Колояр. Дилогия (СИ)
— Зачем ты едешь в город со мной? — пытал я учителя. — Комендант дал задание? Или задумал очередной тест на выживаемость?
— По своим делам еду, — пожал плечами Жарох, не поворачиваясь. — Высажу тебя возле гостиницы и поеду дальше. Ты лучше проверь, командировочные на месте? Не потерял деньги?
— Да все в порядке, — хлопнул я по кителю, где во внутреннем кармане лежали деньги, выделенные мне на карманные расходы и на снятие номера. — Ладно, верю, — старик вдруг повернулся и бросил мне на колени внушительный черный целлофановый пакет. — Держи, это от меня. В гостинице переоденешься. Там спортивные штаны, футболка и гражданская одежда. Брюки, рубашка, куртка на выход, туфли. Не в кадетской же форме ходить по городу после того, что ты здесь навертел с малолетними отморозками.
— Не я навертел, а ты мне приказал! — не удержался от обвинений, и тут же мне стало стыдно. — Спасибо, учитель! Вот уж не ожидал такого подарка.
— Носи на здоровье, — усмехнулся Жарох. — Когда будешь выезжать из гостиницы, оставь пакет у дежурного администратора. Потом его заберут.
— Как будто у тебя в городе целая агентурная сеть, — пробормотал я, шурша пакетом. — Все схвачено, за все заплачено.
— Поживи с мое, а потом самому захочется, — хитро усмехнулся Жарох. — Кстати, готовься, после отдыха займемся…
— Чем? — не понял я.
— Теория агентурной работы, подбор кадров, осведомителей, явочные квартиры, пути отхода на запасные позиции, — спокойно ответил старик. — Искусство гримирования, актерская игра. Ага! Я уже поговорил с одним уважаемым человеком в городе. Он преподает актерское мастерство. Солидный опыт имеет.
Водитель многозначительно хмыкнул, а я застонал. Нет, этот чертов дед меня хочет доконать окончательно! Я лучше буду осваивать другие науки, более мне подходящие: стрельба и драки. Для чего меня готовят? Через три года мне максимум грозит оказаться в заштатном гарнизоне или на порубежных фортификациях, где придется отработать пятилетний контракт. Какие, к черту, шпионские игры?
— И кто же его пустит в школу? — я скептически посмотрел на затылок Жароха, теряющего последние волосы. Уже и проплешины видны. — Меня и так пацаны чуть ли не год тиранили, пытаясь выяснить, кого из меня делают. А теперь ты хочешь еще и актера для меня вызвать.
— Что-нибудь придумаем, — рассеяно проговорил Жарох.
Машина миновала развилку и нырнула под эстакаду, за которой сразу же появился щит с надписью, что мы въезжаем на территорию Торгуева. Герб Щербатовых под буквами недвусмысленно намекал, под чьей рукой находится город. Снова заработали мысли, как мне в будущем подобраться к этому клану. Я был уверен, что идеи появятся, надо только учиться любому мастерству. Внезапно как огнем опалило. А ведь старик не зря предлагает пройти курсы актерского мастерства и грима! Он же подталкивает меня к возможности использовать все наработки против кровного врага! Мне бы только ворчать! Пора включать мозги. Кроме воинской службы существуют другие интересы. Хочешь вернуть славное имя, отомстить за родителей и сесть на своей земле? Прислушавшись к себе, я понял: хочу.
— Приехали, — вывел меня из задумчивости голос учителя. — Вылезай. И веди себя хорошо, не буянь.
— Постараюсь, — хмыкнул я, захлопывая дверь машины.
«Орион» фыркнул и покатил дальше по дороге, а я внимательно осмотрелся, куда меня забросила нелегкая. Гостиница полностью занимала первый этаж высотного дома. Облицованные шершавым декоративным камнем стены, аккуратные клумбы под окнами с яркими цветами, еще не убитыми первыми заморозками, невысокая лестница, ведущая к входу с зеркальными дверями. Возле них на стуле сидел охранник в темно-синей униформе с логотипом княжеских сил правопорядка на рукаве куртки. Я знал, что все охранные компании находятся под контролем клана Щербатовых, и не удивлялся этому. Кто еще будет следить за порядком в городе и во всех заведениях, начиная от крупных фирм и заканчивая детскими садами? Государственные чиновники? Ага, разбежались они. В Торгуеве есть свой хозяин, вот пусть и думает о благополучии и безопасности своего удела.
Возле дома расположилась парковая зона, совсем маленькая, разве что посидеть в тени деревьев и проконтролировать играющих детей. Дальше виднеется дорога с несущимися по ней автомобилями, потом — снова дома, офисы, рекламные щиты. Я пожал плечами, оценив местоположение как приемлемое для моих выходных и по лестнице поднялся наверх.
Охранник ничего не сказал, когда я открывал двери, но скользнул по мне внимательным взглядом, оценивая потенциальную опасность для служащих гостиницы. В фойе я сразу же подошел к административной стойке, за которой сидела женщина лет сорока в строгом брючном костюме и что-то печатала на клавиатуре. Я кашлянул.
— Здравствуйте, — сказал я, отвлекая женщину от работы.
— День добрый, молодой человек, — изобразила легкую улыбку дежурная администраторша. — Чем могу быть полезна?
— У меня забронирован номер на имя Волоцкого Колояра.
— Секундочку…
Щелк, щелк, щелк… Кивок головы.
— Да. Все точно. Кадетская школа номер два. Оплата наличными или по банковской карте?
— Наличными, — я вытащил купюру в пять рублей, уже зная, какую сумму потребуют за двухдневное проживание.
— Ваша комната по коридору слева. Номер седьмой. Пожалуйста, соблюдайте все правила. Не водите сюда посторонних лиц, ни женщин, ни мужчин, — заученно проговорила администраторша, словно забыла, что перед ней стоит обычный юнец. — Распития спиртных напитков запрещено… В вашем возрасте — тем более. Сразу предупреждаю: у нас есть возможность связаться с руководством школы и донести о недопустимом поведении…
— Я все понял, — успокоил я разошедшуюся женщину. — Я не собираюсь целыми днями торчать в номере. Не для этого сюда приехал. Спасибо.
Я получил ключ и пошел в свою комнату. Мне она понравилась. Окна выходили во двор, усаженный кустарниками и деревьями, между которыми вились песчаные дорожки. Напротив гостиницы стояли еще два дома с веселой расцветкой по фасаду. Видать, район не самый бедный, здесь живут состоятельные люди или рабочие, имеющие хороший заработок.
Внутри номера простенько. Односпальная кровать, аккуратно застеленная клетчатым покрывалом; тумбочка, пара стульев, журнальный столик, маленький холодильник. Даже совмещенный санузел был с унитазом и душевой кабинкой. Разве мне много нужно? Я решительно скинул с себя китель…
После душа переоделся в гражданскую одежду. Жарох удивительно точно подобрал рубашку и брюки под мой размер. А ведь я знаю, что старик не измерял меня. Глаз — алмаз? Ага, просто узнал у Валуна-каптерщика все параметры! Мой наряд не отличался вычурностью, да мне и не стоило привередничать. Спасибо на том, что есть. У рубашки оливкового цвета длинные рукава, чтобы скрывать браслеты. Брюки светло-бежевые, легкие, чуть заужены книзу. Туфли тоже под цвет брюк. Поглядел на себя в зеркало. Оттуда глядел высокий широкоплечий парень с короткой стрижкой; с рельефно выделяющейся грудью, с развитыми бицепсами. И не скажешь, что пятнадцать лет. Впрочем, в школе почти все ребята моего возраста выглядели так же. А выпускники — те вообще, машины для убийства.
Я вздохнул и кинул взгляд на часы, висящие на стене. Пора и прогуляться. Пообедаю где-нибудь в простеньком кафе. Запер дверь, оставил ключи на стойке, улыбнулся администраторше, предупредив, что вернусь поздно, и отправился наслаждаться свободой. Как-никак, пятнадцать лет в этом мире и в теле несчастного сироты. Впрочем, такой ли уж я несчастный? К родителям привязаться не успел, даже не понял, что такое семья. Главное, есть крыша над головой, с будущим проблем не предвидится, если не вступать на тропу войны с Щербатовыми. Дворянство? А что я сейчас могу сделать? Насколько я знаю, выморочные земли переходят в разряд свободных через тридцать лет после смерти владельца, если никто не предъявит законные права. То есть теоретически я еще смогу прийти в какую-то там комиссию и заявить, что как сын Ставера Волоцкого имею право на свою землю. Причем, об этом инциденте знают на самом верху. Но, тогда возникает вопрос: почему же меня просто не грохнули в колыбельке? В какую игру вовлек мальчишку князь Щербатов?