Царство (СИ)

Но пока что Михаил Всеволодович далек от совершения духовных подвигов, и как союзник совершенно бесполезен. Он скорее позволит пролиться крови русичей, чем уступит и присягнет Юрию – а вот его двоюродный брат гораздо более перспективен! Таким образом, все необходимое и все в принципе возможное для отражения нового удара татар нами уже сделано. Коли решатся поганые атаковать зимой – что же, их встретят многочисленные засады небольших групп лучников, уходящих от преследования на лыжах, и подготовленные к осаде крепости с сильными гарнизонами. А пока осажденные выигрывают время, князья успеют объявить новый сбор ополчения… Кроме того, очередной удар Батыя не должен стать для русичей неожиданностью – в разоренный монголами Булгар направлено множество лазутчиков из числа беженцев, нашедших приют на Руси. Беженцев, чьи семьи отныне примут на полное обеспечение князей – они не будут ни в чем нуждаться даже в случае гибели наших добровольцев-разведчиков, вернувшихся на свою Родину… Наконец, во Владимире готовится первое посольство в землю зихов, к царю Тукару – оно отправится в путь, как только на реках сойдет лёд и Дон станет судоходным. Посольство станет первой «ласточкой» - наши посланники сообщат царю о возможном ударе поганых, предложат союз и помощь в борьбе с общим врагом. А в числе даров зихам будут предоставлены мастера, умеющие строить мои мобильные «станковые стрелометы». Заодно будет уточнено и общее положение дел в охваченной междоусобной брани Алании, и прощупана почва на предмет помощи Тукара одному из сыновей базилевса Юрия, являющихся по бабке также и претендентами на престол распавшегося царства Ясов…
Но это все касается монголов и противодействия их возможному удару – однако именно сейчас, с началом таяния снегов и скорым всеобщим бездорожьем, мы имеем солидную фору во времени, на период которой я должен успеть создать коалицию из шведов и крестоносцев. Ведь когда дороги высохнут, из Новгорода на Торжок двинется крупная рать возмущенных новгородцев во главе с не менее «возмущенным» Ярославом Всеволодовичем… Бьюсь об заклад, что подконтрольное местным «олигархам» вече гораздо быстрее и единодушнее проголосовало за то, чтобы биться с единоверцами и собратьями по крови за пограничный город княжества, чем выступить вместе с ними против язычников-монгол…
Да и шут с ними. Власть купеческой верхушки и выборных посадников в Новгороде, преследующих исключительно свои интересы, скоро канет в лету. Потому как только новгородская рать скроется из вида, Александр внезапно схватит посадника и наиболее одиозных представителей купечества, пытающихся выступать против князя! А как только город забурлит и начнет требовать их выдачи, княжич покинет его пределы с личной дружиной и боевыми отрядами верных бояр. И только они уйдут, как наши люди начнут сеять панические слухи о том, что «вот-вот на Неве высадятся шведы и пойдут на оставшийся без защитников Новгород» да что «с запада в пределы княжества вторглись крестоносцы»! Поначалу эти слухи будут пугать только самых малодушных, но когда они получат реальное подтверждение… Для новгородской вольницы это станет отрезвляющим ледяным душем – также, как и в реальной истории.
Александр, впрочем, уйдет недалеко – в Ладогу. Где местный воевода заранее соберет ратников и ополчение, и куда князь Ярослав заранее отправит верных лично ему и сыну дружинников из Переяславля-Залесского и Суздаля. Таким образом, под началом княжича окажется сил даже больше, чем у него было в реальной истории перед Невской битвой… Сторожи из местной ижоры будут своевременно предупреждены о скором появлении свеев, также выделят своих лучших воинов княжичу – и ярл Биргер, которого мне еще только предстоит подтолкнуть напасть на Новгород, будет разбит, едва только вступив на русскую землю!
А вот новгородская рать, так и не добравшись до Торжка, вдруг получит еще одну черную весть – крестоносцы осадили Псков! Да, никакого выхода гарнизона из города не случится – а объяснить это ландмейстеру я смогу тем, что заговор посадника раскрылся, и он не успел вывести дружину. Более того, в пограничное княжество перед самым вторжением отправится пусть небольшое, но подкрепление, с задачей подготовить крепость к осаде и также посадить под замок всех наиболее явных сторонников князя Ярослава Владимировича. Надеюсь, к этому моменту мы уже вернемся из Упсалы – и я смогу помочь осажденным, «сливая» им планы ливонцев, находясь в ставке врага…
 
Ну, а пока крестоносцы будут бодаться в закрытые ворота Пскова, ожидая, что предатели их откроют, Ярослав Всеволодович внезапно «прозреет», «осознав», что в годину бедствия на отчей земле нельзя вести распрю, что старшинство в семье следует признавать! И, будучи последовательным, официально признает старшего брата базилевсом… А тот уже двинется от блокированного ранее Торжка навстречу брату младшему – и, простив тому «все обиды» при личной встречи, соберет под своим началом уже и новгородскую, и владимирскую рати, и поведет их к Пскову…
Впереди объединенного войска будет выпущен целый веер конных разъездов, что станут перехватывать дозоры крестоносцев и малые отряды мародеров и грабителей, кои обязательно разойдутся по округе. Но даже если ливонцы решат отступить и отступят – не беда. Русские рати, включая владимирские, новгородские и псковские полки догонят врага хоть у Дерпта, хоть у Оденпе и вынудят его принять бой на своих условиях. В смысле, имея численное превосходство…
Не все знают, но именно летом 1238 года благодаря дипломатическому таланту магистра Тевтонского ордена Германа фон Зальца между бывшими меченосцами и датчанами был заключен мирный договор в Стенсби, по которому Колывань-Ревель вернули Дании. Зато в дальнейшем датские рыцари пополнили ряды крестоносцев в битве на Чудском озере, да и в гораздо менее знаменитой Раковорской битве потомки викингов попортили кровь русичам… Так вот вынуждая Дитриха фон Грюнингена ударить именно сейчас (ориентировочно в апреле), я лишаю его поддержки датчан. Да и значительных контингентов добровольцев из Европы он наверняка не успеет дождаться... Так что я практически уверен в победе русичей – по крайней мере, ни о каком численном превосходстве ливонцев не может быть и речи!
Разбив же силы ордена в полевом сражении и вынудив заключить крестоносцев мир на условиях базилевса Руси, русская рать повернет на юго-запад – если, конечно, литовцы рискнут напасть на Смоленск и Полоцк. Впрочем, в реальной истории ведь рискнули, вроде как в этом же году – так отчего бы им не совершить набег сейчас, на наши же деньги?! И опять же, в реальной истории Ярослав без труда отбил Смоленск – что помешает ему сделать это с очевидно куда большей ратью?
А вот после, когда братья с триумфом вступят в Новгород во главе спаянного общими победами войска, когда вскроется «правда» о том, что крестоносцев и шведов приглашал посадник и его сподвижники – тогда уже никто не посмеет сказать что-то против присяги базилевсу. И да, вечевой колокол будет вывезен, а наместником Юрия в Новгороде станет князь (уже князь!) Александр Невский. Надеюсь, племянник новоиспеченного императора и в этот раз заслужит свое прозвище-титул… Собранная же Всеволодовичами рать – а я надеюсь, что в нее войдут и полоцкие, и смоленские дружины – в полном составе направится на юг. Если успеем до удара Батыя, то поможем Мстиславу Глебовичу взять Чернигов и собрать войско северян, включая и ковуев – если нет, то и этих сил будет достаточно для того, чтобы дать монголам равный бой!
А вот ежели черниговскую рать удастся собрать до второго вторжения, или оно и вовсе не последует этим летом – что же, тогда войско базилевса нагрянет в Волжский Булгар с «ответным визитом»! Благо, храбрые булгары в моем прошлом оказывали врагу яростное сопротивление, поднимая восстания аж до 1278 года – а в 1239-м, к примеру, им удалось целиком освободить свою страну!
Правда, поднятое сыновьями последнего эмира восстание, быть может, самое крупное и успешное за всю историю монгольских завоеваний, было показательно утоплено Батыем в крови…