Белый маг 2 (СИ)
Ох, похоже, сейчас что-то будет. Легатус, коего дотоле горы интересовали много больше собеседников, оборотил лицо к Серхи, и из его глаз ушла квелая тишь. Казалось, он только сейчас заметил присутствие пред собой двух тараканов.
Касандр нахмурился, оглянулся на низко стоящее над горизонтом солнце, потом на воинов Инквизиции. Его мысли несложно было прочитать. И стигийскому чиновнику тоже. Он затрепетал, как осиновый лист, что-то быстро нашептал старейшине, но тот был непреклонен, а все также невыразительно пялился на незваных гостей.
А дедок молодец, ха-ха! Мне всегда нравилась в смертных подобная твердость.
Минута тянулась за минутой, все ожидали, что же решит наш командир.
И легатус не стал идти на обострение. Он кивнул Касандру и тот, выдохнув, сказал:
— Хорошо, передай уважаемому Ихуануру, что мы принимаем его приглашение.
На самом деле, не так уж нас эта остановка и задержит. До темноты оставалось от силы два часа. И, хотя, будь я командиром отряда, я бы просто перерезал обоим мудням глотки и добыл бы проводника в считанные минуты, решение легатуса я понимал. Стигия — большое и сильное королевство, с коим ссорить не с руки даже Ордену Света. Дело не стоило тех проблем, что могло за собой привести применение моего варианта.
Стоило нам согласиться с добровольно-принудительным предложением, как селение разительно переменилось. Настороженно стоящий народ заулыбался, забегал, дотоле носивший каменную маску старейшина тоже расплылся в беззубой улыбке. Было видно, что и с Серхи как гора с плеч сошла. Перетрухнул сей добрый молодец преизрядно.
Юркий мальчонка по узкой тропке препроводил нас на расположившийся в сотне метров над деревенькой большой скальный выступ. Отсюда долина была как на ладони. Стремительно закатывающееся за горы солнце уже набросило на нее тень. Деревенька, водопад, пруд, ручей… неудивительно, что местный народ так жаждал пообщаться с гостями, при всей пасторальности пейзажа, заняться здесь было решительно нечем.
— Надеюсь, у них будет что подпить, — буркнул Иваныч, присаживаясь на камень и вслед за мной оглядывая долину.
Вскоре по тропинке потянулась длинная вереница местных жительниц. Они тащили большие блюда со всякой снедью. А вслед за ними потянулись и мужчины. На их плечах лежали большие свернутые ковры.
— Тебе бы лишь бы подпить… — проворчала Анька.
— Тебе-то хорошо, вылезла из капсулы, кофе сварганила, да сиди в тепле наслаждайся, пока мы тут мозоли натираем!
Сказано это было с шуткой, но за веселым тоном слышалась горечь. Сколь я Иванычу не советовал, поменьше думать о прошлой жизни, бравый танк все никак не мог отвязаться от прогорклых воспоминаний.
Но, честно говоря, мне сейчас было не до его переживаний.
— Что-то не нравится мне здесь… Какое-то тут все… м-м-м… — я запнулся, не в силах подобрать прилагательное.
— А по мне, пожрать нормальной жратвы, да поспать в мягкой постели после этих чертовых лесов — самое то! — не поддержал меня Иваныч.
Анька хмыкнула.
— Думаешь, нам прям-таки подгонят теплые постельки?
— Ха! Конечно! И не только постельки, ты что, разве не знаешь, как в замшелых племенах гостей встречают? Непременно селят в лучших домах, а на ночь дочек своих ведут, дабы кровь разжижить!
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха… — эльфка рассмеялась звонким колокольчиком, а я несколько удивленно взглянул на танка. Как-то дотоле за ним не водилось особой тяги к «этому делу». Вот нажраться в три горла — в этом Иваныч был мастак. — Ты это с чего взял, старый пень?! Фильмов что ль обсмотрелся? То фильмы, а то…
— А то игра! Чем она хуже? Даже лучше! Вот варвары, вот праздник, а вон бабы! И неплохие бабы, надо сказать!
Бабы и в самом деле ничего. Не эльфки, конечно, но вполне себе пригожие. В «Героях Энроя» вообще трудно было встретить некрасивых женщин. Только если таковой они должна была быть по квесту.
— На что там глядеть? Кожа да кости, — мрачно констатировал Гаст. По-моему, ему тоже не слишком нравилась эта затея.
Оркоэльф вообще оказался довольно угрюмым субьектом. На веселое щебетание Аньки отвечал потешными (на его лопоухой физии) мрачными взглядами из-под бровей, а на предложения Иваныча хлебнуть из притаренного меха винца, отхлебывал, но в длинные разговоры не вступал. Какое-то время я с него глаз не спускал, постоянно ожидая подлянки, но, похоже, то было его естественное состояние духа.
Тем временем подготовка мероприятия двигалась к завершению. Центр выступа был застелен двумя десятками красивых махровых ковров, на них расставлены многочисленные блюда с различными копченостями и незнакомыми фруктами, из селения постепенно подтягивался народ. Они собирались группками по краям площадки, выряженные в самые лучшие одежды, поверх которых нацепили различные украшения. Последние, кстати, оказались, не какой-то дребеденью, чего следовало ожидать в столь отдаленной дыре, а вполне себе неплохо выделанными медными вещицами с драгоценными камнями и кусочками горного хрусталя. Я даже побеспокоился, не сотворит ли наш северянин какого непотребства, настолько жадно он разглядывал дорогие побрякушки.
Наконец, на площадку поднялись легатус с Касандром, старейшина Ихуанур и Серхи. Все это время стигиец развлекали нАбольших Ордена на берегу пруда беседами. Вернее, развлекал Касандра. Маркор сидел с кислым видом, считая орлов в небесах.
— Ты что-нибудь видишь, Джо? — спросил меня Касандр, когда мы по приглашению дочери старейшины уселись на приготовленные нам места. Красивая и относительно других местных женщин, высокая, она быстро и умело рассаживала на коврах гостей и местных нАбольших. Остальные же аборигены располагались дальше. Вскоре два дряхлых старичка достали лютни, и над долиной полилась незатейливая веселая мелодия.
— Если ты имеешь в виду, нет ли здесь гнезда Тьмы, то нет. Ни единого иона сего Начала. Достаточно высокий магический фон, беспорядок в природных потоках, превалирование Начала Земли в них, что и не удивительно, в горах-то… вот и все, — мрачно ответил я. Потому как, несмотря на отсутствие темных эманаций, чувство тревоги меня не покидало.
Присаживаясь на указанное дочерь старейшины место, Маркор-таки дал команду соблюсти приличия и убрать доспехи в инвентарь. По жизни довольно мрачные инквизиторы все же поддались всеобщей атмосфере расслабленности, разулыбались. Кто-то даже подкатил к озорной молодухе, что разносила поднос с вином.
Черт подери, может, я излишне мнителен? Обычная деревенька, обычный народец. Иваныч вон уже третью чарку пьет, Гаст не шибко ему уступает. Брожение по полным монстров лесам изрядно всех поддостало.
Касандр хмыкнул, еще раз обозрел разгорающийся праздник и, сплюнув, потянул меня на ковер.
— Ну и ладно. Давай-ка посмотрим, что тут для нас заготовили…
Когда все расселись, старейшина нашептал стигийцу приветственные слова в наш адрес. По какой-то причине он избегал обращаться к нам напрямую. Это было тем забавнее наблюдать, что легатус Маркор также не потчевал хозяев добрым словом, за него отдувался Касандр.
Первыми промелькнули тосты во здравие хозяев и гостей, затем святым Йегону и Градарусу, затем еще кому-то, а затем все принялись с усердием отдавать должное расставленным на коврах яствам. Удивительно, когда только аборигены успели столько наготовить?! Еда была не слишком изысканная, но весьма вкусная. Различные копчености, колбасы с острой начинкой, салаты из горных фруктов. А когда стемнело и местные запалили разложенные по краям площадки костры, дело дошло, наконец, до главного блюда. Оказывается, его все это время жарили где-то на другой стороне долины. Шестеро обнаженных по пояс крепких мужчин притащили закопченную тушку святого быка Шагарта. Она была вся покрыта хрустящей корочкой и пахла просто умопомрачительно.
— Эт когда они успели такого динозавра зажарить? — удивился Иваныч.
На динозавра блюдо, конечно, не тянуло, но и в самом деле, в любом нормальном мире такую животинку жарили бы полдня. Хотя, что взять с мира, где мясо достается уже освежеванной тушкой из оставшегося после убиения монстра пепла?