Наследник Тёмного Клана 2 (СИ)

Я прекрасно понимал, что вызов Апраксина на дуэль — рискованный шаг. Если он согласится, то шансов уцелеть у меня будет немного. Лично я бы сказал, что процентов 12. И это ещё оптимистичный вариант! Хотя помощь Тьмы могла заметно изменить шансы, но она дама своевольная, и на неё не всегда удаётся положиться…
Ставка была сделана на то, что Апраксин, как и раньше, не захочет со мной биться. Уж не знаю почему, но каждый раз, когда дело доходило до открытого противостояния, он шёл на попятную.
Также случилось и в этот раз.
Апраксин побледнел и захлопал глазами. Удивлённо смотрела на меня и Баратынская. Зато Анастасия улыбалась, и я почувствовал, как её рука мягко ложится на моё плечо.
— Он что, ничего не знает?! — взвизгнула Баратынская.
— Не знаю что? — подозрительно посмотрел на неё я.
— Того, что тебя не касается! — жёстко произнесла Анастасия и повернулась к Баратынской. — И я бы предпочла, чтобы ты следовала плану…
— Так и быть! Только из уважения к тебе, — скривила губки Баратынская. — Надеюсь, что ты одумаешься, и не позволишь этому кровавому монстру то, о чём потом будешь жалеть…
На этом конфликт оказался исчерпан. Баратынская с Апраксиным гордо удалились, а я только сейчас заметил, что всё это время мы были центром всеобщего внимания. Вокруг нас успела собраться небольшая толпа. Даже музыканты, и те, кажется, стали играть немного тише…
Вот везёт мне на такие ситуации!
— Всё, ребятки, спектакль окончен! — провозгласила Анастасия, и толпа стремительно рассосалась.
Было в ней что-то такое, что заставляло остальных повиноваться…
— И что у вас с Баратынской и Апраксиным за секреты? — спросил я, когда мы с ней отошли в ту часть зала, где было меньше людей и можно было относительно нормально поговорить. — Если у тебя какие-то проблемы, то я могу помочь…
Она вздрогнула, но быстро с собой справилась.
— Да так, старые вопросы… — усмехнулась она. — Они тебя не касаются… А теперь давай потанцуем. Я так давно об этом мечтала!
Чувство было такое, что она уходит от ответа. Но давить на неё я не стал. Не было никакого смысла. Если будет что-то по-настоящему важное — она наверняка всё скажет сама.
Вместо этого я просто взял её за руку, и мы начали танцевать. Ну то есть как танцевать… Всю жизнь я учился драться и к такой деятельности был неприспособлен. Поэтому то и дело топтался по ногам Анастасии. Но её это не расстраивало. Она поправляла мои неловкие движения, и мы кое-как смогли продержаться два танца.
— Всё, больше не выдержу! Пойдём подышим! — предложила Анастасия, и мы покинули зал.
Мы взяли по прохладительному напитку и удобно устроились в креслах у входа.
Отсюда были видны прибывающие в зал гости. Студенты были в Академии почти в полном составе, и теперь настала очередь гостей, представителей высшей знати Империи. Каждого встречала Амалия лично.
— Прошу вас, Ваше Высочество, чувствуйте себя как дома! — пропела она вдруг особенно громко. Таким тоном говорят только с кем-то очень влиятельным.
— Ох, Амалия, дорогуша, ты же знаешь, мне весь мир как дом родной! — хохотнул ей в ответ очень молодой развязный голос. — А ты, проказница, всё хорошеешь! Если у тебя сегодня найдётся время, я буду готов сделать твой вечер немного ярче…
— Прошу простить моего брата. Вы знаете, он никогда не отличался хорошими манерами, — произнёс второй голос, строгий и сдержанный.
Я обернулся. В зал как раз входили двое. Один — среднего роста, плотный и коренастый, с закрученными густыми усами, выглядел как типичный гусар из какого-нибудь фильма. В дополнение образа он пыхтел толстой сигарой, а в руке сжимал практически пустую бутылку из-под вина.
Второй же выглядел как типичный аристократ — со вкусом одетый франт, высокий и флегматичный.
Странная парочка. И, судя по обрывку фразы и отдалённому сходству, близкие родственники. При этом оба были весьма молоды. "Гусару" было лет двадцать пять, а худому самое большее тридцать.
Их появление тут же приковало всеобщее внимание. Даже Баратынская и Апраксин подошли к ним поздороваться. Явно ребята птицы очень высокого полёта…
 
— Кто это? — спросил я Анастасию.
— Ты что, не знаешь?! — уставилась она на меня. — Это Светлейшие князья Борзовы! Старший — Пётр, а младший — Николай. Уж про Колю ты точно должен был слышать!
Выходит, я угадал. Борзовы были одним из пяти Родов Светлейших князей, наравне с Оскуритовыми, Баратынскими и Апраксиными. Ребята очень влиятельные. Но вот только слышать о них мне не доводилось.
— Николай — самый известный дуэлянт Питера, — продолжала шептать Анастасия. — Он победил в сотне дуэлей! Причём большинство — на кулаках. Забивает до смерти.
— На кулаках? Нетипично для аристократа…
— А Коля вообще странный аристократ. Отец его не любил, за воспитанием сына не следил. Он рос на улице. Много дрался, пристрастился к азартным играм, вину и продажным женщинам. Бывал в таких передрягах, о которых потом говорил весь город! Так бы и умер на улице, но одумался, пошёл в гусарский полк. Там отметился на поле боя. Стал героем. Отец его заметил и снова вернул в Род. Но старых привычек он не потерял…
Я посмотрел на него новыми глазами. Оказывается, бывают и такие аристократы…
И если я до сегодняшнего вечера ничего о Николае не знал, то он явно был обо мне наслышан.
Он сыпал какими-то пошлыми шутками, когда увидел меня. Его лицо мгновенно исказилось от ярости. Я ничего не успел понять, а он уже стоял около меня.
Стремительное движение — и он отвесил мне пощёчину, от которой у меня затрещала голова.
— Оскурит, ублюдок… Вот и свиделись!… Вызываю тебя на дуэль!!!
 Глава 15 
Какие у меня там были планы? Спокойный вечер в компании красивой девушки?
Ну уж нет, на такую щедрость мог даже не рассчитывать!
Я резко вскочил на ноги, застыв напротив него. За последние дни я так привык к немотированной агрессии незнакомцев, что совсем не удивился.
— Дай угадаю, придурок, твои предки тоже погибли от рук Аристарха, и теперь ты хочешь мне отомстить?!
Толпа вокруг дружно ахнула. Даже для бывалых аристократов назвать Николая Борзова «придурком» было явным перебором.
Но его это только раззадорило.
— Дерзкий, значит… Прямо как тогда! Рад, что ты, кусок конского навоза, не дал заднюю. Я убью тебя с превеликим удовольствием! — распушив усы, пробасил Борзов.
Слова с делом у него не расходились, и он запустил своим тяжёлым кулаком мне в нос.
По тому, как он бил, плавно и уверенно, без замаха, я понял, что его слава была основана не на пустом месте. Он умел драться. И делал это великолепно!
Но и я, как говорится, не пальцем делан.
Он буквально нависал надо мной, вдавливая в стену. Пространства для манёвра практически не было. Уклониться не получалось, и поэтому я выставил перед собой согнутую в локте руку, усиленную Даром, принимая на неё удар, а затем использовал Поцелуй боли и Толчок одновременно.
С силой у меня после контакта с Тьмой всё было в порядке, и я её не жалел. Энергии, которую я сейчас использовал, с избытком хватило бы, чтобы на месте вырубить слона.
Но Николай Борзов оказался сильнее.
Его отбросило назад и протащило по полу. Сбив могучими плечами нескольких зазевавшихся аристократов, Борзов встряхнулся, разминая мышцы. О том, чтобы потерять сознание или хотя бы растерять немного боевого энтузиазма, не шло и речи.
При этом он с какой-то невероятной скоростью успел выбросить вторую руку и всё-таки поставил мне приличных размеров фингал.
Моя атака его только завела.
— Ух, Оскуритик, а ведь неплохо! Добрый удар! Подлый, с подковыркой, но крепкий. Прямо мужской! — пробасил он, ухмыляясь. — А ведь мне говорили, что ты слабачок. Брешут, собаки! Ты интереснее, чем я думал. Тем приятнее будет тебя убивать!
Со всех сторон донеслись одобрительные возгласы. Борзов, несмотря на скандальную репутацию, пользовался здесь поддержкой. В толпе я разглядел светящиеся от счастья лица Амалии и Дорохова.