готов брать прямо на подоконнике. Но трогать нельзя.
Ольга ловит мой взгляд и тянет ленту с волос. Они рассыпаются волнами по плечам. Облизывает губы и завязывает атласную тесьму на бедрах. У меня член уже дымится. Еще минуту и может случиться непредвиденное.
Но моя красавица всё прекрасно поняла. Она легонько подтолкнула меня к кровати. И когда я сел, втиснулась сначала одним плечом, а потом и вторым между моими коленями. Развела пошире мои ноги.