Попаданец на рыбалке. Книги 1-7 (СИ)
— А что, вы железо сами делаете? И нас можете научить?
— Можем, только это долго, быстро не получится. Сначала надо найти руду, потом из неё сделать железо, потом из него делать нужные вещи. Вот кстати, скажи, в ваших землях железо есть?
— Не знаем мы, как его найти и как с ним работать, — ответил Кугерге.
— Хорошо, спрошу по-другому. Знаете где-нибудь поблизости мелкие, или не очень глубокие озёра?
— Есть такие.
— Вот давай так и решим, завтра Могута с помощниками пойдёт туда и посмотрит, есть ли там руда или нет. А ты дашь проводников, заодно Могута посмотрит, на что твои люди способны, а если он решит, что они смогут работать с рудой, то будет учить, как это делать. Вот так мы и начнём наше сотрудничество и дружбу.
— Это хорошее предложение. Ты, Могута, заходи к нам в поселение, я дам тебе пять человек в помощь, и с тобой пойдёт Пектубай. Он будет старшим у наших людей и поможет тебе. А ты говорил, что люди Шумата у тебя в поселении учатся. Что для этого надо?
— Да ничего, я ещё за это и подарки вам сделаю. Но есть несколько условий. Мы берём на обучение всех, даже мальчишек и девчонок, только они должны жить пять лет у нас в городе, учиться и работать. На этот срок они становятся членами нашего рода, принимают наши порядки и подчиняются мне или своим учителям. После того, как научатся ремеслу, или пройдёт пять лет, они, если захотят — вернутся к вам, не захотят — останутся в нашем роду.
Если кто-то найдёт себе жену или мужа из нашего рода, то они остаются жить у нас. А так они получат ремесло, например, научатся делать такую посуду, — я показал на деревянные тарелки, и вернутся к вам. С Шуматом мы так договорились.
— И сколько людей ты отправил учиться, Шумат? — спросил Кугерге.
— Трёх мужиков, трёх баб и пять мальчишек.
— И чему они успели научиться?
— Вот один посуду эту делает, двое научились дома строить, бабы умеют такой хлеб печь и вязать, могут новую тёплую одежду сделать, вот на Вике такая надета. Да ещё мужики помогли Вику врагов уничтожить, умеют его оружием пользоваться.
— И ты думаешь, это хорошо?
— Думаю, да. Даже если не вернётся Тумна, бабу себе найдёт в городе, посуду я всегда смогу у Вика получить, он не будет за неё много просить. Мне не надо кормить плохого охотника, и я получаю хорошую посуду. Главное, что люди в поселении довольны. А ещё Вик обещал забрать увечных, которых звери покалечили, и тоже научить их ремеслу.
— А этих чему будешь учить, Вик?
— Работы много, кого-то научу ловить рыбу новыми снастями, кого-то делать посуду из глины, кого-то совсем новому умению, вы про такое и не знаете.
— А у нас тоже можешь взять таких людей?
— Надо посмотреть, какое увечье, ведь для работы нужны и руки, и ноги, но какие-то работы можно выполнять и без одной ноги. Думай, старейшина. А то приезжай к нам, вон к Шумату в гости заедешь, а потом вместе к нам, посмотришь, как у нас люди живут, как работают и чем занимаются.
На этом деловые разговоры, если так можно выразиться, закончились, и мы просто вели беседу о нашей жизни, о привычках и обычаях, пытаясь понять друг друга. Жизнь тут была самая простая, охотились, бортничали, ловили рыбу, в основном мордами. Зерна почти не выращивали, хотя оно им было и знакомо. Много добывали пушнины, изредка торговали с другими родами, расположенными выше по течению Ветлуги.
Там людей было больше, отношения у всех были дружескими, хотя и проскальзывало, что наши новые знакомые считались не самым сильным родом.
Расставались мы уже в темноте, на прощание я подарил старейшинам по ножу, глиняному горшку и караваю хлеба. Все подарки были приняты с большой радостью, особенно ножи.
С утра опять наловил рыбы и сварили уху. Отправили Могуту и Азамата с пятёркой воинов на поиски руды, а сами двинулись домой. По договорённости со старейшинами оставили для Могуты на берегу шлюпку, так, на всякий случай. Нам обещали, что она будет в целости и сохранности.
Галка и трудовые будни
Могу честно отереть трудовой пот. И не только мысленно. Всю прошлогоднюю крапиву в окрестностях уже извели, все овраги обшарили, но набрали достаточно для начала работы. А ещё на очереди был кипрей, или иван-чай. Его раньше называли диким льном или дикой коноплёй. Может быть, для одежды и не пойдёт, но для технических нужд должен сгодиться. Во всяком случае, на это есть надежда.
Для обработки самые простые приспособления сделали, так что крапиву начали обрабатывать. Всё по классике — обминание, трепание, ошмыгивание, чесание. Получилось несколько различных сортов кудели, пригодной для дальнейшего прядения. Самая тонкая, настоящая кудель, пойдёт на нитки, из которых будем делать ткань. Та, что погрубее — на изготовление верёвок и ниток для сетей, хотя здесь есть вопрос, может не получиться сделать нужные нитки, они будут слишком грубыми и толстыми. Значит, сделаем что-то типа брезента или мешковины. Тоже вещь в хозяйстве нужная.
Во всяком случае, процесс пошёл, и у нас появились первые нитки, теперь бабы всё время, свободное от готовки и прочих хозяйственных дел, проводят в новом цехе. Надо будет Витька заставить прялку сделать, а потом и станок ткацкий, хоть и примитивный. А то скоро и штанов не останется, не говоря про нижнее бельё. Блин, куда занесло, уже и бельё надо. Хотя и в этом есть доля правды, не эротичное бельё, не бикини, а обычные трусы вещь очень даже необходимая.
А ещё у меня в планах было попробовать поработать с иголками сосны, хорошо, что Витёк напомнил. Как-то в одном журнале про рукоделие мне попалась статья, в которой описывалось, как пряжу получали из сосновых иголок, причём с примерами из исторического прошлого. Готовый продукт назывался лесной шерстью.
Нитка по приведённому описанию получалась довольно грубая, и вся технология была достаточно длительная и трудоёмкая, но вспомнив про это, я также вспомнила, что из этой шерсти можно было получить что-то типа войлока. А это валенки, что будет совсем нелишним зимой.
Боюсь я эту зиму. Опять собака убежит и принесёт, если так можно сказать, в подоле. Вон убежала зимой, неделю с волками гуляла, хотя обошлось без последствий.
Глава 11Новые радости и создание металлургического производства
После возвращения пришлось в первую очередь заниматься текстильно-ткацким производством. При организации любого дела, особенно связанного с получением нового продукта, меня в первую очередь интересовал, как говорится, макетно-экспериментальный образец готовой продукции, который можно изготовить из подручных средств. Ведь всё приходится делать на коленке по обходной технологии. Даже шайки в баню первое время были из глины. Только сейчас появились нормальные, деревянные.
Вот так и везде. Когда появятся ресурсы и возможности, будем заниматься модернизацией и оснащением производства нужным оборудованием. А пока на коленке, самое главное — проверка идеи и получение подтверждения возможности её реализации. Исходя из такого подхода, я и делал всё необходимое для получения желаемого результата.
Во многих случаях у меня имелось довольно смутное представление о нужных мне механизмах, чаще всего почерпнутое из научно-популярных журналов, посещения выставок и музеев с выставленными там экспонатами. Да было понимание принципов работы таких устройств.
Если со всякими трепалками, обминалками и чесалками всё было понятно по их назначению и выполняемым функциям, исходя из чего трудностей в изготовлении подобных устройств не возникло, и работа была завершена за пару дней, то с прялкой дело обстояло гораздо серьёзней. Но здесь был известен основной принцип, заложенный в её работу, — есть два элемента — веретено с рогулькой и катушка, вращающиеся с разной скоростью, за счёт чего нитка скручивается и сматывается с веретена на катушку.
Так что, руководствуясь этими соображениями, я принялся за изготовление прялки, выбора у меня всё равно не было. В общем, на все предварительные работы — сборку, разборку, подгонку и повторную сборку ушло два дня, и я был готов начать набивать новые шишки, пытаясь заставить всё это работать и стремясь понять, кто виноват и что делать. Но тут приехал Могута, и все планы пришлось срочно менять.