Не сдавайся (ЛП)

— Есть о чем подумать. — Я уклончиво пожимаю плечами, и мама оставляет эту тему.
— Что ты нашел в «Кабелас»? — спрашивает она, тыча пальцем в следующий мешок.
— GPS, которое делают для туристов и охотников. Дешевый прибор ночного видения и еще несколько вещей. Новый складной нож. Немного одежды. Ничего особенного.
Я пытаюсь перетасовать вещи, чтобы мама не заметила пакет из аптечного магазина, но это не срабатывает. Почему я захотел вместе с ней осмотреть свои покупки? Это была просто глупая идея.
— Что ты купил в аптеке?
— О, в основном батарейки. Ибупрофен, чтобы взять с собой. — Я пытаюсь отодвинуть сумку в сторону и держать ее закрытой.
— Ужасно большая сумка для этого, — уточняет мама, открывая ее, и я съеживаюсь, когда ее глаза расширяются.
— Теперь, Шон, ты знаешь, что я буду любить тебя и гордиться тобой, несмотря ни на что, но есть ли здесь что-то, о чем ты хочешь поговорить? — Она смеется, вытаскивая коробку с тампонами, еще одну коробку с макси-прокладками на ночь и колготки. — И о, посмотрите на это! Презервативы! Ты готов провести хорошие выходные!
— Да, отлично, мам. Я рад, что ты находишь это таким забавным. — У меня действительно нет причин смущаться этому, но почему-то смущаюсь. — Ладно, значит, презервативы хороши для гидроизоляции. Батареи. Детонаторы. Бери не смазанные, и можно положить вещи внутрь и завязать конец. Они полезны, а те, что в комплекте в грузовике, вероятно, уже высохли и никуда не годятся. Прокладки и тампоны? Лучшие в мире средства первой помощи. Быстрая работа с тампонами спасла мне жизнь в Ираке, заткнув пару пулевых отверстий и остановив кровотечение. Колготки — это отличные жгуты и компрессионные повязки.
— Ты же не рассчитываешь, что тебе действительно понадобятся эти вещи? — Мамино лицо вдруг становится серьезным.
— Нет, но лучше иметь их и не нуждаться в них, чем нуждаться в них и не иметь их. К слову, я хочу порыться в коробке с игрушками. — Мама молча роется в сумочке в поисках ключей, снимает один с кольца и протягивает мне.
— Мама, я не собираюсь влезать в неприятности и не ищу их. Просто хочу быть готовым, если они меня сами найдут.
— Сынок, у тебя и так было достаточно неприятностей, чтобы хватило на дюжину жизней, — вздыхает она.
— Ты пристегиваешься каждый раз, когда садишься в машину? Не только тогда, когда ты планируешь разбить ее?
Я встаю, готовый направиться в подвал, где хранится папин пистолет, но мама хватает меня за рукав.
— Сними рубашку, Шон. Я хочу посмотреть, как врачи собрали тебя.
Теперь она принимается за дело, моя мать — медсестра. Профессионально пальцами ощупывает сморщенные шрамы от сквозных ран на моей груди, спине и животе, шрам от разреза, который хирурги скорой помощи сделали, когда удалили мою селезенку и одну почку. Линия через татуировку на руке на моем левом предплечье. Другая линия, большая, искривленная и узловатая, на правой стороне моей груди.
— Они хорошо поработали. Грубо, но хорошо.
Я пожимаю плечами.
— Я все еще жив, так что они, должно быть, справились.
— Прошлой ночью, — начинает мама, но замолкает, закусывая губу. — Я слышала тебя, когда ты спал. Тебе снятся кошмары? — В ее глазах тревога, беспокойство. Любовь.
— Что, я? Большой сильный «морской котик»? Хладнокровному убийце снятся кошмары? Я — отворачиваюсь. Ей не нужно, чтобы я отвечал. Она уже знает и тяжело вздыхает. Я не хочу вдаваться в подробности, как я могу рассказать ей об ужасной красоте этого переулка? Боль, страх. Видеть пятерых моих ближайших друзей под пулеметным огнем из засады? Симметрия ответной стрельбы, виноватый выброс адреналина. Убийство.
— Если тебе нужно с кем-то поговорить, Шон, в больнице есть люди. Копы идут к ним после...
— Нет, все в порядке. Время — это все, что мне нужно. Да, этого, черт возьми, не случится. Психиатр-коп? Что мне это даст?
 
— Ладно. Просто... береги себя, хорошо? — Мама зевает, потягивается. — О, Господи. Мне нужно лечь спать – уже четыре часа. Эти двенадцатичасовые смены просто убивают меня. — Она вновь зевнула. — Но сверхурочные — это хорошо.
— Разбуди меня, когда встанешь, ладно? Я хочу завтра пораньше выехать. Мне бы хотелось провести немного времени в одиночестве в лесу, до субботы. Прежде чем я пойду и куплю немного черники.
— Разбужу. — Мама крепко обнимает меня, целует в щеку. — Я люблю тебя, Шон. Я так горжусь тобой и так счастлива, что ты снова дома, в безопасности. — Однако ее лицо слегка морщится, и она говорит: — Тебе нужно побриться. Ты становишься неряшливым.
— Я думал об этом. Думаю, я ее ненадолго сохраню. Может, неплохо быть менее узнаваемым, в случае...
— …на случай, если это Хизер, — продолжает мама, и я киваю.
— Да. Я бы предпочел, чтобы она не сразу меня узнала, если будет там. Я хотел бы сначала немного осмотреться.
— Хорошая мысль. Ладно, я иду спать. Тебе самому лучше поскорее пойти, если собираешься завтра так рано вставать, — мама гладит меня по неряшливой щеке.
— Я так и сделаю. Я хочу собрать грузовик сегодня вечером, и мне нужно достать кое-что из коробки с игрушками.
Подвал — типичный подвал Новой Англии. Здесь круглый год и холодно, и сыро. Затхло. Когда папа установил здесь сейф с оружием, ему пришлось пойти на некоторые экстраординарные меры по осушению, чтобы оружие не заржавело. Ключ легко открывает замок, позволяя мне повернуть ручку и отодвинуть засовы, и тяжелая дверь плавно отворяется. Внутри лежали на стеллажах винтовки и пистолеты.
Пистолет — простой выбор. Старая «Беретта 92ФС» моего отца лежит на верхней полке сейфа, и я хватаю ее вместе с тремя запасными магазинами на пятнадцать патронов и двумя коробками с девятимиллиметровыми патронами.
Винтовка — это более жесткое решение. Что возьму с собой? Я не ожидаю неприятностей, но здесь довольно стандартная практика, держать винтовку под задним сиденьем грузовика или на стойке в заднем окне. Мои пальцы задерживаются на холодной синей стали старого «Винчестера», из которого я в десять лет убил своего первого оленя, но потом перехожу к следующему варианту, «АР-15».
Он очень похож на «М4», который я носил в армии, но «Кольт AР-15» — это гражданское оружие, а не пулемет, как его военный кузен. Он также немного длиннее, чтобы соответствовать законам о минимальной длине. Это должно полностью удовлетворить мои потребности – «М4» в течение шести лет был моим ближайшим компаньоном, пока я служил в качестве военно-морского специального наблюдателя, и «AР» достаточно к нему близок, чтобы я с ним справился. Пять магазинов, по тридцать патронов в каждом, идут в сумку вместе с моими пистолетными обоймами, и еще полкоробки патронов. Пятисот патронов должно хватить, чтобы справиться с чем угодно, кроме вторжения Канады. Может быть, найдется время для небольшой практики в дикой местности.
Загрузить грузовик легко – все мое походное снаряжение было тщательно сохранено перед моим отъездом на флот, и сумки идут в заднюю часть «Блейзера» в определенном порядке, который я все еще знаю из долгой практики даже после долгих лет отсутствия. Я готов настолько, насколько это возможно.
Мама права: уже поздно, а четыре часа утра настанут быстро. Мне нужно немного поспать. Когда я наконец закрываю глаза, то понимаю, что вновь возвращаюсь в тот переулок в Садр-Сити
Возможно, на этот раз все закончится по-другому?
  
Глава 7
  
Кортни
 
Утро пятницы, 12 августа 2016 года.
— Кортни! Кортни, проснись!
Проснувшись, я резко вскакиваю и ударяюсь головой о каркас верхней койки.
Верхняя койка? Что за верхняя койка? Я в женском общежитии. Почему я не дома с Дэниелом? Я потираю ушибленный лоб и ерзаю на кровати. Когда сижу на краю, помня о металлическом каркасе надо мной, воспоминания вчерашнего дня возвращаются ко мне.