Колояр. Дилогия (СИ)
— Что, Волоцкий, интересуешься камешками? — усмехнулся Курбат, оторвавшись от бинокля. — Жуткие места, не правда ли?
Я даже не успел ответить, зачарованный суровой красотой открывшегося простора. Подошел Вихорь, и словно подтверждая мои мысли, сказал:
— Говорят, здесь дрались древние витязи с войском демонов. Такой энергетики я еще не встречал. Откуда-то снизу земная мощь выпирает, словно хочет вырваться наружу.
— Ты не перегори мне, чародей, — добродушно усмехнулся старшина, приглаживая ежик волос. — Твоя сила еще пригодится.
— А какая Стихия больше всего ощущается? — поинтересовался я у Вихоря.
— В основном, Земли и Огня, — прислушался к чему-то отрядный маг. — Земля довлеет, это ее вотчина.
Прохладный ветер, пронесшийся по гребню хребта, взбаламутил зеленый океан тайги; кроны деревьев, росших на самом верху водораздела, грозно зашумели. Я поспешил скинуть кепи, чтобы дать волосам просохнуть от пота. Не теряя времени даром, сел на теплый камешек, и еще раз проверил свой карабин, потом зачем-то пересчитал в разгрузке магазины, погладил ребристые рубашки гранат, и как будто успокоился. Все-таки мне повезло попасть в свою стихию. Пусть я при перерождении потерял большинство боевых навыков, но заново постигая науку войны при кадетской школе, прошел нелегкий путь, приноравливаясь к изменившимся условиям жизни, заставив моды работать в нужном направлении. Да, я перестал быть Элитой, но приобрел новый боевой опыт.
Нелегко в теле ребенка прокачивать модификаторы, рассчитанные на взрослого мужика. Они ведь растут вместе с человеком, постепенно усиливая организм сообразно возрасту, но никак не иначе. А как быть, если тело исчезло?
Не видел смысла бежать впереди телеги. Поступательное движение — залог будущих побед. Встреча с бандой меня нисколько не волновала. Даром, что ли, обучался искусству войны? Мне платят за риск, а не за то, что просто по лесам бегаю, зверушек распугиваю, или за всякими тварями, то и дело появляющимися в результате идиотских экспериментов биомагов (их в этом мире по старинке называют химерологами). Князю Демидову очень не нравится, когда на его землях безбоязненно и невозбранно шляются разные ублюдки и оборотни. Поэтому отряды «Рыси», «Куницы», «Манулы» и другие кошачье-собачьи, находящиеся в подчинении князя, гоняются и за нехорошими людьми, и за животными, выращенными в пробирках или пришедших из неведомых миров по зову. Последнее, вероятно, просто слухи и вранье обывателей. Не встречался еще с такими вещами…
— Осталось всего пять километров, — старшина оглядел нас, уже готовым к дальнейшему движению. — Будьте предельно внимательны, смотрите под ноги и по сторонам. Я уверен, что мы опередили банду на несколько часов, но в природе всегда существует один процент случайностей. Поэтому идем в прежнем порядке.
После отдыха вниз шагалось легко. Единственное препятствие, затормаживающее движение — каменные осыпи, то и дело обнаруживающиеся на тропе. Но ближе к подошве гор под ногами стал пружинить мох, вокруг нас сомкнулись кроны лиственниц и пихт. И здесь Хруст подал сигнал, вскинув сжатую в кулак руку. Отряд мгновенно застыл на месте.
Я, продолжая замыкать группу, остался на месте, контролируя окрестности. Не почуяв опасности, показал жестом, что все спокойно. Курбат кивнул головой, подзывая к себе.
— Перед нами какая-то заброшенная деревушка, не отмеченная на карте, — тихо пояснил старшина. — Но она лежит на предполагаемом маршруте банды. Больше удачных троп здесь нет. Нужна разведка. Тихая, без суеты. Колояр, Зимовей и Брык! Проверить деревню на предмет засады. Если почувствуете неладное — геройствовать запрещаю. Защитные амулеты у всех на месте?
Мы кивнули. Такие амулеты даются каждому егерю, только заряжать не забывай. Вполне себе защищают от первичной магической или обычной атаки, даже от выстрела. У меня помимо полагающегося каждому бойцу амулета есть свой, еще со времен кадетской школы. Эвклаз висит на прочном шнурке под одеждой уже много лет.
— Вперед, «рыси». Старший — Брык!
Брык и на самом деле из всех нас в отряде оказался старшим по возрасту и по опыту боевых действий (если не считать моих боевых лет из прошлой жизни). Ему было уже далеко за сорок, но груз годов не мешал ему превосходить молодых по физическим кондициям. Я, к примеру, старался проигрывать Брыку в ножевом бою, чтобы не посрамить ветерана перед молодыми, но в рукопашных схватках держался наравне с опытным «дядькой». Или в спортивных заплывах на пятьдесят метров с полной выкладкой Брык уделывал многих егерей. Мне даже было слегка стыдно за свое «сачкование», но я не мог раскрыть свой истинный потенциал, пока не подобрался к людям, уничтожившим мой Род. Нельзя давать повод насторожиться тем, кто следит за мной с самого раннего детства. Пусть думают, что я лишился Дара, и не могу достойно ответить за оскорбление. Для Щербатовых я уже давно умер. Они ведь всерьез считают, что аристократ без магического наследства — обычный ремесленник, умеющий только зажигать свечки щелчком пальца. Ну-ну, думайте так и дальше.
— Так, птенцы, раскрыли уши, — шепотом произнес Брык, когда мы достигли опушки леса и залегли в кустах, внимательно вглядываясь в покосившиеся от старости бревенчатые дома с провалившимися внутрь крышами, на заборы с прогнившими досками, закрытыми наполовину буйно разросшейся крапивой. — Идем спокойно, на расстоянии пяти метров друг от друга «ступенькой», не перекрывая друг другу сектор обстрела. Впереди Зимовей. Колояр вторым. Я за вами буду присматривать. Начнем с крайнего дома и пойдем по улице, осматривая каждый закуток. Если эти уроды уже здесь — они обязательно себя обнаружат. Амулеты под рукой?
— Да, — прошептал Зимовей, мой ровесник, с удивительно пышными белесыми бровями, гладкой и чистой кожей лица, как у младенца. Его всегда подкалывали на этот счет и интересовались, брился ли Зимовей хоть раз в жизни, и как относятся к нему девушки, не путают ли его с подростком? Парень только улыбался. Скромняга, сил нет.
— Все, двинулись!
Зимовей без излишней суеты поднялся с земли, перехватил карабин, снял с предохранителя и настороженно зашагал к деревне. Я выждал положенный интервал и двинулся следом. Как всегда, первая моя мысль была не о ждущей нас здесь опасности, а о том, кто жил здесь раньше, куда подевались все люди, какая причина заставила их покинуть обжитые места? Полет фантазии не мешал мне крутить головой и фиксировать любое движение: будь то мышка в траве или дикий голубь, прилетевший подкормиться ягодами из заброшенного сада. Здесь людей не было, я чувствовал. А вот мощное поле, излучаемое какими-то животными, ощущалось. Биологическая форма жизни здесь присутствовала. Одичавшие собаки? Волки?
Зимовей вступил на единственную улочку, заросшую бурьяном и крапивой; тем самым группа оказалась в самом опасном и замкнутом пространстве. Хорошее место для засады. Плотные, пусть и завалившиеся заборы; пустые проемы окон, в свете заходящего солнца выглядевшие глазницами мертвых великанов; звенящая тишина, которую изредка нарушал скрип засохших веток старой черемухи по коньку крыши — все это нервировало и напрягало. Я аккуратно, почти незаметно положил палец на спусковой крючок карабина, а сам ствол, как живой, стал ходить из стороны в сторону. Не страшно, но спина взмокла.
— Спокойно, малец, — тихо прошептал Брык, но я его услышал. Слуховые моды отрабатывают по полной. — Ты не дергайся. Иди прямо. Держи левую сторону и не отвлекайся ни на что.
И вот тут я почувствовал, как мои запястья начали побаливать от нагревающихся браслетов. Тонкая полоска странного материала, нацепленного на меня в тот жуткий день, когда я остался сиротой, засветились багровым цветом рунических рез. Это означало, что блокираторы вступили в невидимую реакцию с магическим чужеродным фоном, и таким образом предупреждают носителя, то бишь меня, об опасности. Животные, реакция браслетов на магию…
— Стоять! — крикнул я, поняв в чем дело. Какой сейчас смысл таиться? Здесь засада.