Роковая долька (СИ)
— Я только за, — сказала на это МакГоннагал, — но у Хогвартса нет таких денег.
— Мы можем обратиться в Попечительский Совет, — предложил Флитвик, — таким образом диадема останется за Хогвартсом.
Снейп взял щепотку порошка.
— Малфой–мэнор, — сказал он и шагнул в изумрудное пламя.
* * *
Студенты неторопливо сходились на обед. Дверь за столом преподавателей открылась, и в Зал прошли не только профессора, но и важные господа в нарядных мантиях, и авроры.
— Министр Магии, — заметила Панси, — чего это он?
— Наверное, нам сейчас скажут, — предположил Блейз.
Студенты смотрели на пришельцев во все глаза. Наконец в Зале собрались все учащиеся. У дверей замер Филч.
— Прошу минуту внимания, — доброжелательно улыбнулся министр. — Произошли очень важные события. Профессора Хогвартса сумели пленить дух Того — Кого-Нельзя — Называть. Да–да, он пытался вернуться.
Студенты испуганно и удивленно переглядывались.
— За выдающиеся заслуги перед Магической Британией директор Хогвартса Минерва МакГоннагал, заместитель директора и декан Слизерина Северус Снейп и декан Райвенкло Филлиус Флитвик награждаются Орденом Мерлина Первой Степени.
Зал грянул аплодисментами.
— Кроме того, была возвращена считавшаяся пропавшей реликвия Основательницы Ровены Райвенкло — знаменитая диадема. Мисс Гермиона Грейнджер, студентка первого курса факультета Слизерин, тоже будет награждена.
Гермиона смотрела на оратора, приоткрыв рот.
Слово взяла Минерва МакГоннагал.
— Мисс Грейнджер награждается медалью за заслуги перед Хогвартсом, — сказала она, — в Зале Славы разместят соответствующую табличку. Кроме того, ей присуждается сто баллов.
— Грейнджер, ты где диадему нашла? — спросил Драко.
— Попечительский Совет Хогвартса надеется, что реликвия Основательницы останется в школе, — мягко улыбнулся Люциус Малфой, — поэтому мисс Грейнджер выплачивается компенсация в размере тысячи галлеонов.
— Поздравляю! — сказал Гермионе Гарри. — Ты должна нам все рассказать.
Потрясенная девочка кивнула.
Слово снова взяла МакГоннагал.
— Я уверена, — сказала она, — что некоторые подумали, что уж они бы ни за что не отдали такую редкую и дорогую вещь. Так вот, Тот — Кого-Нельзя — Называть использовал диадему Основательницы в своих гнусных целях. Если бы мисс Грейнджер не принесла свою находку декану, то с ней могло случиться что–то очень плохое. Она могла бы стать одержимой. К счастью, этого не произошло. Диадема сейчас в Отделе Тайн, где ее исследуют и избавляют от следов черной магии. Помните об этом, если найдете что–нибудь необычное.
— Думаешь, это правда? — спросила Панси.
— Там была такая темная дымка, — ответила Гермиона. — Ой, меня же ждут!
Под аплодисменты всего зала девочка подошла к директрисе и получила из ее рук красивую медаль. А Люциус Малфой вручил ей тяжелый мешочек с галлеонами. Сверкали вспышки колдокамер.
— Для «Ежедневного Пророка», пожалуйста. Улыбочку!
— Ой, это будет в газете? — спросила Гермиона.
— Ну конечно, мисс Грейнджер, — улыбнулся министр, — на первой полосе.
Девочка неловко пригладила волосы и робко улыбнулась.
Стоило ей вернуться за стол своего факультета, как ее тут же взяли в оборот. Подтянулись и представители других факультетов.
— А хорошо, что Грейнджер не знала, что это за диадема, — заметил Теодор Нотт, — любой другой на ее месте не удержался бы от примерки.
— А что там была за дымка? — напомнила Панси.
— Понимаешь, — сказала Гермиона, — профессор Гендельквист стал ее проверять с помощью заклинаний. И появилась темная дымка. После этого меня сразу же спросили, не надевали ли я диадему. Жалко, если с ней что–то плохое, она такая красивая.
— По легенде, кто ее наденет, тот станет умнее, — заметил Блейз.
— Ну и что? — ответила на это Гермиона. — Зато все будут думать, что такой человек на самом деле дурак, а весь ум у него от диадемы.
Слизеринцы рассмеялись.
— Ну, не без этого, — сказал на это Маркус Флинт, — но сто баллов — это круто. Может еще чего найдешь? Есть еще медальон Салазара Слизерина и чаша Хельги Хаффлпафф.
— А чего только она? — возмутился Драко. — Все будем искать.
— Главное — не мерить, когда найдешь, — напомнил Винс.
— Ага, особенно чашу, — хихикнул Гарри.
— Учащиеся! Уроки никто не отменял! — послышалось от стола преподавателей.
Студенты подхватились и помчались на лекции.
* * *
Рон Уизли таращился в потолок. Он очень смутно помнил, что случилось прошлой ночью. Вроде бы, он куда–то шел. Или не шел? А потом бежал? Куда и от кого? Или за кем? А что было дальше?
— Ронни, сынок, ты очнулся?
— Мама?
Из–за ширм вышли родители.
— Ты что–нибудь помнишь? — спросил Артур.
Рон всхлипнул и покачал головой.
Послышались шаги. У кровати появились МакГоннгал, Снейп, другие профессора, какие–то незнакомые люди.
— Он ничего не помнит! — тут же вскинулась Молли. — Вы не можете его обвинять! И мучить тоже!
— Никто не собирается мучить вашего сына, миссис Уизли, — доброжелательно проговорил невыразимец, — воспоминания все равно можно получить. Ваш сын попал в беду, и в ваших же интересах, чтобы мы установили истину.
Молли оглянулась на мужа и кивнула. Невыразимец присел на край койки Рона.
— Мистер Уизли, мы понимаем, что вы практически ничего не помните. Но есть специальные методики, позволяющие восстановить ваши воспоминания. Это совершенно безопасно. Вам ничего не надо делать, просто доверьтесь нам.
Рон взглянул на родителей и робко кивнул.
— Я больше не буду, — тихо проговорил он.
Молли громко всхлипнула.
Невыразимец достал волшебную палочку…
— Ну что ж, все ясно! — последний из присутствующих в кабинете директора отошел от Омута Памяти. — Ничего удивительного, что мальчик поддался такому опытному провокатору.
— А меня интересует, почему вы были так уверены, что Гарри не будет знать, как попасть на платформу 9 и & frac34;, и что он подружиться с вашим сыном, — проговорил дядюшка Дрю. — Ваше шоу на вокзале мы видели, сразу скажу — зрелище жалкое и крайне неубедительное.
Артур и Молли замялись.
— Нам Дамблдор сказал, — наконец проговорила Молли, — он считал, что будет лучше, если у Гарри Поттера будут правильные друзья.
Снейп и МакГоннагал переглянулись. Кажется, начинает проясняться темное дело с инструкциями. Дядюшка Дрю покачал головой.
— А с крысой этой что? — спросил один из авроров. — Мне ее поведение очень не понравилось.
— Надо будет взглянуть на животное, — предложил профессор Флитвик. — Мне тоже интересно.
— Где теперь только искать эту крысу, — вздохнула МакГоннагал.
Снейп повернулся к занавешенному портрету.
— А если спросить? — предложил он.
Невыразимец осторожно снял чары. Волдеморт и Дамблдор сидели по разным углам, отвернувшись друг от друга, и делали вид, что спят.
— Эй, — спросил невыразимец, — а что это за крыса у Уизли?
Заключенные в портрете одновременно открыли глаза, но ничего не ответили.
— Альбус! — строго проговорила МакГоннагал.
— Ну, Минни….
Дамблдор явно старался противостоять воле действующего директора, но у него ничего не получилось.
— Это Питер, — сказал он, — надо же было спрятать мальчика.
— Какой еще Питер? — переспросила МакГоннагал. — Постой… Петтигрю?! Но он же…
— Так Петтигрю жив? — переспросил невыразимец. — И вы об этом знали? Но как же тогда Блэк?!
— Альбус… — пробормотала МакГоннагал.
Волдеморт прищурился.
— Так, — сказал он, — так получается, что это ты подсунул мне эту крысу?! Ах, ты…
— Помогите!!! — заорал Дамблдор, сжимаясь в кресле.
— Можно их как–то угомонить? — с беспокойством спросил Флитвик.
— А ну прекратите! — приказала МакГоннагал.