Колояр. Дилогия (СИ)

Но я увидел и самое главное и значительное в этой жутковато-загадочной картине: каменный алтарь неправильной многоугольной формы, на котором возвышался гроб из цельного куска дерева, уже, наверное, закаменевшего в наглухо закрытом помещении. Сердце отчаянно затрепыхалось. Если здесь лежит Варахи-Борей, я никого отсюда не выпущу. Слишком долго я шел к тому, чтобы освободиться от ненавистных браслетов, от чужой воли, навязанной мне с детства.
— Не дергайся, — раздался над моим ухом тихий насмешливый голос, и в поясницу уперся ствол оружия. — Руки вздернул, стой смирно.
Невидимый мне наемник выдернул из кобуры пистолет, снял пояс с ножом и бесцеремонно вытолкал меня под тусклый свет искр.
— Ты был прав, шаман. Снаружи была засада, — усмехнулся один из помощников, стоявших рядом с Рахдаем, как только увидел меня с поднятыми руками.
— Я всегда прав, — проворчал Рахдай, не отрывая взгляда от гроба. Даже на меня не соизволил посмотреть. — Этого мальчишку я почуял еще снаружи, когда тот скрывался в камнях.
— И дал спокойно убить твоих людей? — вот же чертов колдун! Неужели в нем есть нечто неподвластное для наших магов? Недаром архат Мирон хочет заполучить его живым!
— Так было надо, — Рахдай оторвался от созерцания гроба и пристально глянул на меня. — Ты был в отряде, который уничтожил моих людей и оборотней в заброшенной деревне. Я знаю, даже не думай отрицать очевидного. За это я убью тебя, отдам твою кровь царю-жрецу. Без крови нельзя тревожить дух великого воителя.
Шаман говорил правильно, почти без акцента, присущего многих азиатским народам, словно всю жизнь находился среди русских.
— Ты нашел Варахи? — я облизал пересохшие губы. Мне важно знать, кто здесь лежит. Угроз Рахдая я не боялся, уже войдя в боевой режим. Несколько движений помогут мне убрать с дороги наемников.
— Глупец! — засмеялся шаман, отчего малахай на его голове затрясся вместе с ним. — Нет здесь Великого Царя! Он остался далеко на юге. Но и тот, кто спит здесь, поможет стать мне сильнее!
— Хреново, — я почувствовал разочарование.
Рахдай снова мелко засмеялся и повернулся ко мне, прожигая насквозь своими узкими глазами.
— Зачем тебе великий воитель? Хочешь снять заклятие, наложенное на тебя, с помощью магического оружия? Завладеть доспехами царя-жреца? А дозволено ли тебе прикасаться к ним?
Сука, да он же меня насквозь видит! Что за сила в этом шамане?
— Можно проверить, — я оценил положение наемников. Один за спиной, двое — на почтительном расстоянии от шамана и гроба. Стрелять не будут. Побоятся обвала каменной крепи. — Давай, я первым посмотрю…
— Нет! — вскрикнул Рахдай и шагнул вперед к алтарю, положил руки на антрацитовую поверхность камня, что-то зашептал, едва шевеля губами. Он зарекомендовал себя сильным чародеем, и я с любопытством и тревогой ждал, что же получится.
Наемники опасливо подняли свое оружие, как будто ожидали оживления истлевшего трупа. Даже тот, кто стоял за моей спиной, отодвинулся на пару шагов назад.
— Дурачки, уберите оружие, — с усмешкой сказал я. — Один выстрел — и мы все останемся здесь навечно.
Лишь бы не видели, как мне тяжело. Ударные заклинания, которыми бросался Рахдай, раздражали блокираторы своим магическим фоном. Боль оказалась настолько сильной, что пришлось стиснуть зубы. Меня сжигало изнутри, сушило и стискивало горло. Шаман что-то готовил.
— А ты прав, глупый мальчишка, — недобро проговорил шаман и воздел руки вверх. С кончиком его пальцев сорвались змейки сиреневого цвета и заметались поверху. — Крови здесь нужно много, только надо знать, чью брать. Ты ведь несешь в себе мощь древних чародеев, не так ли? Я чувствую ее…
Дальше произошло неожиданное. Змейки превратились в шипящие длинные веревки и ринулись к наемникам. За считанные секунды они обмотались вокруг горла каждого и стали душить их. Несчастные захрипели, силясь оторвать удавки и хоть на мгновение продлить себе жизнь, вдыхая затхлый воздух гробницы. Автоматы с лязгом попадали на пол. Шаман с неожиданной прытью подскочил к одному из своих помощников, подтащил его к алтарю. В руке у него непонятным образом оказался кривой нож с деревянной ручкой. Обмотанный магической веревкой наемник задергался, но не мог ничего сделать.
 
— Я помогу тебе! — крикнул Рахдай упирающемуся мужчине, и одним взмахом перерезал магическую веревку. Но вместе с тем на алтарь из горла хлынула кровь. Нисколько не смущаясь, что его одежды будут замараны, шаман еще несколько минут держал голову наемника над камнем, выцеживая драгоценную жидкость, а потом отбросил безвольное тело на пол.
Оставшиеся двое наемников попробовали куда-то бежать, но их ноги словно прикипели к месту. Я тоже оказался впечатлен расправой и решил рвануть к выходу. Какой-то иррациональный страх охватил меня. Ноги не двигались. Браслеты взбесились, выжигая на запястьях руны в зеркальном отображении. Боль была жуткой, но «веригельн», по крайней мере, защищали меня от трепещущей перед моим лицом змейки, которая пыталась обвить мое горло. Эвклаз застыл ледяной сосулькой на груди, полностью опустошив свой резервуар. Что за хрень здесь происходит?
А шаман сошел с ума. Он подтащил очередного наемника к алтарю и таким же образом вскрыл ему глотку.
— Кровь! Нужно еще больше крови! — бормотал Рахдай, впав в экстаз. — Слишком долго ты спал воитель. Тебе стоит отдать свои доспехи достойному!
Третий наемник тоже пошел в жертву, окропляя своей кровью деревянные стенки гроба. Мне показалось, что алтарь вздрогнул, впитывая в себя потоки горячей влаги. Сделав усилие, я вытянул вперед руки, чтобы браслеты имели больше возможностей для отражения атаки. Змейка полыхнула сиреневым огнем, потускнела и истаяла, как лед под горячим солнцем. Шаман захохотал. Он выглядел безумным среди безжизненных тел наемников, размахивая своим ножом. Меня как будто перестали замечать.
Но я ничего не мог сделать. Все силы были отданы на разрушение заклятия в виде змейки. А Рахдай действовал быстро и решительно.
— Страшно, княжий воин? — оскалился он. — Ты не бойся, я оставлю тебя напоследок, когда заберу доспехи.
К моему удивлению и ужасу безумствующий шаман ухватился за края гроба и потянул на себя. Громоздкое сооружение с натужным скрипом сдвинулось с места, а потом с грохотом упало, развалившись в труху. Высохшая мумия, облаченная в железную кольчугу, разлетелась на части. Оскаленный череп подкатился к моим ногам и уставился на меня пустыми провалами глазниц; костяк с сухим треском позвонков и костей тоже не выдержал кощунства.
— Неееет! — заорал шаман и залопотал что-то на своем басурманском языке. Грохнувшись коленями на пол, он дрожащими руками разбрасывал трухлявые деревяшки в поисках чего-то ценного, даже не замечая, что вместе с остатками гроба в сторону летят кости.
Морок, вцепившийся в меня, неожиданно исчез. Мгновенно воспользовавшись моментом, я быстро поднял с пола автомат наемника, перекинул рычажок на одиночные, чтобы сдуру не выпалить весь боезапас, и наплевав на опасность обвала, нажал на курок. Ба-дах! Ба-дах! Шаман внезапно превращается в черное облако, откуда вылетает сгусток пламени. В мои глаза плеснуло жаркое пламя, жесткий толчок в грудь сносит с места. Приложившись спиной к каменной стене, я с удивлением вижу, как огненный шар врезается в Рахдая. Черная пелена оседает вниз, а сам шаман с посиневшим лицом падает ничком рядом с костями упокоенного царя. Жаль, что это не Варахи. Большего разочарования я, наверное, никогда не испытывал.
— Что за хрень произошла? — из глотки вырвался хрип, после чего пришло время надсадного кашля. Завоняло какой-то химией. Гляжу на руки. Браслеты потеряли свежесть, стали какими-то потертыми, руны тускло просматриваются сквозь патину застарелых трещин.
 
Трое наемников убиты зверским способом, сам шаман лежит без движения, только куртка дымится, разнося запах паленой псины по гробнице. Кости погребенного валяются на полу. Магические искры начинают тускнеть, и нужно торопиться. Я бросился к алтарю. Ни единого предмета, который мне нужен. Кольчуга? Да обыкновенная железная рубашка, проеденная вековой ржой. Явно же не магические доспехи! Неужели, точно не Варахи? Как же обидно! Чувствую себя обманутым. Стоп. А вот это что такое?