Все, о чем вы мечтали (СИ)

  А что за рыбаки такие? Знакомые? А если сдадут? Куда мы на море денемся? 
  Посмотрев на мою глубокомысленную физиономию, Гонсало воздержался от выводов и продолжил. 
  - Есть третий вариант. Некоторые из нас имеют хороших знакомых среди эускара в Байонне. Очень хороших знакомых... Друзей. Нам могут помочь, проведя горными тропами через границу. Карету и часть лошадей придется оставить. Нам могут помочь, переодев в одежду эускара и сопроводив до Ируна или до Сан-Себастьяна. Поедем в составе их отряда проведать родственников. Они сами найдут повод. Бумаги не потребуются. Карету придется поменять. 
  - Ваши друзья проведут нас через границу по фальшивым бумагам? 
  Гонсало пожал плечами, вместо него сунулся Пепе. 
  - Им не нужны бумаги. Эускара независимы и горды, они не признают границы Испании и Франции, разделяющей их землю. На земле своей родины им не нужны документы. 
  Вона как. Чего-то слышал. Баскские сепаратисты? 
  Пепины, значицца, дружки. Пепе баск? 
  - Гонсало, это возможно? 
  Вместо него опять влез Пепе. 
  - Нет ничего, что не смогут эускара на своей земле! 
  - Да, если сказать, что в нашей карете не поместятся тридцать эускара, они моментально туда набъются. 
  - Тридцати каталонцам для этого достаточно узнать, что в карете завалялся медяк. 
  Так, Хуан - каталонец. 
  Гонсало подмигнул Гильермо, Гильермо подмигнул Гонсало. Хуан надулся. 
  - Тридцати галисийцам можно сказать, что места хватит всем. 
  Опа! Гильермо - галисиец. Эти-то что такое? Но каков Гонсало! Коварный!!! 
  А сам-то Гонсало кто? Ну же, ну, кто его щелкнет по носу? Судя по всему, у Гильермо проблемы с ответом. Заминка, Гонсало прав. Галисиец... 
  - Мадридец! 
  Произнес и торжествующе огляделся. Типа - уел! 
  Так вот ты откуда, коварный змей Гонсало. 
  - Хорошо, господа. Выслушаем предложения ваших друзей от них самих, тогда и примем решение. Возможно, они в отъезде, не будем гадать. Пепе, ничего не чувствуешь? 
  - Нет. 
  - Хорошо. Поторопимся, господа. 
  В Байонне не задерживались. Выучил три слова на баскском: спасибо - эскеррик аско, пожалуйста - меседес, извините - баркату, и этого достаточно. Все три пригодились. Гонсало пытался еще напрячь мой ум и волю, но я воспротивился. Берегу место для кастильского, а если потом найдем в мозгу свободный уголок, то - да. Хотя в планах итальянский. Но - молчу, молчу. Переночевали на Кузнечной, рю Де Фэр, в районе Гран Байон, утром через Испанские ворота по откидному мосту покинули город. . 
  Я и не знал, что местные - тоже баски. Ребята называют их эускара - баскское самоназвание, как теперь понял. Пока не увидел береты и не стал приставать с вопросами так и пребывал в дремучей темноте. 
  Много вишневого цвета в одежде, много во всем - как национальный признак. Нравятся. По-моему, Пепе - точно баск, он тут как свой. Совсем свой. 
  Вечером, когда спустились в трактир, Пепе долго и многозначительно переглядывался с соседями, вставал, подсаживался за столы. Три раза. Дважды вспыхивала оживленная беседа, смеялись. За третьим - сидели, как лом проглотив, чинно роняя слова. Друзей его так и не вычислил. Знакомых - море, но особой Пепиной дружбы с кем-то из собеседников не ощутил. Может, излишне пялился, люди не любят, чтобы напоказ. 
  Хорошо хоть - по носу никто не щелкнул. Живи, пацан! 
  Сидит народ, выпивает, закусывает, расслабляется после трудового дня. Мы тоже не отстаем: винцо, какая-то местная колбаса. Так себе... К нам не лезут, мы не лезем. Почти все разошлись. осталась компания за дальним столиком. Пепе толкнул меня локтем в бок, кивнул на них и пошел, не дожидаясь. Типа - приглашают. Меня одного, наши бровью не повели, словно так и надо. 
  Убей бог, он с ними даже не переглянулся. 
  Ну, хорошо. 
  - Синьоры, граф де Теба. 
  - Хосеб Арисменди. 
  За сорок. По возрасту - не самый старый за столом. Крепкий рыбак, лицо иссечено морщинами, особенно у глаз - белые на загаре. Жмурится. Начальник. 
 
  - Хавьер Эчеберрия. 
  Очень умные глаза. Трудно смотреть, не охота ввязываться в дуэль взглядов. Всего меня просветил, взвесил. Ой, боюсь, приклеенный ценник мне не понравится. Не дорого. 
  - Ибаи Ларринаги. 
  Хороший парень. Честный. Молодой, чуть за двадцать. 
  - Андер Итурраспе. 
  Дед. Почему представился последним? Не понятно. 
  - Граф де Теба, мы переправим вас морем в Сан-Себастьян. Мое судно находится в Сен-Жан-Де-Люз, жду вас в своем доме завтра вечером, послезавтра утром выйдем в море. Ваш друг покажет. Через три дня после вашего отплытия Ибаи и Андер пригонят лошадей и карету. Согласны? 
  Без меня меня женили. Как-то и не знаю... В принципе, неплохо. Если им можно верить... 
  - Чем я буду обязан за эту услугу? 
  - Ничем. Мы сделаем это для него. - Арисменди кивнул на Пепе. 
  То есть - безвозмездно, как говорила Сова. Соглашусь, но если Пепе не сможет дать убедительных гарантий надежности своих друзей, попрем на границу по первому варианту. В конце концов, возникнут проблемы - какой-никакой, а запасной путь есть. Морем. 
  Хм? Гарантии надежности? Ему что - мамой клясться? 
  - Я могу посоветоваться вон с тем моим спутником? 
  - Зачем? 
  - Умный. Очень. 
  - Да? И сколько либр он может поднять? 
  Не понял юмора. Чего поднять? 
  - Хорошо. Благодарю вас. 
  - До встречи. 
  Баски встали, каждый слегка склонил голову, прощаясь. Я постарался скопировать один в один. Пепе, гад, хоть бы предупредил, подсказал, как себя вести! Обижу еще чем-нибудь, не дай бог. Не пятится же мне задом?! Повернулся и пошел за стол к своим. 
  - Согласился. Морем. Извини, Гонсало, хотел посоветоваться, но они были против. Я даже не понял... 
  - Если человек из Бильбао, он сам об этом скажет, а если нет - то и нечего с таким разговаривать. 
  Опять не понял. Где этот Бильбао? При чем здесь... 
  - Эускара очень независимый народ. Гордый. Не видят смысла разговаривать со всякими прочими. Бильбао их главный город в Испании, родившиеся там считают себя лучшими. 
  Опять Хуан сунулся с пояснениями, а тут Пепе подошел. Сейчас будет ему... 
  Мне у Хуана такой анекдот понравился. 
  Сидят мадридцы, всех проходящих, проезжающих мимо - матерят. 
  Те злятся, сгибаются, стараются побыстрее прошмыгнуть. 
  Наконец один из проезжавших не выдержал, остановился, и давай их в ответ крыть по матери! И так, и сяк! 
  О, наш человек! - обрадовались мадридцы.- Молодец! Мадридец! Давай! Давай! Еще! 
  Гонсало смеялся со всеми. Хороший мужик. Да все они отличные парни. 
  Река Нив на месте, мосты через нее на месте, и побыстрей, побыстрей, очень в Испанию хочется. 
  Ребята с некоторым испугом косились, пока наша банда проезжала мимо Катедраль Сент-Мари де Байонн, но я только перекрестился на два острых симметричных шпиля, которые, мне кажется, и так видны отовсюду. Задержавшие дыхание компаньоны благочестиво последовали моему примеру. Выдохнули и начали удаляться. 
  Вот так. Я такой! 
  Закат подкрасил оранжевым облака, набежавшие с моря. Низкие горы с пологими вершинами справа спускаются в океан, налево - чередой скрываются за горизонтом. Как не напрягай взгляд, пока не видно: покрыты синеющие впереди склоны кудрявыми шапками лесов или солнце раскаляет безжизненные голые камни. Ни зеленого, ни коричневого, стального оттенков. Легкая глубизна в тоне. Словно затянуто дымкой тумана, словно через мутноватое стекло раскаленного за день воздуха. Синие горы на фоне глубокого голубого неба, переходящего цветом в сталь над волнами океана. 
  - Морем пахнет... 
  - Что, ваше сиятельство?