Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

И тут Рик вдруг поднял руку.
– Профессор, а что по поводу смердящих? Я слышал, что драконы были единственными, на кого не действовал их яд. И что Сайфер лично истреблял их.
– Гнусная, наглая ложь, – покачал головой Трентон. – Знайте же, что смердящие духи – как раз и есть порождения тлетворного, ядовитого дыхания драконов. Нечто вроде побочного эффекта. Да, драконы ушли, вымерли, но оставили нам вот такой подарочек в виде этих смердов. Однако, Его Кесарьство Меракс Цезарион успешно борется с этой проблемой и почти истребил смердящих. В нашей академии есть факультет смрадоборцев. Это профессионалы высшего класса, задача которых убивать смердящих. Так же на факультете ядоварения под руководством уважаемого Ригана Шакса адептов, помимо всего прочего, учат изготавливать яды, которые нейтрализуют смердящих. А на факультете противоядий пытаются найти одно единое противоядие, которое спасет, кто вдохнул смрад. Ведь, как вы знаете, от смрада противоядия нет. Человек, который отравлен смрадом, обречен.
Последняя часть рассказа Трентона мне очень не понравилась. Вселила сильную тревогу.
Ведь я вдохнула яд смердящей, когда она тогда напала на меня в таверне! Я точно помню, что вдохнула этот ядовито-зеленый пар. А вдруг я уже отравлена? Вдруг я – смердящая?
Ведь в последнее время я действительно чувствую себя как-то странно. Словно какой-то жар сжигает меня изнутри.
– Ну а напоследок хочу показать вам самый страшный и смертельный яд из всех ныне существующих. Всего лишь одной капли хватит, чтобы убить весь наш город. Сейчас она хранится в этом сосуде под специальной печатью, но стоит лишь открыть пробку и… Всех нас ожидает страшная мучительная смерть, – с довольным видом сказал профессор Трентон. – Дамы и господа, адепты и адептки… Представляю вам кровь белого дракона Сайфера! Кесарь Меракс Цезарион поделился этой ценностью с нашей академией. В образовательных целях. За что ему огромное спасибо.
В руках преподавателя возник небольшой пузырек с белой жидкостью, похожей на молоко. Трентон эффектно потряс им в воздухе, а ученики заахали и заохали.
А Голден Цезарион сидел с довольной усмешкой, как будто он лично добыл эту кровь.
После занятия я пригласила Рика к себе в каморку, чтобы угостить булочками-сердечками, которые мне сунула Бабетта. Парень работал целый день и, наверное, страшно проголодался.
То, с каким бешеным видом друг поглощал хлебобулочные изделия, подтвердило мною догадку.
Из угла косился Злыдень, который, видимо, сам хотел полакомиться булочками. Он пушистым облаком восседал в старом продавленном кресле, глядя на меня с таким осуждением, будто я разом нарушила все девять заповедей. Но, слава богу, фамильяр пока что молчал.
– Слушай, зачем тебе эта академия, когда ты так божественно готовишь? – простонал Рик. – Нанялась бы поваром к какому-нибудь богатею – в золоте бы купалась. Вроде ничего особенного, тесто с сахаром, но до чего же вкуу-у-усно!
Вообще-то Рик озвучил неплохой вариант. Но мне нужны ответы на вопросы. Ума не приложу, где бы я еще смогла их получить. Ну, разве что у Меракса Цезариона, но вот уж у кого-кого, а у него спрашивать совсем не хочется.
– Рик, а ты что-нибудь знаешь про Сердце Дракона?
– Сердце Дракона? Впервые слышу, – удивился друг. – Тоже впечатлилась рассказом Трентона?
– Еще как… – пробормотала я, снова вспомнив, как вдохнула ядовитое зеленое облако.
– Ложь! – Рик с возмущением ударил себя по коленке. – От первого до последнего слова ложь! Сайфер был героем. И самым лучшим кесарем за всю историю Делерии. При нем люди не голодали. Он боролся со смердящими, а не порождал их. А этот жалкий Цезарионишко, его советник, предал дракона, подло убил и сел на трон! Еще и Базилик ему помог, Верховный Жрец. И теперь они говорят, что со смердящими почти покончено, когда они наоборот, расплодились, словно тараканы!
– Историю пишут победители, – заметила я. – По-моему, лучше кто угодно, хоть дракон, хоть демон, хоть василиск, чем Цезарион.
– То-то и оно! Люди голодают и нищенствуют, смердящие наступают. А Мераксу хоть бы хны – знай себе веселится в своей башне. На простое население ему плевать. И этот еще, племянничек его тут. Так бы и врезал по лощеной роже.
 
– Я бы добавила!
– А ты заметила, какая Мелоди молодец? Она такая смелая!
У друга порозовели уши.
Мы еще немного поболтали, и Рик отправился восвояси. Когда парень выходил из моей комнаты, а я пошла его проводить, мы наткнулись на Аликсу Дарби.
– Еще заселиться не успела, а уже парней водишь, прислуга?
– Сделай лицо попроще, и к тебе будут приходить, – ухмыльнулась я.
Когда Рик ушел, я принялась донимать Злыдня.
– Посмотри, пожалуйста, у меня глаза бутылочным стеклом не отсвечивают?
– Отсвечивают, – кот недовольно махнул своим белым хвостом.
Я в ужасе бросилась к зеркалу.
– Где?
– Глупостью они у тебя отсвечивают, людинка, – вздохнул Злыдень. – Если бы ты стала смердящей – это уже проявилось бы.
– А вдруг у меня более долгий инкубационный период, чем у других? Вдруг я уже заражена?
– Тогда мы умрем, – кот вроде бы пожал плечами. – Хотя, скорее всего, ты умрешь одна. Я тут нашел в библиотеке упоминание ритуала, который разбивает связь с фамильяром...
– Ну и разбей! Больно ты мне нужен!
Разозлившись, я вырубила свет и бухнулась с постель. Мысль о том, что Злыдень меня покинет, почему-то была неприятна.
Несмотря на дурной характер перса, я уже успела к нему привыкнуть.
В конце концов, он всегда считал хозяйкой Соньку. А меня ненавидел.
Хочет – пусть катится. И подальше!
Сама как-нибудь справлюсь. 
  
ГЛАВА 28
 
Ночью пошел дождь.
Сильный, проливной. Капли дробно стучали по крыше – хотелось уснуть, забыться. Ощутить себя в безопасности, в бабушки-Вериной квартире. И все как всегда…
Но все как всегда не было. Сердце Дракона на моей шее снова напомнило о себе. Цепочка стала такой горячей, что почти обжигала шею.
Я ворочалась с боку на бок, но никак не могла заснуть.
Даже наоборот! В такую холодную и дождливую ночную пору, когда так здорово свернуться калачиком под одеялом и слушать звуки непогоды, мне совсем не спалось.
Откинула одеяло, раскрыла настежь окно. С озера пахнуло свежестью, запахом озона, сырости, прохладой. Страшно захотелось туда. Я понимала, что это ненормально.
Но цепь с проклятым кулоном душила меня.
Пару раз я хотела заговорить со Злыднем.
Кот, свернувшись в уютный комочек, спал на кресле.
Вернее, не спал, а только делал вид. Уверена. Но из гордости я звать его не стала.
Постаралась заснуть.
Завтра ранний подъем, приготовление завтрака. Блинчики сами себя не пожарят, разумеется.
Нет, готовить мне нравилось. Нравилось всегда. Но такие, почти промышленные объемы стряпни в академии, кого угодно введут в ступор.
Четыреста двадцать один адепт академии, не считая преподавателей, это, конечно, не мои восемьдесят четыре подписчика в блоге, м-да…
Под утро я все-таки задремала. Или мне показалось, что задремала…
Дождь все шелестел по козырьку окна, но в какой-то момент я сквозь дрему услышала, как вода льется на подоконник. А затем и на пол.
Вскочила на постели и сердце зашлось от страха.
У окна стояла женщина.
Нет, мне не показалось, она действительно там была!
Женщина в черном платье, широкополой шляпе и черной кружевной вуали стояла ко мне спиной и смотрела на озеро.
Вода стекала по ее платью и черным ботинкам на каблуках.
Ой, бабуля дорогая, как из фильма ужасов!
– Кто вы? – одними губами прошептала я.
За окном брезжил рассвет. Вроде призраки должны бояться рассвета! Почему она не уходит. Не исчезает, словно дым? Крик петуха, что-то там такое… Мамочки, что я плету? Мне же все это снится!
На всякий случай три раза перекрестилась, но женщина в черном не сгинула.