Тайна архангела (СИ)

— Что такого тиранического в том, что мне нравится, когда в бою у девушек выбивается локон? — не смог понять Михаил.
— То, что ты подавляешь инициативу! — выпалил Габри.
— Чью инициативу я подавляю?..
— Мою!.. Я пытаюсь произвести необходимые улучшения, а ты!.. Ты все время все подавляешь!..
— Чего я подавляю?.. Я сказал, что мне нравится и все. Я тоже имею право на свободу самовыражения…
— Ты сказал: нет! Твоя свобода выражения — это скрытая дискриминация! — перебил его Габри.
— Кого, позволь узнать?
— Женской части ангельского войска! Дай я объясню! Вот есть ты, — Габри указал почему-то на себя, — и ты применяешь свое влияние, — он надавил на воздух, — чтобы навязать заведомо неприемлемое решение, — он схватился за лоб и покачнулся, — потому что знаешь, что вокруг все от тебя в восторге и не посмеют пойти против!..
Гавриил сложил ладони лодочкой и сделал влюбленные глаза. На заднем плане послышался смех Агнесс.
— Габри, по-моему, ты заговариваешься, — покачал головой Михаил.
— Я?! Нет, ну как я могу заговариваться! Ты вот сам подумай…
— Я не хочу с тобой спорить.
— Нет, ты не уходи от дискуссии! Ты не можешь воздержаться от высказывания своего мнения, когда оно уже высказано…
— Это ты точно подметил, — посмеялся Михаил.
— Вот мы так и не решим никогда! — встрепенулся Габри. — Агни, ну поддержи меня! — в поисках союзника он оглянулся назад и увидел, что Уриил и Агнесс с интересом наблюдают за разворачивающейся баталией. На губах архангела огня играла улыбка, он положил руки на плечи помощницы Михаила, а она, прикасаясь кончиками пальцев к его ладоням, прятала веселую усмешку. — Эй! — внимание Габри моментально переключилось. — Ты чего его обнимаешь?! Он же… рыжий!
— Ну и что с того, что я рыжий? — произнес Уриил.
— По-моему, это очень хорошо, — высказалась Агнесс.
— Нет, я не понимаю! Как можно обнимать рыжих?! Ну, блондинов, брюнетов, понятно, но р-ы-ж-и-х! Михаил, скажи! — Габри повернулся к старшему брату, уже забыв, о чем спорил.
— Срочно за краской для волос, Гаврюша, — посоветовал Михаил.
— Кошмар! — воскликнул Габри. От возмущения он зашагал по траве и, обойдя Михаила два раза, остановился рядом с его левым плечом.
— Вот так, Габри, — промолвил Уриил. — Видишь, как жестока бывает судьба к тем, кто не рыжий.
— Да уж вижу… — буркнул Габри, с реактивной скоростью потирая нос.
— …и вообще, это я ее обнимаю, а не она меня, — добавил Уриил.
— Это меняет дело, — хмыкнул Габри.
— Так насчет заколки, — сказала Агнесс. — Я предлагаю компромисс: ты, Габри, изобретаешь для меня заколку, а я ношу то ее, то обычную попеременно. И все будут довольны.
— Во, отличная идея! Так и сделаем! — обрадовался Габри. — Всегда слушай женщину, что я тебе говорил?! — он пихнул Михаила в плечо. — Но ты ведь меня не слушаешь никогда…
— Я видимо не усп… — начал Михаил.
— Но рыжий все-таки подозрительный, я бы поостерегся, Агни. Мало ли что может случиться. Вот помню в прошлом веке… Или это было в позапрошлом? Миш, ты не помнишь?.. — спросил Габри.
— …не успеваю за ходом твоих мыслей, — закончил фразу Михаил. — Нет, не помню. Если хочешь, давай я тебя тоже обниму, чтоб тебе необидно было.
— Ты?.. А ты что, тоже решил стать рыжим?.. — Габри скептически оглядел старшего брата.
— Не, ну не хочешь, не надо, — пожал плечами Михаил.
— Кто сказал, что не хочу?! — Габри кинулся на шею Михаилу.
Минуту происходила возня. Наконец старшему архангелу удалось обуздать узлом завязывающие объятия младшего брата и поставить его рядом с собой.
Некоторое время все молчали. Гавриил и Уриил обменивались проницательными взглядами.
— Ур, а у меня есть Михаил, а у тебя кто есть? — проговорил Габри.
— А у меня тут некая мадемуазель. Я, конечно, ее не знаю, но она мне показалась милой, и я решил ее обнять на всякий случай, — ответил Уриил.
— Ах, вот оно что… — протянул Габри. — А давай меняться?..
— Нет, извини, Габри, приобретенные ангелы обмену и возврату не подлежат, — отрицательно покачал головой Уриил.
 
— Как всегда! — возмутился Гавриил.
— А тебе меня лишь бы сбагрить, я понял, — поджал губу Михаил.
— Нет, куда сбагрить? Ты ж мой брат! Ты вот смотри, смотри, видишь?
— Что? — взглянул Михаил.
— На моей майке! — Габри оттопырил белую футболку, указывая на непонятную надпись. — Ты не узнаешь эту букву?
— Габри! — воскликнул Михаил, приглядевшись. — Ты что, опять с моим именем на груди ходишь?! Ну я ж просил тебя: не надо!
— Кто сказал, что с твоим? Мало Михаилов что ли в раю? — начал оправдываться Габри. — И потом, я же вон как зашифровал, никому ничего не понятно! Даже мне самому!..
— Эх, Габри… — растянул губы Михаил.
— Самая активная часть твоего фан-клуба рядом с тобой, — засмеялся Уриил.
— Да, мы тут и мы победим! — воскликнул Габри.
— Ты уже во множественном числе? А говоришь, что мне пора отдыхать… Ты, Габри, пойди Ральфу покажись, а то… — посоветовал Михаил.
— Фото со звездой на память, — в этот момент Габри вытащил из-за спины фотоаппарат и, поднеся его в упор к лицу Михаила, щелкнул на кнопку.
— Габри! — Михаил заморгал от ударившей в глаза вспышки.
— Пойду отдам в фото-студию! — Габри освободился из рук брата. — До встречи! — он хлопнул его по плечу. — Ур, пока, — Габри подлетел к Уриилу и похлопал его по щеке. — Агни…
Архангел вдохновения наклонился над ухом помощницы архистратига и прошептал несколько слов.
— Сегодня? — переспросила Агнесс. — Ладно, хорошо.
— Договорились, — Габри на секунду принял заговорщицкий вид. — Все, пока, Агни. Всем до встречи! — Гавриил веером роздал воздушные поцелуи и вприпрыжку помчался по поляне. За метр до коварно прячущейся в траве коряги он подпрыгнул и в развороте исчез из вида.
— Иногда мне кажется, что я схожу с ума, — качнул волосами Михаил.
— Но это же потом проходит, — попыталась ласково утешить Агнесс.
— Да, — ответил он. — И тогда мне начинает казаться, что я уже сошел с ума.
— Ты еще сегодня легко отделался, — усмехнулся Уриил. — Ладно, ребятки, пошел я. Дела ждут.
— Пока, Ур, — улыбнулся Михаил.
— Привет Заринке и девочкам, — проговорила Агнесс.
— Непременно, — прищурился Уриил. Он растаял в воздухе.
— Свет в нашем доме, — проговорил Михаил.
— Точно, — согласилась Агнесс.
— Ты прям аж раскраснелась вся, как с ним постояла, — заметил Михаил.
— Да? — Агнесс потрогала полыхающие щеки. — И правда…
Она поправила волосы, слегка смутившись. Михаил с улыбкой заглянул в ее зрачки. Агнесс ответила взглядом на взгляд. Некоторое время они молчали, играя в гляделки.
— Что? — наконец, спросил Михаил.
— Что: что? — не поняла Агнесс.
— Ты что-то хочешь сказать? Так смотришь…
— Нет, ничего, — пожала она плечами. — Просто, мы столько времени вместе, а я все никак не могу на тебя налюбоваться…
— Ну нет, Агни, ты не можешь так говорить.
— Почему?.. — удивилась она.
— Тут сама постановка вопроса неправильная. Ты говоришь: «столько времени». Между тем этот эпитет сам по себе беден и не может отразить реального положения дел. Надо сказать так… — Михаил выдвинулся вперед и понизил голос: — Вместе. Тьму веков. Тысячи и сотни тысяч лет. В смертельной схватке против демонов. Спина к спине, плечом к плечу. Чувствуя дыхание друг друга. Сражаясь против сотен разъяренных демонов Князя тьмы. Нанося удары на поражение, борясь, когда уже нет надежды, — рука Михаила легла на рукоять меча. — На последнем издыхании, истекая потом и слезами, побеждая, когда были на волоске от проигрыша. Дыша дыханием друг друга, — он понял, что пошел по второму кругу и осекся на фразе. Краем глаза Михаил увидел, что Агнесс беззвучно хохочет от серьезности его вида. — Вместе — значит вдвоем. Двое как одно целое. Одно как два целых, а три, видимо, как четыре… Ой, нет, это уже что-то совсем не то.