Все, о чем вы мечтали (СИ)
Не добежав, нырнули в кусты. У стоящей почти у кромки зарослей кареты виднеются несколько тел, черточками застывших на пляжном песке. Запряженная четверка коней даже не дергаются, стоят, понуро опустив головы. Жисть такая. Такая жисть. Метров пятьдесят, надо бы поближе, но - осторожнее, осторожнее...
Бух! Из кустов вырвалось пламя выстрела, и тут же последовал ответ из кареты. Бух!
Рекбус. Кроксворд. А где наши?
Махнул, приглашая Кугеля пригнуться.
- Подберемся по кустам, посмотрим, кто там.
- Плохая идея. Лучше крикнуть отсюда.
- А... А чего? Давай.
Кугель рванул во всю мощь голоса.
- Гильермо!!!
И тут же захрустел в сторону, упал. Далековато для прицельного выстрела, но чем черт не шутит. Лучше перебдеть. Я тоже неуклюже завалился.
Из кустов откликнулись.
- Здесь!
По-моему, голос Гонсало. Что с Гильермо?
Лежа кричать неудобно, но постарался.
- Кто в карете?
- Один засел!
- Еще есть?
- Нет!
- Эй ты, выходи, обещаю отпустить. Оружие брось. Слышишь?
- Поклянитесь!
- Клянусь!
- Не стреляйте, сдаюсь!
От темного силуэта кареты отделилась фигура, сделала два шага вперед, встала на колени.
- Оружие где?
- Нет оружия, бросил!
- Гонсало, посмотри за ним! Я подойду!
Кугель вцепился в рукав.
- Не надо, Алекс. Лучше я.
- Времени нет. Не мешай. Что-то случилось с Гильермо.
Вылез на песок и, держа пистолет направленным на стоящего на коленях, быстро пошел, почти побежал. Когда был уже метрах в двух, он поднял голову, пытаясь рассмотреть мое лицо. Стрелял я почти в упор.
- Граф!!!
- Что с Гильермо? Потом извинюсь, времени нет. Что с Гильермо?
- Ничего, здесь я, граф. Зачем вы это сделали?
- Лошадей ловите. Думаю, здесь те, что должны были нас сторожить в доме. Скорее, скорее! Кугель, залезай, подгоним карету к Пепе.
Некогда объяснять. Будут тут мне еще дискуссии разводить. Пристрелил потому, что пристрелил. Надо было.
C моим - пятеро. У одного все башка тряпками замотана, наверняка Кугель из своей мортиры постарался. А туда же, в карету полез, жадный.
- Пепе, есть место, где можно отлежаться? Вам с Ибаи.
- Есть.
- Господа. Тем, кто нас преследует, нужна карета, они не отстанут. Мы с Кугелем и Гонсало уведем погоню, будем прорываться - на Ирун, обычной дорогой. Гильермо, Хуан - на вас Пепе и Ибаи. Через две недели жду всех троих в Ируне, надеюсь, к тому времени Пепе сможет выдержать дорогу, здесь недалеко. Если не появитесь - припрячем карету и вернемся. Где вас искать?
- Спросите в том же трактире в Байонне...
- Уверен? А это...
Я обвел рукой пляж и заросли, кивнув подбородком в сторону дома. Понятно, что ничерта не понятно...
- Уверен.
Гильермо с сомнением протянул.
- Граф, хватит одного Хуана...
- Господа, мы справимся. Спасите раненых. Деньги есть? Неважно, знаю что... Здесь три тысячи, по тысяче франков каждому. Жду вас через две недели. Привязывайте их, скорее, скорее! Ибаи животом на седло, руки и ноги стяните под брюхом коня. Можно.
А что говорить? Можно. Кажется, все равно уже.
- Быстрее! Уходим старой дорогой, следы приведут погоню куда надо. Может случиться, поскачут нам наперерез, сразу к границе. Постарайтесь прошмыгнуть, очень прошу. На выезде с пляжа уходите в сторону, пусть видят каретный след, не затопчите.
Шесть лошадей досталось группе Гильермо, две - нам с Гонсало. Больше ловить некогда. Слава богу, осел потерялся, а то бы вообще... Погнали!
Выстрел! Я оглянулся. Часа два ночи, еле дорогу различаю, куда они палят? В кого? Преследователей не видно, не слышно, грохот копыт моего коня забивает все прочие звуки, даже карета впереди несется почти бесшумно в тихой благости южной ночи. Поскрипывает иногда. Зато я - как танк: дробный стук копыт о камни дороги, хрип и надсадное сопение почти загнанного коня! Отстреливаться? Один пистолет в кобуре, но руки боюсь разжать - как клещ вцепился в гриву лошади. Даже, если при очередном скачке вылечу из седла, еще какое-то время сбоку проволокусь. Не отцеплюсь! Ни за что!
Выстрел. Да пошли вы нах...
Тоже мне, заявил, - погнали! Ночью?! Еле выпутались из всех боковых тропинок, хитрых перекрестков, развилок, хрен знает куда ведущих дорожек и дорог, пока выбрались на тракт. Без Пепе ночью полная жопа. Но - выбрались. Потрюхали в нужном направлении. Одну деревеньку проехали - тихо, спят. Вторую. Тихо. И мы тоже - тихо, шагом, помалкивая, чтобы не будить. Хотя очень хотелось разбудить и поинтересоваться: - На Ирун? Правильно едем? Точно, что правильно? - Выпучив честные детские глазенки, а то спят, заразы. Отдыхают, понимаешь.
Едем себе и едем. Шагом. Может, уже по Испании, давно? Может, сейчас в Ирун заедем! Где, какая тут пограничная стража? Спят люди! Зря я с собой наших раненых не взял. Ехали бы себе в карете. Перебдел. От Сен-Жан-де-Люз до Ируна километров десять. Ну, пятнадцать. Ну - двадцать! Часов за пять, по любому, должны, даже пешком. А мы-то - верхом, верные шесть километров в час, а то и все восемь. Часов нет, а то бы я точно сказал.
А потом вдруг - бах, бах, бах! Сзади, недалеко. Ну, мы и погнали, инстинкт сработал. Чего ожидали, поеживаясь спиной, то и получили: скачем, как в жопу ужаленные, уже минут пять. Дороги почти не видно, где граница?! Где цивилизация?! Как тут люди живут, это же смешно! Ха-ха! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха!
Бах!
Достали! Сейчас коня остановлю и подожду, посмотрю, кто это здесь по ночам бахает?! И в кого?! В сторонку отъеду и - из-за дерева. И будет кому-то настоящий бах, а не игрушечный. Загнали совсем! Не дай бог лошадь оступится, я же о камни разобьюсь. Полюбэ. Считаю до ста, еще пять минут скачки не выдержу. Раз... Два...
Карета резко замедлилась.
Кугель? Колесо? Ранен?
Обогнав, увидел метрах в тридцати установленную поперек дороги рогатку, рядом - будку типа "сортир". Лошади на рогатку не пойдут...
- В объезд, в объезд давай, по полю! Я отвлеку! Задержу! В объезд! Гонсало! К рогатке! Я задержу! В объезд!
Не слушая криков Кугеля и Гонсало, развернул коня, выискивая, где бы притулиться, перекрывая дорогу. Притулиться-то есть где, но погоню так не задержу. Одного грохну, остальные пронесутся, проскачут мимо. Придется в лоб.
Теперь прекрасно слышал грохот копыт лошадей приближающейся погони. Метров семьдесят-пятьдесят. В лоб. Что делать? В лоб. Растерялся. Коня развернуть боком, поперек дороги, загораживая? Нет, лучше посередине, чтобы видели, затормозили, пока прицелюсь. В лоб. Спешиться? Меня не спросили. В лоб - так в лоб, в ту же секунду первый из преследователей серым сгустком вылетел из темноты. Второй, третий. Пятеро. Захлопали выстрелы, я сжался, спрятался за лошадиной шеей, шкурой ощущая, что вот сейчас... Ударит, сорвет. Опять выстрелы. Уже почти рядом, метров с двадцати. За левое плечо дернуло.
Высунулся из-за гривы, увидел, как первый всадник, натягивая удила, пытается затормозить, почти налетев на меня, метрах в трех, раздирая губы коню, во вскинутой руке - шпага. В него и грохнул в упор. Так получилось. Закрыл глаза, сжался в седле, припал к гриве.
Сейчас.
Все.
Сзади ударил недружный залп. Не два ствола, больше. Четыре-пять. Вокруг меня ржание, хрип, визг коней, грохот копыт, падения тел, крики. Грохот, ржание, крики. И удаляющийся стук копыт одиночки.
А чо? Может быть, так и пошел наметом на своих четырех, если коня убили. Бывает, наверно. На четыре кости и - аллюр три креста, задрав вверх кончик шпаги. Глаза уже можно открывать?
Упавшая лошадь бешено лягает копытом хозяина, зацепившегося за стремя. Тело молча вздрагивает, дергается под ударами. Готов. Еще двое лежат без движения. Третий полувстал с четверенек, трясет головой. Набежавший Гонсало выстрелом в упор его опрокидывает. А почему он не на коне? Мутно оглядываюсь. Три лошади отбежали в поле, ржут, вскидывают задами. Их что, зацепило? А в моего - что, никто не попал?