Короли карантина (ЛП)

— Похоже, кому-то отчаянно нужно подтереться, — пошутил Киан. — Может быть, нам стоит изменить твое имя на Занос прямо сейчас, а?
Халявщица не ответила, похоже, решив, что новое прозвище того стоило бы, если бы она могла просто удержать свой приз, когда мчалась к двери со своей добычей. Несколько футболистов последовали за ней, явно намереваясь завладеть ее добычей, и я фыркнул от смеха.
— Итак, началась великая война за туалетную бумагу, — пошутил я.
Ударник бросился обратно к нам, когда пламя взметнулось выше, выглядя одинаково испуганным и взволнованным, когда он выжидающе посмотрел на меня.
— Отличная работа, Тоби, — признал я.
— А теперь иди, поймай эту Невыразимую беглянку и преподай ей урок уважения к нам, — добавил Сэйнт.
Лицо Ударника вытянулось, когда Сэйнт натравил его на свою бывшую подругу, а остальные Невыразимые уставились на него, как на предателя. Футболисты все равно считали бы его ниже себя, по крайней мере, на какое-то время, так что все выглядело так, будто у него только что закончились друзья, даже если он выбрался из кучи дерьма. Жизнь — сука и все такое.
Над нашими головами взревела пожарная сигнализация, и Киан мгновенно замахнулся на нее своей новой бейсбольной битой, разбив вдребезги и выиграв огню еще немного времени, чтобы вырваться на свободу. Оставалось надеяться, что пожар не распространится слишком далеко до того, как включатся разбрызгиватели. Тоби действительно могут исключить, если он сожжет Аспен-Холлс. Но, ладно, на самом деле это была его проблема. Следовало подумать об этом до того, как он воспользовался зажигалкой.
Толпа расступилась перед нами, когда мы направились по коридору обратно к главным дверям. Нам нужно было поторопиться, если мы хотели перехватить Татум и забрать наши часы до того, как Монро поймет, что мы обманом избежали наказания.
Мы вышли в темноту, смеясь, когда свет пламени пробился через окно кабинета Брауна и осветил старый красный Форд-Мустанг, припаркованный рядом с ним. Это была какая-то великая классика, подаренная школе каким-то богатым мудаком, который раньше сюда ходил и, похоже, думал, что она всегда будет хорошо смотреться, припаркованная у ворот. Я действительно не понимал этого, но школьный совет, очевидно, решил сохранить его.
Когда я выглянул из-за пламени, мое внимание снова привлекло движение, и я замер, увидев, как какой-то придурок в клетчатой рубашке протискивается через ворота, которые по неизвестной причине были не заперты.
— Эй! — Крикнул я, указывая на него и привлекая к нему внимание остальных.
Еще один парень тоже бежал по подъездной дорожке к нам, и за ними я заметил дежурного охранника, неподвижно лежащего на гравии.
— Просто отдайте нам свою еду и туалетную бумагу, и мы уйдем! — Крикнул в ответ этот придурок.
— К черту это, — прорычал Киан, размахивая бейсбольной битой и делая шаг вперед.
— Их еще больше, они направляются в кампус! — Мила взвизгнула позади нас, и я обернулся, чтобы увидеть, что она была права. Эти придурки, должно быть, были хвостом их команды, и по меньшей мере еще двадцать ублюдков мчались прочь от нас.
— Ты уберешься отсюда к чертовой матери, если хорошенько подумаешь и поймешь, что для тебя лучше, — прорычал Сэйнт, шагая вперед как раз в тот момент, когда придурок выскочил в ворота перед ним.
— Я не валяю дурака, малыш, иди спрячься где-нибудь, пока мы здесь не закончим, — прорычал он. — Там церковь, переполненная едой, и мне нужно забрать ее.
— Что ты имеешь в виду под переполненной едой церковь? — Потребовал я, но парень явно закончил говорить, он бросился на Сэйнта, но, прежде чем он успел приблизиться к нему, Киан замахнулся бейсбольной битой так сильно, как только мог.
Раздался тошнотворный хруст, и кровь забрызгала мое дерьмо за секунду до того, как мудак упал на землю, визжа от боли и хватаясь за раздробленный локоть.
— Черт возьми, я вижу кости, — сказал Сэйнт, как будто комментировал погоду, и у меня вырвался взрыв смеха. Оставалось либо это, либо блевотина, и этот ублюдок заслужил это дерьмо.
 
Его друг, спотыкаясь, отступил по ту сторону ворот, подняв руки в знак капитуляции и пятясь назад.
— Подожди! — Рявкнул Сэйнт, шагая вперед и указывая на кричащего парня на земле. — Забери свой мусор с собой. И если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы вернуться сюда, следующий взмах этой биты будет нацелен тебе в череп.
— Хорошо! — Выдохнул парень, бросаясь вперед, чтобы оттащить своего друга подальше от нас, в то время как тот продолжал выть от боли.
Мой пульс бешено заколотился, когда я огляделся вокруг и понял, насколько далеко продвинулись остальные эти ублюдки. Они сказали, что направляются в церковь, а в кампусе была только одна такая. Но как, черт возьми, они узнали о еде, которую мы там припрятали?
— Дэнни! — Рявкнул я, указывая на футболиста, который стоял, потрясенно уставившись на нас вместе с остальной группой Невыразимых. — Ты останешься здесь и убедишься, что эти ублюдки больше сюда не сунутся. И что никто из них не уйдет с нашим дерьмом. Если они заберут наши припасы, нам всем крышка.
— Хорошо, — согласился он, хотя в его тоне было недостаточно огня, чтобы убедить меня, что он хорошо справится с работой.
— Позволь мне перефразировать это, — сказал Сэйнт со смертельным рычанием. — Если кто-нибудь из вас не сделает все, что в ваших силах, чтобы защитить это место, то вас вышвырнут отсюда прямо вместе с теми гребаными придурками, которые пришли нас ограбить. Я ясно выражаюсь?
По этому поводу раздался одобрительный гул, и я обменялся взглядом со своими друзьями, когда мы готовились идти защищать наш дом.
— Позовите остальных студентов и персонал тоже! — Киан рявкнул как на футболистов, так и на Невыразимых, когда мы начали отходить от них. — Скажите им, чтобы взяли оружие и пришли защищать нашу школу. Это гребаный приказ!
— И любой, кто не появится, будет отвечать перед нами, — прорычал я.
Мы все как один отвернулись от них и побежали вниз по склону к Храму так быстро, как только могли.
— Какой у нас план? — Спросил я на бегу.
— Все просто. Эти нищие трейлерные куски дерьма вторглись в нашу собственность, и мы имеем право воспользоваться оружием для защиты от них, — прорычал Сэйнт.
— В общем мы собираемся их выебать, — заорал Киан, и я уловил предвкушение в его тоне, которое соответствовало моему, когда мы мчались вниз по склону.
Я ждал идеального выхода для всей этой ярости. Такого, где мне не пришлось бы нести ответственность за последствия того, что зверь внутри меня оторвался на полную катушку. И это выглядело так, словно мое желание только что исполнилось.
Маршрут, по которому я бежала, привел меня обратно к Храму, но затем мне предстояло пробежать весь путь до пляжа Сикамор и обогнуть озеро. Но я была не против. Я даже не заставляла себя напрягаться, чтобы максимально использовать двухчасовое окно, которое Монро дал нам, и наслаждалась временем вдали от Ночных Стражей.
До меня донесся крик откуда-то с другой стороны озера, и мое дыхание на мгновение участилось, прежде чем я вспомнила, что это, вероятно, просто какая-то девушка, развлекающаяся со своими друзьями. Ах, друзья. Должно быть, это было здорово. Мои планы прожить обычный учебный год и наладить связи на всю жизнь с другими учениками так эффектно пошли насмарку, что это было почти смешно. Смешно в том смысле, что это заставляет мое сердце обливаться кровью изнутри. Настолько смешно.
Я пробежала по дорожке вдоль воды, и впереди сквозь деревья проглядывала неясная тень шпиля Храма.
Вспышка движения краем глаза заставила мою голову дернуться в сторону, и я нахмурилась, когда заметила вереницу людей, бегущих по лесной тропинке, которая соединялась с главной тропой.
Рваные джинсы, кожа, слишком много пирсинга и татуировок на теле заставили меня вспомнить о грубой толпе из бара, в который Киан водил меня прошлой ночью. Мое сердце замерло, когда я заметила оружие в руках некоторых из них, даже пару чертовых пистолетов.