Роковая долька (СИ)

— Может, это герб Слизерина? — предположил Драко.
— Раз он был змееустом, то это может быть любое изображение змеи, — сказал Нотт.
— Значит — ищем любую картинку со змеей, — подытожил Драко.
Северус Снейп привык, что слизеринцы часто шастают по подземельям по своим слизеринским делам. В конце концов, это была их вотчина. Но группа первокурсников, чуть ли не обнюхивающих стены рядом со входом в его личные комнаты, это было что–то новое.
— Вы что–то потеряли, молодые люди? — строго спросил он, понаблюдав некоторое время за их деятельностью.
Первокурсники подпрыгнули на месте и резко обернулись.
— Сэр? — на декана уставились кристально чистые и невинные глаза младшего Малфоя, — мы… э–э–э-э–э–э-э… Я потерял фамильный медальон, подарок отца. Ребята помогают мне его искать.
— А я потерял галлеон, — сказал Крэбб.
Остальные закивали. Снейп закатил глаза.
— Акцио медальон Малфоев! — сказал он.
Из–под мантии Драко выскочил золотой кругляш на цепочке и потащил своего хозяина к профессору.
— Как интересно, — заметил Снейп, — галлеоны тоже призывать будем?
Студенты вздохнули.
— Ну? Я жду, дамы и господа.
— Мы ищем Тайную Комнату, — пробормотал Гарри Поттер.
Северус Снейп тяжело вздохнул. Начинается.
— Вы в своем уме? — спросил он.
Студенты враждебно засопели.
— И ничего такого, — проговорил Драко.
  Глава 6  
   
Приближалось Рождество. Студенческая общественность обменивалась каталогами и заказывала подарки совиной почтой. Преподаватели составляли списки остающихся в школе на каникулы. Но больше всего всех интересовало грядущее явление гомункула. Участники алхимического кружка чуть не переругались, придумывая ему имена. В конце концов, остановились на четырех вариантах в честь Основателей. Решили, что выбрать должен сам гомункул. И вот торжественный день настал.
Народ волновался уже с утра. Владельцы колдофотоаппаратов по нескольку раз проверили свою технику, чтобы она не дала сбой в самый ответственный момент. Самопишущие перья должны были фиксировать все на пергамент. Ради такого дела никто не пошел в Хогсмит, хоть и была суббота. Наконец, в преддверии начала обеда, в школу прибыл Фламмель. Процессия из профессоров и студентов двинулась в лабораторию.
Колба была торжественно извлечена из навоза и очищена заклинанием. Еще одно заклинание, и все смогли увидеть крошечного человечка внутри. Существо было около двенадцати дюймов ростом.
Засверкали вспышки колдофотоаппаратов.
— Ой, какой хорошенький! — взвизгнул кто–то из девочек.
Услышав это, существо распахнуло большие красные глаза с вертикальными зрачками. Приоткрылся безгубый рот с очень острыми зубами. Мелькнул длинный раздвоенный язык. И послышалось громкое шипение.
— Мамочки! — прошептали особо впечатлительные студенты.
Все присутствующие рефлекторно попятились.
— Есссть! Хочу есссть! — услышал Гарри.
— Он есть хочет, — сказал он.
— Ты понимаешь его шипение? — удивленно спросил Фламмель.
— А вы разве нет? — спросил мальчик.
— Змееусты… — в ужасе прошептала МакГоннагал.
— Цикута… — пробормотала Гермиона, — Лонгботтом… Гарри?
Так что праздник не удался. Что делать с таким оригинальным питомцем не знал никто. И дело было даже не в том, что понимать его мог только Гарри. Честно говоря, все опасались возможных свойств жутковатого существа.
— Ну, Лонгботтом, — выразил общее мнение Снейп, — это уже чересчур! Признавайтесь, с какими еще растениями вы экспериментировали. Я зелья для Больничного Крыла варю, кроме всего прочего. Мало ли какая гадость с нормальными ингредиентами из теплиц может попасть в лабораторию!
— Он хороший мальчик, — вступилась за любителя экстремальной флоры профессор Спраут, — только увлекающийся. А растения для тебя я теперь лично отбирать буду.
Невилл сосредоточенно шмыгал носом.
— А я могу позаимствовать немного этой чудо–цикуты? — спросил Фламмель. — Очень уж интересные у нее свойства. Вы ее случайно змеиным ядом не поливали? Потому что про гомункулов–змееустов я никогда даже не слышал. Новое слово в магической науке. С вашего позволения, я хотел бы исследовать малыша. И ту тыкву тоже. Безумно интересно.
  
Невилл кивнул. У него горели уши.
— Меня больше волнует, что Гарри Поттер оказался змееустом, — сказала МакГоннагал, — мистер Гендельквист, вы об этом знали?
— Нет, — ответил дядюшка Дрю, — мы редко бывали в лесу. А вокруг моего дома стоят отпугивающие чары. Моя жена змей недолюбливает.
— По крайней мере, все перестанут задавать вопросы, как Поттер оказался на Слизерине, — заметил Флитвик, — змееусту там самое место. Но вот что интересно, вроде Поттеры не в родстве со Слизеринами.
— Вопросы крови — самые сложные вопросы в мире, — улыбнулся Фламмель, — я ничуть не погрешу против истины, если, говоря об этом, упомяну о причудливо тасуемой колоде карт.
— Возможно, — поправила очки МакГоннагал, — но все это так неожиданно.
— Думаю, что страх перед змееустами сильно преувеличен, — продолжал Фламмель, — и обязаны мы им магглам.
— Магглам? — переспросила МакГоннагал.
— Я как–то читал маггловские мифы и легенды, — ответил Фламмель. — Способность понимать животных приписывалась самым сильным волшебникам. У магглов есть и те, кого называют святыми, тоже обладавшие этой способностью. Но змея, вернее — змей, для них символ соблазна и зла. Змеем предстает сам дьявол. Поэтому тех, кто умел говорить со змеями, объявляли слугами дьявола.
— Разве магглы оказали такое сильное влияние на магов? — спросил Флитвик.
— А почему нет? — пожал плечами Фламмель. — Статут Секретности принят в XVII веке. До этого маги и магглы жили рядом. Ничего удивительного, что маггловские легенды оказали влияние на волшебников.
— Я как–то об этом никогда не думала, — удивленно проговорила МакГоннагал, — но что–то в этом есть. К тому же у нас в Великобритании самым известным змееустом последнего времени был Волдеморт. Сами понимаете.
— Для нас важно, чтобы репутация Гарри не пострадала, — покачал головой дядюшка Дрю, — к мальчику и так проявляют повышенное внимание. А тут такое. Может быть, какую–нибудь лекцию прочитать? Например, об индийских змееустах? Я немного знаком с мистером Патилом, его дочери учатся в Хогвартсе. Думаю, он не откажется помочь.
— Неплохая мысль, — кивнула МакГоннагал.
На том и порешили. Мистер Патил отнесся к проблеме с пониманием. Для хогвартсксой библиотеки по его рекомендации были закуплены книги по традициям индийских волшебников, а для всех студентов была прочитана интереснейшая лекция о нагах и их потомках. Студенты прониклись. На Гарри больше не смотрели со страхом, книги пользовались бешеной популярностью. После рождественских каникул было решено провести аналогичную лекцию по китайской магии. Соответствующее письмо было отправлено мистеру Чангу, отцу студентки из Райвенкло. Мистер Чанг ответил согласием.
— Надо же, — удивлялась МакГоннгал, — и как это всем раньше в голову не приходило. Я сама с огромным удовольствием прослушала лекцию. Так интересно!
— А ведь есть еще и Африка, Северная и Южная Америки, — улыбнулся дядюшка Дрю, — да и в Европе существуют различные магические системы и традиции. Наша магия более ритуальная. В Азии упор делается на внутреннюю силу человека. У славян в большом почете магия стихий. У туземцев Африки и Америки очень развита анимагия.
— Искушаете, коллега, — рассмеялся профессор Флитвик, — но я только за. Есть кое–какие связи, можно хоть в Дурмштранг написать для начала. А то мы тут варимся в собственном соку, постепенно утрачивая нажитое предками. Самому смешно давать на экзамене задание заставить танцевать ананас. Зрелищно, забавно. Но не более того.
МакГоннагал махнула рукой.
— Укреплять связи с другими магическими школами — это замечательно. И лекции тоже. Было бы неплохо, если бы такие встречи стали традицией. В конце концов, и нам есть что предложить. И библиотека пополняется.