Невозвращенец. Дилогия (СИ)
— А разве это не так? Об этом все в галактике знают!
— А подумать, логически, это что так трудно? Если все земляне такие монстры, а я просто «не получился», то как они оказались в Содружестве, да скорее всего и до сих пор оказываются?
— Агарцы привезли, да и до сих пор возят, тут ты прав. Пираты, иногда похищают землян, правда после этого о них никто и никогда больше не слышит, хотя и не сразу. Но еще никто не смог похвастаться, что он привез рабов землян и прожил после этого больше пары лет. ЭТИ находят и уничтожают, а своих земляков освобождают.
— Ну вот вам и ответ, почему я так себя вел. Аль, кажется нас кто-то упорно пытается вызвать на связь.
А ведь приятно осознавать себя самым умным, не находите? В этот раз на связь вышел вполне обычный человек, в пилотском комбинезоне, лет тридцати, на вид. Веселое улыбающееся лицо, открытый взгляд. Заговорил он сразу на русском.
— И кто это тут нашего Трифона обидел, а? Он до сих пор прийти в себя не может, сколько стараний, столько трудов, медики с ног сбились, а тут какой-то «пацанчик», обозвал клоуном, посмеялся и послал по пешему сексуальному маршруту. Ты чей будешь?
— А ты кто, прокурор, вопросы задаешь. У нас вообще-то сначала принято представляться, а потом, если собеседник не против, то и поспрашивать можно.
— Ага, борзый значит, это хорошо. Ну ладно, я офицер штаба Эскадры, звать меня Алексей Свиридов, по-местному Алекс, Алекс Свир. А ты кто такой будешь? Как сюда попал, давно?
— Олег, Олег Юсупов. Археолог, авантюрист, как оказалось, да и просто классный мужик. Попал, попал с месяц назад, а как… «шел, упал, очнулся — гипс».
— Значит не хочешь рассказывать, ну-ну. Ладно, собирай свои манатки и давай к нам на корабль.
— А это с какого такого перепуга? Мне вообще-то и здесь не плохо.
— Начальство с тобой все равно поговорить захочет, вот у нас и подождешь.
— Леша, а ты ничего не перепутал? Если вдруг ВАШЕ начальство захочет со мной поговорить, то вот пусть оно свои манатки собирает и дует КО МНЕ на корабль, и ждет, пока ему захочется со мной поговорить. Самое главное, чтобы и я в это время захотел с ним говорить. Кстати, а кто там у вас начальник-то?
— Исаев, Тимофей Максимович.
— Ладно хоть не Максим Максимович. Только что-то имечко у него совсем не эльфячье, али врут в народе то?
— Так ты же про нашего начальника спрашивал, а Начальником Штаба у нас, товарищ Исаев. А до Адмирала ты пока что рылом не вышел.
— Ну, вышел или не вышел, это не тебе Алёшенька судить. Ты адмиралу-то доложи, дескать так и так, один землянин, дескать хочет с ним пообщаться по закрытой связи, маляву передать.
— Слышь, землячек, а тебе не кажется, что ты перегибаешь? К тебе можно сказать со всей душой, предлагают вступить в команду, а ты выкобениваешься.
— Алексей, во-первых, никто про команду ни слова не говорил. Во-вторых, я уже в команде и не вижу смысла ее менять. И в-третьих, у меня есть корабль, говорят не самый плохой, если судить по слухам, то и денежки местные тоже есть. Я сейчас вольная птица, куда захочу, туда и полечу. Так зачем вы мне. Про вас говорят, что вы воюете с пиратами и работорговцами. Ни те ни другие мне ничего плохого пока не сделали, первые так вон вообще, корабль подарили. Насчет вторых, я тебе как историк могу сказать, рабовладельческий строй, это один из обязательных этапов развития общества, да еще и самый распространенный. И если какая-то часть человечества признается в том что они это понимают и принимают, то это говорит только об одном, они честнее и глупее остальных. Рабы всегда были, есть и будут, просто называют их по-разному и в определенные промежутки Истории поводок то покороче, то подлиннее.
— А ты циник. Ладно, твое дело. Но корабль мы в любом случае осмотрим, принимайте досмотровую партию.
— Любой, кто войдет на борт моего корабля без моего разрешения умрет. Это мой корабль, находится он в зоне ответственности нейтральной станции, в нейтральном космосе. Я не знаю местных законов, поэтому буду исходить из простых законов логики, а они мне твердят, что попытка проникнуть на мой корабль, без моего согласия, незаконна, а если с применением или под угрозой применения оружия, то это простой разбой и пиратство, а значит я могу защищаться всеми доступными мне способами. Я ясно выразился?
— Ну что ты как ежик, во все стороны иголки? У нас приказ, досматривать все корабли. А у тебя так и вообще, корабль агарский, да еще и идентификаторы флотские.
— А мне плевать на ваш приказ. Сунетесь, буду стрелять. Все, до связи с адмиралом.
Несмотря на все мои предыдущие объяснения, присутствующие в рубке смотрели на меня как на самоубийцу, хотя, нет не все, Кристианель выглядела вполне довольной. Мне даже кажется, что она все понимает, только сказать не может, или не хочет.
* * *Если на корабле людей воцарилось всеобщее, ну почти всеобщее, уныние, то на флагмане Эскадры наоборот, веселье.
— Что скажете, адмирал, как вам этот молодчик?
— Тим, как у вас некоторые говорят, «полный отморозок», ну или самоубийца. Ты лучше скажи, как ты после такого диалога, собираешься своих людей сдерживать, ведь они сейчас тут маленькую войну начнут.
— Нет, не начнут. Они твоего приказа ждать будут. А ты его никогда не отдашь, ну по крайней мере пока сам, лично не поговоришь с этим парнем.
— Это еще почему? Крейсер у него конечно достаточно свежий, но это всего лишь средний крейсер, пять минут и от него останется один металлолом.
— Ты думаешь он этого не понимает? Понимает, прекрасно понимает, а значит надо сначала подумать, а потом действовать. Вот смотри, он уверен, что стрельбу мы не откроем, можем послать абордажников, но тогда будут большие потери, а нам этого не надо, а значит и не пошлем. Он прекрасно знает кто мы такие и требует разговора именно с тобой, не со мной, не с кем-то еще, а именно с тобой. О чем это говорит? У него для тебя есть известия, малява, и именно для тебя. Вопрос, от кого? Как, сам догадаешься или тебе подсказать?
— Два варианта, или брат, или дочь!
— Соображаешь. В любом случае это делает его на какое-то время неприкосновенным для нас. И еще одно, он почти открытым текстом сказал от кого сообщение.
— Это когда?
— Когда сообщил, что попал он в Содружество около месяца назад, что агарцы подарили ему крейсер.
— Ты думаешь, что он работает с агарцами?
— Я думаю, что он работает сам с собой, а тех агарцев, что ему корабль «подарили», ты и сам видел. А значит у него на борту железный козырь.
— Ионоель!
— В точку! Так что, будешь с ним разговаривать?
— Ты глупых вопросов-то не задавай, давай, устанавливай соединение!
— Вот еще, будет целый начальник штаба такой ерундой заниматься! Для этого есть связисты. Тебе на нейросеть, или на головизор? Понял, понял! На головизор.
* * *После того как связь с кораблем моих земляков прервалась, я, не обращая внимания на кислые мины людей, окружавших меня, задал всего один вопрос эльфийке.
— Леди Ионоель, мне надо, чтобы Вы прямо сейчас подготовили пару-тройку вопросов, ответы на которые может знать только Ваш отец. Что-нибудь бытовое, достаточно простое. Аль, определи место в рубке, откуда прекрасно видно дисплей связи, но не видно человека.
Уже через пять минут все мной затребованное было готово, вопросы, про какие-то цветочки и просьба от дворецкого, а с дисплеем вообще все оказалось проще простого, нейросеть-то на что. Осталось только ждать, пока адмирал сообразит, что не все так просто как кажется. Честно говоря, особых проблем в общении с отцом Ионоель я не видел, ну какие могут быть сложности если его дочь буквально вырвали из рук работорговцев, да еще и подарков надарили. Наверное, именно поэтому я так легко и отреагировал на поступивший запрос на связь. Аль, ни чуточки не сомневаясь дал согласие и на дисплее появилось изображение немолодого аграфа, а на заднем плане маячил еще кто-то, скорее всего человек и тоже совсем немолодой.