Колояр. Дилогия (СИ)
— Готовится централизация власти? — Мирон покачал головой. — Но ведь это война. Неужели не понятно?
— Как раз и понятно, — раздраженно ответил Демидов. — Но князь Геннадий Андреевич недвусмысленно дал понять: в их вотчине проявляются нехорошие тенденции. Эмиссары императорского клана, пользуясь своим правом невозбранного посещения личных уделов, все чаще уделяют внимание свободным дворянам.
— Полагаю, светлейший, так скоро тенденции не проявятся, — предположил Башлык. — Пока идет разведка, прощупывание интересов…
Князь сжал своей медвежьей лапой бокал и опрокинул его в себя. Даже не поморщился, но с возрастающим раздражением поглядел на своих советников. Не хватало Самохина и старшего сына — Алексея. Они уехали в Югорск, где до сих пор находилась княгиня Ольга. Расследование ведут, не понимая, что никакого злостного намерения при нападении на кортеж не было. Цель была одна — и ту прошляпили. Все коту под хвост!
— Что мы предпримем по Волоцкому, помощники? — решил он отвлечься от тяжелых дум и вернуться к началу разговора. — Предложение заманчивое, или не стоит на него клевать?
— Мы же понимаем, для чего Волоцкий жертвует землями, — осторожно сказал Мирон. — Это попытка втянуть нас в свои разборки. Не стоит влезать в них.
— А я думаю, что это хороший шанс пощекотать западных князей, — возразил Башлык. — Нам даже делать ничего не придется. Волоцкий сам, в приступе кровной мести, устроит большой тарарам в уделе Щербатова. В любом случае, мы ничего не теряем.
— То есть, надо разорвать контракт с Волоцким и отпустить его восвояси со своим артефактом на родину? — Демидов обвел взглядом подручных. — Погибнет — нож перейдет ко мне? А не погибнет — поставит Щербатова в неловкое положение?
— Только нужно приставить к нему человека, чтобы в нужный момент артефакт попал именно в его руки, — Мирон задумался. — Пожалуй, стоит попробовать. Мишка прав, при любом раскладе Колояра и нас ничего связывать не будет.
Повисло недолгое молчание, которое прервал сам князь.
— Меня в большей мере интересует Прохоров. Только ли он стоит за спиной Волоцкого? Или выше них есть влиятельная группа?
— Его магия вызывает смущение, — признался Мирон. — С трудом понимаю технику некоторых плетений. Кастование средненькое, словно ремесленник работает, а от трости веет жуткой силой, мощью. Артефакт достоин пристального внимания. Не к тому человеку он попал.
— Ты про трость? — оживился Башлык.
— О ней, родимой, — кивнул Мирон. — И о перстнях. Что-то они мне напоминают. Читал когда-то о таких фигурных вещицах с драгоценными камнями, запитанными силой.
— Есть мнение?
— Да. Прохоров не тот, кем себя представляет. Или скрывает свой ранг, умело показывая халтурность магических техник, или на самом деле не понимает, какое богатство держит в руках. Но больше всего интересно, сколько сущностей он прячет под маской?
— Я тоже почувствовал некую искусственность, — подтвердил слова своего мага Демидов. — Хотел пробить его защиту, но она умело отсекала и блокировало мои попытки. Похоже на техники древних. С этим Прохоровым нужно подружиться.
— Тогда вопрос с Волоцким решен? — Башлык чутко улавливал настроение хозяина, и сейчас по его успокоившемуся голосу понял, в какую сторону пойдет разговор.
— Детали можно обсудить завтра утром. С парнем контракт расторгаем, но без излишней шумихи. Приедет Самохин, пусть займется дезинформационным полем, — Демидов усмехнулся. — Подкинем Щербатову маленькую тайну, заодно оградим себя от подозрений. Все, заканчиваем, господа. Пора отдохнуть.
****
Как и было договорено, я появился возле сквера к назначенному времени. Нет, пришел чуть раньше, успев по дороге купить букет свежих желтых роз, сохранивших на лепестках капельки воды. Красивые цветы. Почему они не нравятся Алике? Символизм цвета? Так желтый — цвет золота, солнечный свет. С другой стороны, почему-то именно он связан с болезнью, смертью, разлукой, увяданием. Честно говоря, на всю эту мешанину предрассудков я не обращаю внимания. По мне хороший букет, органично смотрящийся в руках красивой девушки, не влияет на ее внутренний мир и психологическую устойчивость.
Плюнув на философские размышления, я занял позицию напротив училища на скамеечке возле сквера. Букет, обернутый в хрустящий целлофан, положил рядом, а сам стал ждать Алику, заранее настроившись на опоздание девушки. Ну, помада на губы, оценка собственной значимости возле зеркала, тушь, легкий макияж — сто пудов опоздает. Минимум, на час.
Алика пришла на пять минут позже, чем мы договаривались. Она была в длинном осеннем пальто бежевого цвета и в беретке, кокетливо сидящей на распущенных волосах. Оглядевшись по сторонам, Алика прошла по тротуару, миновала училище и дробно стуча каблуками сапожек, перебежала дорогу. Меня заметили.
— Здравствуйте, Саша, — я встал и улыбнулся, протягивая ей букет. Интересно, возьмет? — Меня зовут Артем.
Взяла, даже понюхала.
— День добрый, — девушка положила цветы на сгиб локтя и царапнула по мне внимательным взглядом, особенно задержавшись на перстнях. — Можете звать меня Алика. Впрочем, вы при разговоре уже прекрасно знали, как меня называть лучше всего. Куда пойдем?
А как же иначе, моя милая? Ты бы не поверила в слова Прохорова, если бы я не произнес имя, которое известно Колояру.
— Колояр все время вас так называл. Алика — это вроде кодового слова, чтобы вы поверили мне.
— Так и подумала, — кивнула девушка.
— Я приезжий в вашем славном городе, и вряд ли предложу сейчас что-то стоящее, — жутко интересно, признает ли она в моей второй личине Колояра? Говорят, у некоторых людей интуиция просто запредельная. — Кстати, предлагаю перейти на более дружественный формат общения.
— На «ты»? С незнакомым человеком, годящимся в отцы? — уточнила Алика и получив от меня утвердительный кивок, задумалась. — Доверяешь? Отлично. Пойдем в «Карамель». Там подают хорошие коктейли. И места, надеюсь, есть. А то в других местах топчешься возле барной стойки, успеваешь только отшивать разных придурков…
— Видишь, как у тебя опыт! — я ухмыльнулся. — Тогда вперед! Признаться, я слегка подмерз. Погода меняется не в лучшую сторону.
«Карамель», о которой я все-таки хорошо знал, будучи в роли Колояра, представляла собой молодежное кафе, в котором собирались разные слои населения, начиная от мещан и заканчивая дворянскими ребятишками. Такой симбиоз не влиял на отношения и возможность познакомиться с кем-то, кто по статусу ниже тебя. Здесь просто отдыхали и убивали время.
Мы дошли до кафе, откуда басовито стучали барабанные ритмы и звучала музыка. Девушки и парни возраста Алики, и даже чуть старше, поднимались по невысокому крыльцу, приветливо кивали паре бравых накаченных охранников. На меня посмотрели с сомнением, но тоже пропустили.
Внутри тоже было неплохо. Слева от входа тянулась барная стойка с кучей парней возле нее; в глубине кафе организована танцевальная площадка; правая половина зала отдана сидячим местам: диванчики, столики, снующие официанты в фирменной одежде с логотипом заведения. Классический черный низ, белый верх. Причем, что у девушек, что у парней. Все в брючках и отутюженных рубашках.
— А с местами-то проблема, — хмыкнул я, оглядывая зал. — И время еще не располагает к бурному веселью.
— Ну надо же! Как специально! — расстроилась Алика и вдруг радостно воскликнула: — Ой, вон там столик на двоих, в дальнем углу! Пошли быстрее!
Я помог девушке раздеться и передал верхнюю одежду в гардероб, получив взамен пластиковые номерки.
Нам повезло. Столик оказался незарезервированным только по одной причине, как подумал я: отсюда плохо наблюдать за танцплощадкой и пробираться к бару или потанцевать. Да еще неподалеку находятся двери в служебное помещение. Но разве замечаешь такие мелочи, когда рядом находится самая красивая девушка в мире, и ты готов любоваться ею, только бы никто не мешал. Удивительно, что нас заметили. Подлетел парень с кожаной книжицей-меню в руках и любезно передал нам. Я попросил его подойти через пять минут, чтобы определиться с выбором напитков или блюд. Не люблю торопливость. Алика сразу сказала: