Колояр. Дилогия (СИ)

Архат не подозревал, что пришел к таким же мыслям, как и Демидов недавно. Впрочем, очевидное всегда лежит на поверхности. И прозорливость здесь ни при чем. Нужно лишь собрать воедино разрозненные картинки происходящего.
Седан миновал дорожный пост и въехал в город. Мирон коротко сказал водителю, чтобы тот ехал в расположение отряда «рысей». Нужно кое-что спросить у старшины Курбата.
Его архат нашел в стрелковом тире вместе с несколькими молодыми егерями, отрабатывавшими стрельбу из пистолетов. После каждой серии выстрелов старшина приказывал снять наушники и начинал распекать нерадивых бойцов. Не нравилось ему, как они поражают мишени, тратя его драгоценное время и боеприпасы. Мирону надоело ждать его. Он с помощью легкой техники сформировал на ладони маленький снежный комок и метнул в спину Курбату. Старшина хотел обматерить шутника, и обернувшись, только открыл и тут же закрыл рот.
— Продолжайте! — сказал он егерям. — Еще два подхода по десять выстрелов!
Они вышли на улицу, и Мирон примиряюще сказал:
— Не хотел отвлекать, но дело не ждет.
— Ладно, — махнул рукой Курбат. — Хотел-то чего?
— Когда у Волоцкого наряд по службе?
— Через два дня, — не задумываясь, ответил старшина, как и полагается настоящему и опытному командиру. Все, что касалось службы, Курбат держал в голове, и ни одна мелочь не могла потеряться в ней. — Что вдруг заинтересовался Колояром?
— Да так, хотел поговорить по тому случаю с захоронением, — отвертелся Мирон. — Возникли вопросы.
— Слышал, парень не хочет отдавать князю какую-то находку? — Курбат кивнул, показывая, что не мешает прогуляться по дорожке вдоль казарменных помещений. — Слухи идут нехорошие…
— Что за слухи?
— Парня мне не троньте, — сухо сказал Курбат совершенно другое. — У него могли быть причины для этого.
— Какие причины? — засмеялся Мирон, старательно обходя лужи, засыпанные желтеющими листьями. — Он обязан был отдать каждый артефакт, найденный в захоронении. Вместо этого мы получаем засыпанную обвалом гробницу, привязанный к Волоцкому кинжал и его непонятное поведение. Князю не нравится. А если Демидов начал сердиться — жди в гости Башлыка. Я хочу сам решить проблему, пока не поздно. Поговори с парнем, убеди его не совершать глупости. Иначе до беды недалеко.
— Послушай, Мирон, — медленно вышагивая по дорожке, заложив руки в карманы куртки, произнес Курбат, — я не хочу вмешиваться в ваши дела, далекие от моей службы. Ты знаешь, какое у меня отношение к своим «рысям». Каждый боец проверен на сто рядов, в каждом я уверен. Колояр, конечно, не подумал, чем грозит ему своеволие. И все-таки, вместо угроз можно сесть за стол и все обговорить. Почему бы не помочь Волоцкому в его деле? Клан князя Демидова очень влиятелен не только на Урале, но и в Сибири его хорошо знают и уважают. Сколько родов в вассальных отношениях? Больше двадцати? И какие фамилии, Мирон! Мещеряковы, Кашкины, Кобылкины, Воронины…. И это только самые богатые роды, держащие двадцать процентов всех капиталов клана. Деревообработка, речные перевозки, энергетика, производство химических удобрений…. Помогите парню вернуть честь его Рода, его земли, которые скоро пойдут с молотка. И он сам отдаст вам все, что спрятал в норе.
— Мысль правильная, старшина, — кивнул Мирон. — Правильная, но ненужная. Демидов ни за что не будет бодаться с кланом, который пересекался с Волоцкими в негативной ситуации. Я мало знаю о прошлом твоего подчиненного, но даже имея на руках минимум информации, предложил бы Колояру не вынашивать месть. Уничтожат и разотрут в порошок. Наш князь в клановые разборки не вмешивается.
— Мне это известно, — сердито буркнул Курбат. — Я поговорю, конечно, с Колояром, но не обещаю исправить ситуацию. И даже в таком случае не торопись, архат. Уничтожить человека с твоими умениями всегда успеешь.
Мирон внезапно остановился посреди дорожки и пристально поглядел на мрачного старшину. Обдумав что-то, спросил:
— Ты уверен, что парень не сбежит? Ведь тогда князь будет вынужден подать на него в розыск. Нарушение присяги, контракта — вещь малоприятная. За ним начнут охоту все кланы, на чьих землях он появится.
 
— Если только вы не вынудите его совершить такую глупость, — фыркнул Курбат. — Зная твою горячность, архат, подозреваю, что так и будет.
— Нет-нет, сначала ты сам его попробуй уговорить, — как будто отмахнулся Мирон. — Если в голове Волоцкого есть хотя бы капля разума — мы придем к согласию.
Глава двенадцатая
Через открытый балкон несло ночной свежестью, но я привык к такому температурному режиму и спал под тонким покрывалом. Вернее, то, что сейчас происходило, мало походило на сон. Я четко знал, что пять минут назад проснулся от жажды и ходил на кухню выпить воды. Потом лег, и вот тут-то началась чертовщина.
Да, я прикрыл глаза, пытаясь сразу провалиться в сон, еще не ушедший окончательно после прогулки по дому, но не получилось. Бледно-сиреневое свечение, наползающее из коридора, заполнило часть комнаты, где я лежал на диване. Оно угнездилось возле моих ног, заколыхалось протуберанцами щупалец, пытаясь дотянуться до меня. И что прикажете делать? Стрелять в привидение? А дух ли это? И браслеты, что удивительно, молчат. Заткнулись, ублюдки, в тряпочку, и даже не хотят реагировать на ситуацию. Значит, это не магическая фигня?
— Хрень какая-то, — подтверждая свои мысли словами, пробормотал я и закутался с головой в покрывало. Свет проникал через ткань, раздражал и мешал заснуть.
— Напрасно ты думаешь, что это твои фантазии, — раздался мужской голос из кухни. Я вскочил как ужаленный, выхватывая из-под подушки пистолет. Секунда — и я крадусь вдоль стены, следуя за свечением, которое рвануло на кухню и заколыхалось бледным ореолом высокой худощавой фигуры. Она расположилась на стуле в углу сразу за столом.
С сухим щелчком снимаю пистолет с предохранителя — скорее, демонстративно, чем для реальной стрельбы. И что дальше? Вижу, что мужик какой-то весь просвечивается. Странная у него одежда, вся чешуйчатая, словно бронежилет от французских модельеров. Такой же стильный и бесполезный для ежедневного ношения.
— Ты кто, а? Как пробрался в мою квартиру?
— Лучше сядь и спокойно выслушай меня, хозяин, — голос у мужика мелодичный, ему бы в опере петь, красивый с бархатистыми нотками.
— Хозяин? Не перепутал, любезный? Не в ту дверь зашел?
Легкий смешок. Приглядевшись к мерцающему лицу, замечаю, что незнакомец еще и молод. Моих годов, может, и младше. Аристократические черты, плавные обводы скул, непривычный разрез глаз, белокожий, длинные волосы собраны в толстый пучок и перевязаны серебряной нитью.
— Садись на стул, хозяин. Я хочу с тобой поговорить. Гляжу, мучаешься с тем, что приобрел недавно, чуть себя не угробил.
— Хорошее начало. Поздравляю, вы сошли с ума, — снова пробормотал я, затыкая уши.
Снова смешок.
— Совсем не бред, хозяин. Я действительно существую, и не в твоем воображении. Вернее, и в нем тоже. Но сейчас мне хочется посмотреть на тебя и показать, кто я такой, — молодой мужчина закинул ногу на ногу. — Присаживайся, не торчи соляным столбом передо мной.
— Мне утром ехать через полгорода в расположение отряда, а я не могу уснуть, разговаривая с каким-то сумасшедшим, использующим магию, — проворчал я, но исполнил желание незнакомца. — Определенно в «дурке» для меня уже место приготовили.
— Хорошо, не буду тебя мучить. Я — ментальный образ клинка Ясни, запрятанного под крышкой вон того шкафа, — последовал кивок в сторону тайника. — Ты меня активировал, когда порезал свой палец. Не знаю, специально ты это сделал, или по недомыслию — но теперь мы связаны.
 
— Я знаю о связи. Но это была случайность, — буркнул я.
— И уже жалеешь об этом?
— Нисколько не жалею, — я решил, что выслушаю этот светящийся бред, а утром проснусь, отнеся его к удивительному сну. — Мне нужны артефакты, которые помогут снять блокираторы с моих рук. Я сознательно попал в гробницу и забрал себе кинжал и четыре перстня. Ну, что скажешь? Будешь меня карать? Ты ведь за этим пришел?