Кухарка в академии яда. Дракон, компот и антидот! (СИ)

Я немного нервно поправила воротничок своей светло-серой с красным кантом кухарской формы, и принялась наливать ректору ароматный кофейный напиток. 
Вообще, вместо кофе тут пили цикорий.
Интересно, а кофе вообще растет в этом мире? А то я бы просветила местных жителей по поводу чудесных свойств и вкуса этого напитка. Открыла б свою кофейню и заработала кучу денег!
– Ты – новая помощница на кухне, милая? – меж тем поинтересовался ректор. – Госпожа Бабетта рассказывала. Это ты вчера приготовила земляные яблоки на ужин? Весьма необычное получилось блюдо!
В отличие от злобного проректора, ректор напоминал какого-то доброго дедулю, Санта Клауса или Йолупукки.
Они с Шаксом являлись полными противоположностями. Это было удивительно!
– Рада, что вам понравилось, мастер Фримен.
Эх, знал был он, что в моем мире картофельное пюре – самая распространенная и банальная еда!
– Откуда родом?
– Из Этроссии.
– Ого, да ты издалека, милая.
– По честности, мы вместе с другом приехали поступать в академию, но не прошли экзамен. Но мы записались на подготовительные курсы, и обязательно попробуем снова.
При этих словах проректор поперхнулся своим напитком и посмотрел на меня с таким гневом, будто хотел испепелить.
– Такое упорство достойно восхищения, – уважительно сказал ректор и пошутил. – Но знаешь, моя милая, мне будет жаль, если ты добьешься своего. Очень жаль терять такую работницу, да… Сегодняшний омлет просто тает во рту! Где ты столь юном возрасте научилась так прекрасно готовить?
– Меня с самого детства учила бабушка.
– Она по праву может гордится тобой. Она осталась у тебя на родине, в Этроссии?
– Увы, но она скончалась несколько лет назад.
Ректор искренне посочувствовал мне и еще раз похвалил мою стряпню. В общем, очень душевный и добрый дедуля.
Тем сильнее я ощущала волну негатива, идущую до Шакса. Ну и наплевать мне на этого вреднючего проректора!
Уж на кухне-то он меня теперь не достанет!
Я надеюсь.
В отличие от моей бабули, которая в начале своей карьеры повара заводской столовой, долгое время стояла на раздаче, у меня такого опыта не было. Я переживала – справлюсь ли?
Вечно голодные студенты налетели на стойку толпой. Но, видимо, все-таки существовала такая вещь, как генетическая память. Я ловко и быстро накладывала каждому на тарелку омлет или сваренную Бабеттой кашу.
Впрочем, на кашу особых охотников не было. Все набросились на мой омлет.
Это, определённо, был успех!
Краем глаза я заметила невдалеке Бабетту. Гномка кивнула с большим одобрением.
Вскоре поток студентов у моей стойки поредел. И преподаватели, и студенты отправились на занятия.
Я принялась собирать грязную посуду и вдруг услышала, как кто-то присвистнул прямо за моей спиной.
– Ты ничего так, новенькая. Как насчет поразвлечься сегодня вечером?
За дальним столиком находилась компания из трех парней, которые нахально меня разглядывали. Но самым наглым был платиновый блондин со стрижкой под «горшок». Именно он и предложил «развлечение».
– Не интересует, – ровно сказала я и принялась составлять тарелки с их стола на свою тележку.
– Лисита была более сговорчивой.
– Если ты, возможно, заметил, я – не Лисита.
– Эй, стряпуха, да ты хоть знаешь, кто перед тобой? – разозлился платиновый парень. – Мне не отказывают.
– Все когда-то бывает в первый раз.
Я философски пожала плечами и покинула самоуверенную компанию.
Похоже, это местные мажоры. Только их мне и не хватало!
– Эй, Лили, послушай, девка. Ты поосторожнее с Голденом, – предупредила Бабетта.
– Это который платиновый со стрижкой «горшок»?
– Он тебе не горшок, а Голден Цезарион, – наставительно сказала гномка. – Нашего великого кесаря родной племянничек. Лучше держись от него подальше. Ай, какая ты неловкая. Ну вот, тарелку разбила!
Я извинилась и быстро собрала осколки. Когда услышала фамилию платинового, руки разжались сами собой!
Может, зря я все-таки влезла в эту академию? Надо бежать, пока не поздно?
Дочка жреца Базилика и племянник кесаря Цезариона!
 
Влипла я, конечно.
Но, с другой стороны, может, и обойдется. На улицах столицы сейчас еще опаснее.
  
ГЛАВА 26
 
В саду меня ждало разочарование. Бочки было две, но вода в обоих оказалась холодной. Очень холодной.
Кажется, тут даже никому в голову не приходило позаботиться о быте и условиях труда работников. И речи не шло, чтобы ее подогреть.
Пришлось мыть гору посуды в холодной воде. То еще удовольствие, конечно.
Я взялась за большой поднос, но тут меня грубо толкнули под руку и поднос бесславно затонул в глубинах бочки.
А меня крепко прижали к ближайшему дереву.
– Не верю, – прошипел разозленный проректор Риган Шакс. – Не верю ни одному твоему слову!
– Ваши проблемы.
Я попыталась отпихнуть его, чтобы вернуться к работе, но мужчина неожиданно оказался очень сильным. Прямо несгибаемая скала!
И тут вдруг почувствовала, что Сердце Дракона, надежно скрытое за воротником моего форменного платья, стало теплее. А потом и вовсе запульсировало.
Хорошо хоть, эта пульсация была едва ощутимой. Такая, что почувствовать ее могла только я.
Или... Или нет?
На лице проректора мелькнуло странное выражение и он опустил от моего лица глаза вниз. Увидеть подвеску Риган не мог. Или все-таки мог ее почувствовать?
Да нет, быть такого не может.
Я впервые так долго и близко смотрела на Шакса и впервые отметила цвет его глаз.
Они были синими. Не голубыми, а именно темно-синими, словно воды неизведанного океана. А белые вкрапления на этом кобальтовом синем напоминали дрейфующие по поверхности ледяные глыбы.
Этот океан был очень холодным и опасным. Думаю, именно в таком и затонул «Титаник», а возможно, он скрывал куда более опасных чудовищ, нежели айсберги. 
Но я «Титаником» не была, и тонуть не собиралась. Поэтому предприняла еще одну отчаянную попытку вырваться из стального захвата Ригана.
– Да пустите же! Вы делаете мне больно!
– Только когда скажешь, какое конкретно задание тебе дал Меракс Цезарион, – процедил Шакс.
– Да не давал он мне никаких заданий! Я сама по себе! Поймите это уже!
– Тебе меня не провести. Надеешься, я куплюсь на твою симпатичную мордашку? На невинные рассказы о любимой бабуле, которая с детства привила любовь к готовке?
– Между прочим, это чистейшая правда!
– Твоя задача – охомутать ректора? Отвечай!
Риган резко сжал мое запястье и отвел его вверх, чтоб не трепыхалась. Ну каков наглец и тупица! Сказали же ему русским языком – не шпионка я.
Или на каком мы сейчас говорим? Скорее всего, на местном, просто я его понимаю.
Магические штучки-дрючки, ну, ясно.
– Простите, но уж это полный бред, ваша профессорская светлость! Господин Фримен сам со мной заговорил. Если хотите знать, я… Я и сама не горю желанием встречаться с Его Кесарьством. Особенно сейчас.
Я содрогнулась, вспомнив сумасшествие в глазах местного правителя, когда он потребовал у меня Сердце Дракона.
– Тогда все проясняется. Хочешь выслужиться перед ним, достать ценные сведения для Цезариона и тем самым снискать его прощение?
Опять-двадцать пять!
– Последний раз вам повторяю – я не лазутчица великого кесаря, не его шпионка или тайный агент!
– Тогда как ты объяснишь, что сначала я вижу тебя во дворе Стальной Башни в весьма фривольном одеянии, а сейчас вся такая бедная и несчастная скромница вот в этом?
И Шакс схватил меня за воротник и зло дернул. При этом цепочка с сердцем чуть было не выскользнула наружу!
Проректор как будто что-то почуял и заинтересовался, но я вцепилась в свой ворот так, словно от него зависела вся моя жизнь. Кто знает, может, так оно и было на самом деле?
– Сначала скажите, что делали в Стальной Башне вы, профессор!