Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

– А сами не можете?
– Я уже обработал руки защитным заклятьем. Оно может сжечь ткань в клочья, а эта рубашка мне очень дорога.
Пришлось подчиниться.
Вот гад! Специально сделал так, чтобы я его касалась.
Казалось бы, обычные прикосновения, ничего такого. Да еще и на глазах у всех.
Но у меня внутри все дрожало от близости этого мужчины.
Драконица внутри вопила «Хочу-у-у-у!».
На столе возник целый арсенал каких-то препаратов – пузырьки, склянки, банки. Причем, судя по малоприятным цветам и запахам этих жидкостей, порошков и составов, безобидными они не были.
Риган приказывал мне открывать эти склянки и подавать ему. Некоторые нельзя было держать на воздухе, и он велел их тотчас закрывать. Какие-то надо было взбалтывать, а какие-то держать аккуратно, иначе…
– Иначе взорвется прямо у вас в руках, госпожа Вирен, – ласково пояснил проректор.
От этого милого пояснения я чуть было не выронила банку с черным порошком, которую держала в данный момент.
Но некоторые компоненты Шакс даже доверял мне самостоятельно смешивать.
Остальные ученики вечерней школы наблюдали за всем этим с живейшим интересом и явно очень радовались, что находятся не на моем месте. 
Судя по манипуляциям проректора, готовить этот яд было по-настоящему сложно. Он тщательно отмерял количество очередного компонента на специальной стеклянной доске, иногда читал над ним какое-то короткое заклинание, иногда чертил пальцами руну.
Вместе с тем я не могла не залюбоваться точными, выверенными движениями Ригана, его профессиональным взглядом. Этот мужчина явно хорошо знал, что делает. Да и с закатанными рукавами рубашки он выглядел… М-м-м, как же выглядел!
Драконица в очередной раз облизнулась.
Вскоре в хрустальной чаше для яда образовалась некая субстанция. Учитывая, из каких неприятных веществ Риган ее сотворил, выглядела она на удивление красиво.
Вернее, он – яд.
Он был насыщенного травяного цвета и переливался, как жидкие изумруды. В глубине жидкости переливались крошечные золотистые искры, а над ней вился живописный зеленый туман.
Ну, прямо не смертельный яд, а какой-нибудь абсент десятилетней выдержки!
– Готово, – практически с любовью сказал Риган, любуясь переливами зелья.
Полагая, что от меня больше ничего не потребуется, я направилась к своему месту.
– Куда, госпожа Вирен? Я с вами еще не закончил.
В руках Ригана оказался красивый хрустальный бокал с водой. У всех на глазах он налил туда яд. Вода на пару мгновений приняла ярко-зеленый цвет яда, а затем вновь стала прозрачной.
И тут с галантным полупоклоном проректор протянул бокал мне!
Я испуганно попятилась.
– Я это пить не буду!
– Не думал, что вы такая трусиха.
– Никакая я не трусиха, но это… Отравить меня хотите?
– Не выпьете – можете попрощаться с академией, – зловеще ухмыльнулся Риган.
– Неужели проректор опускается до шантажа?
– Вы даже себе представить не можете, на что я в принципе способен, госпожа Вирен. Например, могу лишить вас воли и заставить выпить. Думаю, будет лучше, если вы сделаете это в трезвом уме.
Ребята, затаив дыхание, наблюдали за нами.
Гад! Какой же этот Риган Шакс гад! Наглый, самонадеянный, мерзкий!
Но одновременно такой неотразимый…
Не тратя лишних слов, я выхватила из его рук бокал и выпила отраву.
– Ну и как вам вкус? – любезно поинтересовался проректор.
– Как обычная вода. Никакого привкуса или запаха.
– Совершенно верно, – проректор продемонстрировал аудитории пузырек с зеленой жидкостью. – Этот яд называется «Тихая песнь». Весьма поэтическое название. Ни запаха, ни привкуса. Вы никогда не обнаружите его в еде, или в питье. А затем – в тканях отравленной жертвы. Ни один анализ, ни одно заклинание не способно будет его найти. Единственной отличительной особенностью этого яда является то, что пища или напиток, в которую его добавили, в какой-то момент на пару мгновений принимает его цвет. Зеленый цвет. Но на этом все. Скажите, госпожа Вирен, что вы ощущаете сейчас?
Нахмурившись, я прислушалась к себе.
 
– Легкость во всем теле. Теплоту, мягкость. Приятность. А это точно яд?
– О да, – синие глаза проректора сверкнули. – Именно так он и действует. Жертва ощущает что-то вроде эйфории, но затем… Затем наступает смерть. Причем весьма неприятная.
Риган зачерпнул «Тихой песни» и протянул мне.
Яд переливался в бокале, точно абсент.
– Хотите меня отравить меня окончательно и бесповоротно?
– Наоборот, хочу спасти. Дело в том, что противоядием от этого яда является… Он же сам, но только в чистом виде. Пейте, госпожа Вирен. Еще пара минут, и даже антидот вам не поможет.
– Ваше здоровье, – глядя ему в глаза, я осушила бокал.
На вкус неразбавленный яд оказался очень приятным. Что-то вроде грушевого сидра.
– Поделитесь своими впечатлениями, госпожа Вирен. Будущие адепты ждут.
– Это было очень… бодряще.
– Могли бы и поблагодарить, Лили, – издевательски ухмыльнулся проректор. – Я спас вас от мучительной смерти.
– Полагаю, вы прекрасно обойдетесь и без моей благодарности, профессор, – прищурилась я.
Но ребята были в восторге от представления Ригана, и разразились бурными аплодисментами. Особенно усердствовал Рик. Когда я вернулась на место, он заявил, что хочет обучаться на ядоварении у Шакса и только у него.
Факультет смрадоборцев был забыт.
– Ну и зря! – буркнула я.
Хотя, конечно же, понимала, что в своем деле Риган Шакс был хорош.
Да он и просто так был хорош...
Слишком хорош!
  
ГЛАВА 36
 
Не скажу, что снова хотелось лезть во флигель, в котором Голден меня запер, а ведьма в черном напала и напугала до полусмерти. Но, если хочу разобраться с ней раз и навсегда, иного выхода не существует.
Злыдень стащил у завхоза ключ. Улучив удобный момент, когда студенты и преподы на занятиях, мы проникли на чужую территорию.
– Тьфу, ну тут и бордадель, – ворчал перс. – Вся моя чистенькая беленькая шерстка в пыли будет!
Не слушая нытье фамильяра, я направилась прямиком к окованному сундуку, который запомнила по своему прошлому визиту сюда.
Как назло, к нему была прислонена картина с выжженной половиной. Но благодаря медальону, который обнаружился в комнате Ригана, теперь я знала, как выглядит девушка с портрета.
И почему меня так сильно это задевает? Мне должно быть абсолютно наплевать на женщин красавца-проректора!
Приказав себе не думать больше о Ригане Шаксе, я отложила испорченный портрет в сторону и вытащила из сундука сверток розовой ткани.
Это было роскошное бальное платье в оборках и рюшах, чем-то напоминающее наряд Спящей Красавицы из известного мультфильма.
Размерчик вроде бы мой.
Одна беда – после долгого лежания в ящике вид у наряда был плачевный.
– Отстираю! – решила я.
– Щас-з! Чем стирать-то будешь, хозяйственным мылом? – фыркнул Злыдень. – Ты на ткань-то посмотри. Явно не простая пряха потрудилась. Такие вещи приводят в порядок только заклятием магической чистки, чтоб не испортить.
– Ну, так дай мне магию. Ты же уже вроде должен был подзарядиться.
– Магию-то я дам, вот только самого заклятия не знаю. Я тебе все-таки не прачка.
– Ладно, сама узнаю…
На следующий день я закончила на кухне пораньше и отправилась в библиотеку академии на розыски, пока она не закрылась.
Злыдень уже сделал сюда пару тайных вылазок, а вот я оказалась здесь в первый раз.
Фантазия рисовала огромную двухэтажную залу с галереей по второму этажу. Много-много столиков. И обязательно передвижную лесенку, как в фильмах.
Но все было гораздо прозаичнее. Местная библиотека была не такой уж большой и укомплектованной.
Тут царил шум и гам, а местный библиотекарь и не думал делать никому замечания.
Гораздо больше этого полноватого парня интересовал свежий журнал с расписаниями турниров.