Дара. Наследие волчицы (СИ)

Так как дом останется Дилу, мы потом перенесем обереги в свое с Дарой жилище, а пока что пусть будут здесь.
Когда волна радости и поздравлений схлынула. Я услышал мысли Дары.
Я думал ее остановить, но иного момента просто не было бы.
- Я надеюсь, никому не нужно напоминать, что никто, кроме тех, кто в этой комнате не должен знать о беременности моей пары?
Все кивнули. И я сжал руку Дары.
- Я бы хотела поговорить о Сорине и том дне, когда она исчезла. Потому что все, что вы думали о ней неправда. Рина не бросала меня, не предавала стаю и никогда бы так не сделала. Моя сестра, - ее голос дрогнул, и она сама уже вцепилась в мою кисть. – Моя сестра любила меня, больше всего на свете. И та боль, тот ужас, который со мной сотворили, был выбором с целью защитить меня.
  
Глава 9
 
Дара 
- Мам, пап, Дилан и, конечно, Лиана и Дарен, моя сестра Рина, - ощутила, что меня потряхивает от мыслей о сестре. О том выборе. Ведь она смотрела на то, как меня лишали зверя. Она плакала со мной и держала ментально за руку, чувствовала, как и Алан в брачную ночь.
- Все хорошо, - пара положил руку на талию и начал поглаживать, пока я сжимала его вторую ладонь.
Улыбнулась и поблагодарила мысленно, вернув внимание обеим нашим семьям.
- В тот день я не помню, как мы попали в городской дом. Не помню все лица. Не знаю почему. Я пытаюсь это сделать, но не удается. Однако там внутри, голоса твердили, что им нужна только одна дочь. Первая дочь. Кажется, это было важным аспектом. Я помню, что в тот момент Рина встрепенулась и выступила вперед. Сказав, что если так, то меня они могут отпустить. Что она пойдет с ними. Но не так просто все оказалось. Меня хотели убить. Но сестра, снова закрыв собой, сказала, что если так, то умрет со мной, или пойдет добровольно и не привлечет внимания.
Я снова опустилась в то черное облако памяти.
Это ощущалось так реально, будто была там наяву.
Рассказав остальное, пару раз умолкая, когда становилось невыносимо больно. Алан выдергивал меня оттуда, и я снова продолжала говорить.
Все сидели молча. Мамы плакали, сожалея о моей судьбе и сетуя на то, что предки оказались ко мне жестоки. Однако я была иного мнения. Что сейчас с Риной, было самым важным вопросом.
Когда первая волна схлынула, все, кажется, снова смогли дышать.
Алан принес воды и снова обнял меня, даря спокойствие.
- Дилан, я была рада выйти за тебя замуж. Она бы ни за что не сбежала и не опозорила семью и тебя, разумеется.
Он кивнул с пониманием, но промолчал.
- Дара, - начал вдруг отец, и я заметила, каким уставшим он казался. – Мы знали, что Рина не виновата.
- Что? Но как? – я реально не понимала, откуда они могли узнать, неужели нашли хоть одного виновного?
- Тебе нужно кое-что знать, милая, - ответила на мой вопрос мама и посмотрела нежно, однако взгляд с болью смешанный, спрятать не смогла за материнской любовью.
Я же осмотрела всех в этой комнате, и поняла, что никто не относился к моей сестре как к врагу.
- В чем дело?
- Дара, ты ведь знаешь, что есть легенды нашего клана и вообще всего нашего вида оборотней?
Вопрос казался странным и не имеющим к нашей ситуации отношения, но я ответила папе.
- Конечно. Они все описаны в книгах предков. У тебя такие есть как у альфы и у всех вожаков своих стай.
- Отлично. Есть легенды, которые сбывались. Есть те, что в принципе писались по факту. Есть те, что именуются как пророчество.
- Вот как. Ладно. И что это значит для нас?
- Есть одна такая, - на его словах ладонь Алана стала сжимать меня крепче и к себе придвинула. – Легенда-пророчество. Легенда о кровавой волчице.
Эти слова покрыли меня будто липким потом. Внутри все скрутило от непонятного страха.
- О чем эта легенда? – спросила, боясь услышать ответ.
- Она о том, что первая дочь, отмеченного предками альфы, родившаяся в ночь кровавой луны, способна обладать множеством даров. Большим даром. Один из которых, рождение ребенка от своего истинного волка, сына, способного обращать людей в оборотней полукровок своей слюной.
 
Я всегда любила дождь.
Когда ты растешь в лесу, день за днем ты видишь в нем и открываешь для себя что-то новое. Дождь прекрасен. Когда ты волк, то дождь твой друг.
Твои лапы мнут под собой мокрую траву и углубляются во влажную почву раз за разом. А ты все бежишь и слышишь в нужный момент, как над головой взрывается небо раскатом грома. Это подстегивает. Это будоражит. Это сводит с ума.
Сейчас я сидела в окружении своих родных и мужа, а над моей головой без дождя, просто так прогремел гром.
Это не подстегивало – замедляло и вовсе тормозило.
Не будоражило, а утихомиривало.
Никакого безумия, только трезвость и реальность, давящая тонной правды.
Правда всегда дается тяжело. Сейчас особенно. Прозрение равно злости.
То, что я услышала сейчас, ужасало настолько, что мне понадобилось время на то, чтобы усвоить каждое слово и понять его смысл.
- Так значит, - начинаю, сумев восстановить умение говорить, - они пришли за Риной? И ее беременность… О, предки. Что теперь будет? Почему вы не искали ее все это время? Нужно было рыть землю… Нужно было…
Адан сжал меня в своих руках, а лица тех, кого я видела… Они были странными.
- Только не говорите мне… - из глаз хлынули слезы от мысли, что уже поздно.
- Малышка, - мой волк внезапно развернул меня к себе на глазах у всех и сосредоточил меня на своем голосе, так как я была потеряна и на грани чего-то безумного. – Твоя сестра жива. Поверь, это правда. Ее нет с той стороны, милая. Ты мне веришь?
Я кивнула не в силах сдержать облегчение и потому прильнула к нему в объятия и нежилась, пока слезы не ушли.
Смутившись под взглядами, я развернулась.
- Простите, я решила что… Как мы будем искать Сорину?
- Дара, - слово снова взял отец. – Тебе нужно кое-что знать.
- Хорошо.
- Твоя сестра неродная наша дочь. Наш первый ребенок умер, и мы с твоей мамой нашли ее в кустах недалеко. Сделали своей. Так как ее мать умерла, и мы даже не знаем кто она и с какой земли.
- Боже… Моя бедная Рина. Знала ли она об этом?
- Мы скрывали это. Даже родные не знали. Ведьмы не чувствовали чужую кровь. Мы все сделали для установления родной связи. Но поступок твоей сестры…
- Она защищала меня…
Осознание… Осознание… Неприятие…
- Нет… Нет… Алан, - я вскочила, вырвавшись из его рук молниеносно, так что он даже не успел среагировать.
Остальные тоже поднялись на ноги и просили успокоиться, но я не слышала и не остановилась бы ни за что, защищая моих детей.
Я ощутила огонь. Он лился из меня потоком, и теперь я смотрела на всех в гостиной через синюю преграду.
- Я не позволю… Алан, - он уже стоял напротив в защитном жесте. И защищал он именно меня, это было самым важным. – Ты не посмеешь… ты им не позволишь?
- Ни за что, Дара, - он прорычал свой ответ.
- Я первая дочь… Я рождена кровавой луной… Я беременна от тебя, ведь ты мой истинный, - поясняла ему, будто он не понимал пророчества. – Они идут за нашим сыном… Алан… не отдавай им его.
- Милая, я к тебе сейчас войду, позволишь? – он кивнул на мою оболочку.
Я позволила и, как только он приблизился вплотную, заглянул в глаза схватив за лицо и заставил смотреть в глаза. А после мир стал сужать до нас одних, до его прекрасных глаз и голоса в голове: «Поспи, любимая… Поспи немного. Я рядом… Всегда».
«Защити нашего ребенка…», - последнее, что сказала и уснула, упав в его руки.
  
Глава 10
 
Алан 
У меня не было иного выбора, кроме как заставить ее уснуть.
Ее магия мне позволила это сделать. Мы истинные, и через боль (вероятную) я все равно был бы сильней… наверное.
Дара была напугана и перестала воспринимать правду правильно. Она будущая мать и она боялась за детей. Это нормально, если ты услышала вдруг, что твой ребенок кому-то понадобился вдруг.