Эй, Стрекоза, полетаем? (СИ)

— Что репетируете? — поинтересовалась Алёнка, поглощая Махину стряпню.
— Прошлый концерт был для сирот в детском доме. Посмотрим, что Дима сегодня придумает, — пожала плечами. Я правда не знала, что придёт в голову этому человеку, ведь идей у него там лопатой не разгрести.
Девчонки рассказали о своих планах, коих оказалось не много, в основном валяться дома, а потом разбрелись по своим комнатам, чтобы приготовиться к Всемирному лежанию, я же сразу подошла к шкафу, вытаскивая оттуда белую толстовку и джинсы. Скрутила на голове быстрый пучок, не сильно задумываясь о своём внешнем виде. Димке плевать, как я выгляжу, а кроме нашего благотворителя мне больше красоваться не перед кем.
Надеюсь, что сегодня всё пройдёт без сюрпризов…
  
глава 14
 
Макс
— Жека, ну ты чего мажешь? — возмущался Саня, стоя на воротах.
— Орлов, соберись! — орал Сергеич, размахивая руками.
Я побежал вперёд, отнимая мяч у рассеянного друга, и помчался в другую сторону. Обвёл Кира, но Серый смог выбить мяч у мне из-под ног, уводя его от ворот, отдал пас Тохе. Кир перехватил мяч, обходя Макара. Женька очнулся и тоже включился в игру, принял мяч от Кира, обвёл ещё двоих и…
— Жень, ну ты серьёзно? — чуть-ли не завыл Саня, уже приготовившийся отбивать подачу.
— Все в раздевалку, тайм аут! Орлов ко мне! — прокричал Антон Сергеевич, недовольно поджав губы и нахмурив брови.
Жека тяжело вздохнул и направился к тренеру, а мы вышли со стадиона. Всё равно ничего не услышим.
— Что-то Женька совсем расклеился, — со вздохом сказал Кир, как только мы зашли в раздевалку.
— Конечно, я уверен, что ты бы тоже расклеился, если бы уехал вчера с девушкой, а в итоге остался ни с чем, — фыркнул Серый, а Саня рассмеялся.
В раздевалку влетел Жека, сильно хлопнув дверью, плюхнулся на лавку и начал переобуваться. Все сразу замолчали, создавая неловкую атмосферу. Вот только что нормально общались, а сейчас как воды в рот набрали. Женя схватил куртку и в полной тишине направился на выход. Ох, не люблю я это неловкое молчание.
— Пока, Жень, — попытался разрядить обстановку, но тот ничего мне не ответил и молча закрыл за собой дверь.
— Да что, мать вашу, с ним происходит!? — психанул Лёха, резко встав с лавки, и начал ходить взад-вперёд по комнате.
— Что происходит, что происходит. Влюбился, вот что! — усмехнулся Кир, завязывая шнурки на кроссах.
— Да ладно? — удивился Тоха.
— Да, Мелочь его конкретно зацепила, — сказал Саня.
— Да не смешите. Вот увидите, по-матросит и бросит, — я фыркнул, накидывая на плечи куртку.
— Эх, Макс, вот что ты в любви понимаешь, — вздохнул Саня, махнув рукой.
— А ты у нас прям ректор института семьи, — Серый заржал. И мы подхватили.
— Ну, я об этом хотя бы что-то знаю.
— Ладно, ладно, Саня у нас теперь семьянин, так что не спорим, — сквозь смех проговорил Лёха.
— Ну и когда ты сделаешь предложение своей пассии? — ехидно спросил, на что получил грозный взгляд Санька. Ну а что, разве я виноват, что эта Юля последняя стерва! А Саша это и не видит, дурак влюблённый.
Санёк насупился.
— Мы вместе всего несколько месяцев. Не уверен, что уже готов.
— Так и скажи, что не нагулялся ещё, — съязвил и быстренько отбежал от стены, в которую уже летела бутылка.
— А как у тебя там с Катаевой? Отшила тебя девчонка? — не остался в долгу Белкин.
— Всё просто прекрасно, — натянуто улыбнулся, пытаясь не выдать моего напряжения.
— Ага, верим, — усмехнулся Лёха, — Помни, срок до нового года.
— Да помню я, — буркнул и направился к выходу.
— Стоп, Морин, а ты куда, собственно? — очнулся Серый, удивлённо приподняв бровь.
— Я в преисподню, — усмехнулся, поворачиваясь к парням. — Я же сказал, что ректор вызывает. Так что сами тут как-нибудь. — уже собирался уйти, но остановился, — И скажите что-нибудь Сергеичу, если спросит.
— Окей, иди уже, — ответил Кир, не скрывая смешок, — Главное, что бы там не случилась, всё отрицай! Мы прикроем!
Парни засмеялись.
— Ладно, если что, то тот порошок ты мне подкинул, — поддержал шутку и покинул раздевалку, где назревала новая буря смеха.
 
Вышел из здания и направился к своей машине, по пути встав ногой в лужу. Ну да, нельзя же было нормально пройтись, обязательно должна случиться какая-нибудь фигня.
Чертыхнулся, залез в тачку и выехал на дорогу, проклиная всё на свете. Сейчас около двенадцати, а значит у вуза буду где-то к часу.
Пока ехал, несколько раз возвращался к мыслям о Стрекозе, из-за чего приходилось себя одёргивать. Почему я вообще о ней думаю? Нет, спортивный интерес, это круто, но не до такой же степени? Такое чувство, что я действительно хочу получить её расположение. Не ради спора, а ради чего-то… другого.
Помотал головой, отбрасывая ненужные мысли. Надо поскорее с ней переспать, и тогда всё уляжется.
«Ага, мечтай» — усмехнулся мой внутренний голос.
— Заткнись, — прошипел сам себе, прибавляя газу.
«Переспать? Это всё, что тебе нужно? Хочешь быть как тот парень? Чтобы она тебя ненавидела?» — подначивал голос, а я ещё сильнее сжал руль от злости.
Я не буду сейчас копаться в себе. Это чревато последствиями.
Не стал снижать скорость и проехал на красный. Нужно побыстрее закончить с отцом и придумывать новый шаг по завоеванию Стрекозы, а то я точно проиграю.
«Ага, делай и дальше вид, что тебя вообще этот спор волнует» — никак не унимался внутренний голос, чем начинал уже конкретно подбешивать.
Да, она мне нужно только для спора!
«Эх, Морин, Морин…» — разочарованно бросил голос и исчез. Вот и славно, а то мне уже начало казаться, что шизофрения не за горами.
Подъехал к вузу и пошёл ко входу, бросив тачку на обочине. Да, я знаю, что оставлять там машину нельзя, но когда это меня останавливало.
Усмехнулся, подходя к главному корпусу, где и находился кабинет большого Босса, то бишь моего отца. Интересно, что я опять натворил, что отец решил провести воспитательную беседу. Хотя нет, неправильно сформулировал. За что конкретно из того, что я натворил, отец вызвал меня к себе?
Поднялся на третий этаж и завернул в правое крыло, прогуливаясь по пустым коридорам. Ндаам, кроме меня дураков нет, в субботу по вузу шарахаться. Кивнул секретарше и толкнул дверь в кабинет ногой, не постучавшись.
— Здравствуйте, Александр Васильевич! — весело сказал, плюхаясь в кресло.
— Привет, Максим, — не смотря на меня, ответил папа и только потом повернулся, одарив меня задумчивым взглядом. — Закрой за собой дверь.
— Маруся, будьте так любезны, закройте дверь в ад, пожалуйста, — с самой милой улыбкой попросил молодую девушку, что недавно устроилась к отцу секретаршей.
Девушка кокектило улыбнулась и потянулась за ручкой двери, как бы невзначай открывая вид на её прелести. Фу, как примитивно.
Фыркнул, возвращая взгляд к отцу, который нервно отбивал такт ногой. Когда дверь наконец захлопнулась, он отложил папку, которую держал в руках и опёрся о стол, опустив голову.
— Макс, так больше продолжаться не может, — тихо сказал, не поднимая глаз.
— Пап, давай конкретней, я много чего делаю в своей жизни, что больше продолжаться не может, — усмехнулся, протянув руку за печенькой, но отец впился в меня гневным взглядом и отодвинул тарелочку с печеньем подальше. Жадина-говядина.
Ну и ладно, больно надо.
Откинулся на спинку кресла, сложив руки в замок, и сделал вид, что я очень внимательно его слушаю.
— Я говорю о твоей безответственности и халатности, — строго проговорил папа, подходя к окну. — Ты только и делаешь, что ходишь по клубам и прожигаешь время с девочками. Может уже пора остепениться?
 
— Не думаю, — вставил своё слово, на что получил предупреждающий взгляд отца. Ясно, понятно, так бы сразу. Попридержу пока свой сарказм.
— Пороть тебя уже поздно, — вздохнул ректор. — Да и от блокировки карточек большого толка не будет, так что денег мы тебя не лишаем, — и на том спасибо, дорогой папочка. — Но, — он поднял указательный палец вверх. — Ты должен найти себе хобби.