Попаданец на рыбалке. Книги 1-7 (СИ)

— А что это будет, Вик? — не утерпел Могута.
— Новые гранаты, мастер. Называется — писец врагам. Пока делаю опытные образцы, а вот когда всё будет готово и их испытаем, боюсь тебе придётся забыть про лампы и делать много-много таких штучек. Но ты не боись, к этому времени я что-нибудь придумаю, как их сделать проще.
— Да, с тобой не соскучишься. Поручу это дело Молчуну, пусть пока твои образцы делает, а сам хоть одну лампу сделаю. Тебе, кстати, велено передать самую первую. На оценку и испытания.
— Ну спасибо, мастер, уважил. Ладно, пошёл дальше, успехов тебе. Будут трудности, найди меня, подскажу, как можно что-то лучше сделать.
Теперь мне надо было получить сахар. В общем-то, проблем это не должно было доставить никаких. Как в песне поётся — «если бы спирт гнать не из опилок…», а там, где спирт, там и сахар. Гидролиз древесины и проводят для того, чтобы получить глюкозу и заставить её бродить. Бродить нам пока не надо, мы и так в потёмках гуляем, но задуматься об этом можно. Вон сколько опилок образовалось. Так что пока займёмся просто сахаром.
В этом вопросе всё было достаточно просто. Можно было совместить этот процесс с получением бумаги, как-никак что-то подобное используется при варке целлюлозы, но пока решил это не форсировать, будем работать последовательно.
Набрал опилок, положил в горшок и смочил водой, после того, как опилки немного постояли, долил немного воды и затем добавил серной кислоты. Размешав опилки, горшок поставил в печку с температурой около двухсот градусов, где и выдержал час, после чего вытащил, добавил воды и после того, как она отстоялась, слил жидкость. Её пришлось нейтрализовывать, для чего воспользовался известковым молочком, благо известь была.
Оставшуюся жидкость оставил на ночь, пусть отстаивается. С утра отфильтровал и раствор выпарил на водяной бане. В итоге всей этой операции стал обладателем кристаллов глюкозы. Так что можно было приступать к следующему этапу в производстве гранат — делать запальные фитили. Дело в том, что сделать нормальные детонаторы мне сейчас казалось крайне затруднительным. Всё ограничивалось двумя причинами — не на чем и некому было это делать. А вот использовать что-то типа бикфордова шнура для детонации взрывчатки мне казалось задачей выполнимой.
Вот изготовлением чего-то, напоминающего бикфордов шнур, я сейчас и занимался. Следующей задачей было растереть бертолетку и сахар в мелкую пудру. Эту работу проводил для каждого элемента отдельно, а потом осторожно смешал оба компонента. Хорошо, что бертолетова соль благодаря своим особенностям не требует применения слишком мелкой фракции и очень тщательного перемешивания компонентов.
Взяв совсем чуть-чуть смеси, буквально, как говорится, на кончике ножа, я проверил, что же у меня получилось. При ударе смесь взрывалась, при трении о деревянную поверхность происходило то же самое. Но мне надо было, чтобы взрыв происходил как минимум через четыре секунды. Идея заключалась в том, что после воспламенения шнура он будет гореть четыре-пять секунд. Этого времени должно быть достаточно для того, чтобы граната долетела до противника.
Воспламенение шнура-запала получилось, теперь осталось добиться его горения в течение нужного времени. Для этого в качестве замедлителя я намеревался использовать воск. Так что пришла пора следующих экспериментов. Воск растворил в бензине, в него же добавил смесь бертолетовой соли и сахара до образования густой массы, в которую поместил несколько нитей. После выдержки в этой смеси ниток в течение нескольких часов повесил их на просушку, а сам занялся другими делами.
На опробование разных составов и соотношений компонентов ушла неделя, пока не были получены нитки нужной длины, сгоравшие за пять секунд. За это время Могута сделал мне нужные заготовки для гранат, и можно было начинать сборку первых образцов.
Галка в творческом поиске
В общем-то, все идет довольно успешно, жизнь стала гораздо спокойней. Нет той изматывающей неопределенности и подготовки к нападению, которая буквально витала в воздухе в прошедшую зиму. Все спокойны и заняты своими повседневными делами. Правда, начинает ощущаться, как бы ее назвать, некоторая неоднозначность от совместного проживания достаточно большого числа людей из разных племён и разной веры, вернее не ощущаться, и даже не зарождаться, а как бы точнее выразиться, витать в воздухе.
 
Но пока установившийся порядок не дает этому принять какие-то конкретные формы и среди людей не возникает недовольства. На сегодняшний день установившееся негласное соревнование в мастерстве является определяющим для всего поведения людей. Да и ткацкие дела наладились, теперь некогда заниматься разными философскими рассуждениями. Пришла пора теребить крапиву, прясть нитку, шить одежду и вязать теплые вещи из имеющихся запасов шерсти.
Лесная шерсть показала себя вполне прилично, подобные валенки хоть и не такие теплые, как из натуральной шерсти, но гораздо лучше ходить в них, чем босиком. Так что их изготовление тоже идёт полным ходом, даже Алан заинтересовался подобной обувкой. Ткань пока у нас получается одноцветной, но что радует, не слишком грубой. Да и одежда из неё вполне даже ноская, не от кутюр, но по здешним меркам, прочная и удобная. Вот только собака меня печалит, похоже, помирать собралась, почти не двигается, и только иногда поест. Жалко будет, коли помрет.
Глава 4Новое оружие и новые задачи
Вот и готовы первые настоящие гранаты. В их конструкции нет ничего неожиданного. По сути дела это консервная банка, насаженная на длинную деревянную ручку. Внутри банки взрывчатка, сверху банка обмотана проволокой, внутри ручки сделан канал, в котором проложен шнур-запал, его конец выведен на торец ручки. Сам торец закрыт деревянным колпачком, который удерживает чека.
Для приведения гранаты в боевое положение надо выдернуть чеку, снять колпачок, его крышкой провести по торцу рукоятки, воспламенится шнур-запал и через пять секунд взорвётся граната. Пришла пора натурных испытаний, так что, пригласив с собой Вышеслава, Явана, Могуту и Мышонка, я отправился оценивать новое оружие.
Место для этого было выбрано с моей точки зрения безопасное, все зрители прятались на склоне оврага, на расстоянии двадцати метров располагался огороженный щитами десятиметровый круг. Объяснив всем присутствующим, что должно произойти, и показав на личном примере, как надо себя вести, велел всем спрятаться в овраг. И хотя всё было уже неоднократно испытано, как по частям, так и в целом, ощущался мандраж. Но отступать нам некуда, так что гренадёры — вперёд.
Проделав все необходимые манипуляции и метнув гранату в огороженный круг, я спрыгнул в овраг, пригнулся и успел всем крикнуть, чтобы не высовывались. Как оказалось, не зря. После взрыва над головой что-то просвистело. Выглянул из своеобразного окопа, увидел, что все щиты повалены. Надо признать, что граната сработала превосходно и демонстрация удалась. Ошарашенные лица моих спутников явились тем бальзамом, который успокоил мою исстрадавшуюся душу.
Первым делом после того, как все немного пришли в себя, пошли смотреть, что натворила граната. Подняли поваленные щиты, и я показал всем частицы проволоки, буквально усыпавшие всю их поверхность. Видя непонимание, пришлось объяснить, что каждый из этих кусочков металла можно считать стрелой, попавшей во врага и как минимум, нанесшей ему ранение. По моим прикидкам, там было больше двухсот осколков, так что представить, что сделает граната, взорвавшаяся в толпе воинов, каждый мог сам.
Просветлённые лица моих спутников сказали мне, что они хорошо представили, что из этого получится. Первым не выдержал Яван:
— Это что же получается, один воин с таким оружием может уничтожить сотню врагов без всяких усилий?
— Ну, сотню, не сотню, но уничтожит немало. Вот только самому надо уцелеть. Ты видел, что получается, при близком взрыве может и самому достаться. Даже над нами что-то просвистело. Да и пользоваться таким оружием надо уметь.