Альдери (СИ)

— А мне это зачем? Блейк, ты действительно думаешь, что меня могли волновать отношения с кем-то?
Алиша тихо, по-доброму засмеялась, понимая порывы Блейк. Когда-то и она ждала этот просвет в своей сокурснице. В годы учебы Алишу очень привлекала способность Альдери трезво рассуждать и не искать чьего-либо одобрения. Отсутствие в ней вульгарности и интереса к праздному образу жизни привлекали к ней посторонний взгляды не только парней. Яркая внешность и полная закрытость вызывала всеобщее недоумение, хотя многие считали Альри просто зазнавшейся. Но только Алиша видела иные причины. Сердце отчаянно стремилось подружиться, ища в ней опору. Только спустя год удалось наладить что-то подобное на приятельство. А дальше процесс пошел легче. И к отстраненности она привыкла, получая от Альдери поддержку в нужный момент. Так и жили. И на том спасибо.
Темная ночь и мелькающая разделительная полоса убаюкала неугомонных тусовщиц, девушки задремали после того, как машина покинула границы ареи Сараит. Альдери выключила музыку, давая возможность отдохнуть подругам и самой себе. Усталость откладывала отпечаток и на Альдери, но остывший холодный кофе, купленный на заправке, придавал девушке бодрости, а сила воли не давала расслабиться.
Пейзажи сменяли друг друга, дорога была сухая, подсвечиваемая неполной луной и ярким светом фар. На встречу попадались совсем редкие путники. С каждой пройденной милей волчица лишь ускорялась, чувствуя приближение дома. В город они въезжали с первыми лучами солнца, но подруги всё так же сладко спали. До поезда оставалось два часа.
Альдери глушит мотор перед главным входом на железнодорожный вокзал. Выходит из машины, тихо прикрыв дверь, и поворачивается к восходящему солнцу, оперевшись о багажник своего черного спорткара. Лучи мягко играют в её вьющихся волосах, ветерок изредка проносится по спящей улице.
Первой из машины выходит Алиша, так же тихо прикрывая дверь. Сонно потирая глаза, она примостилась рядом со своей задумчивой подругой. Обе молча наблюдают рассвет.
— Я очень рада, что смогла повидаться с тобой, — Тихо начинает Алиша. — Мне не хватает тебя.
Альдери по-матерински притягивает подругу к себе, мягко потрепав за плечо и не спуская глаз с солнечного диска.
Алише большего и не надо было.
Так они и стоят, купаясь в лучах утреннего восхода.
На улицы постепенно начинают выходить люди, редкий поток машин увеличивается. Вокзальные часы показывают семь утра.
— Я возможно буду на этой неделе в столице, — Вполголоса говорит Альри. — Позвоню, если получится встретиться.
— Буду ждать.
Задняя дверь открывается, являя Блейк спешащиму народу. Её потерянный и помятый вид вызвал улыбки у подруг. Здание вокзала удостоилось чести её брошенного прищуренного взора, после чего она с непониманием обратилась к Алише:
Алиша улыбнулась, мягко обняла свою новую, но такую полюбившуюся, знакомую и направилась к багажнику, кидая на ходу:
— Не поверишь, но летать боюсь больше, чем волков в лесу.
На этой ноте девушки проводили свою гостью с обещаниями звонить, Блейк прослезилась, Альдери посмеялась над ними.
Помахав ручками, оставшиеся путницы устремились домой. Солнце во всю заливало проснувшийся город.
  
Глава 17
 
Арея Райлем, город Шайрам
Альдери с порога устремляется в свою комнату, мечтая об отсутствии на пути преград в виде обитателей серого особняка. Глаза вольно слипаются, от усталости тошнота подступает к горлу. Дикий недосып за три дня даёт о себе знать. Сейчас даже полнолуние не сможет остановить от погружения в темноту безкартинного сна.
В доме царит стирильная чистота и не менее звенящая тишина, поступь шагов по каменным лесницам приуныло разносится по парадному холлу, лики династии Рида сурово провожают путницу со своих позолоченных рам.
Дом спит, и осознание этого дарит волну облегчения.
Двери спальни закрываются за спиной девушки, она с упоением скидывает с себя одежду.
Спустя минуты струи теплой воды смывают остатки былой дороги и Альдери забывается в тягучей бездне.
 
Сухой взгляд Вольграна не выражает ни одной эмоций, ждёт продолжения. Тусклые серые глаза говорят сыну ускорится.
— Нашёл их в таверне у реки на окраине столицы, маг правильно наводку дал. На контакт шли плохо. Только услышав мою фамилию, один из них обратил внимание. Рай — так называл этого волка-одиночку его напарник.
— Не придавай значения их имена. Странствующие волки меняют свои имена также как и места обитания.
— Этот Рай сначала долго гипнотизировал меня взглядом, будто пытался что-то вспомнить. После спросил, один ли я в семье. На мой немой вопрос ответил, что я напоминаю ему старого пропавшего друга. Пришлось сообщить, что у меня есть только сестра.
Кристен приостанавливает рассказ, пытаясь воспроизвести мелкие детали встречи в памяти.
— Он кивнул и спросил, что мне надо от него. Задал вопрос в лоб, слышал ли он что-то о пророчестве. Он лишь усмехнулся и саркастически заметил, что о нем невозможно не слышать ибо скоро начнуть развешивать транспаранты с этим вопросом среди людьского мира. Сам он недавно спустился с западных гор, маги-отшельники встречались там, но среди них тишина. О пророчестве стал слышать только когда вернулся в столицу. Его происхождение и источников не знает. Волков из пустыни тоже не встречал последние два года, помочь ничем не может. Да и неинтересна ему вся эта история.
— Как вёл себя?
— Спокойно. Попросил его дать ориентировочные координаты где искать отшельников. Он показал на карте место обитания одной прорицательницы. Вдоль горного хребета в западном лесу стоит её хижина, но туда пробраться можно только в волчьей шкуре, местность плохо проходимая. Остальные раскиданы в глубине лесов, сказал ориентироваться по водоёмам. Реки наши отшельники любят, но прятаться умеют отменно, придётся постараться.
Кристен замолкает, рассказать ему больше нечего. Да и долгий путь утомил, только воля заставляет держать лицо перед отцом.
— Что второй?
— Второй молчал. На мой вопрос помахал головой и сказал, что знает не больше Рая.
Вольгран задумчиво переводит взгляд в центр своего стола, в комнате воцаряется тишина. Кристен ждёт дальнейших поручений, молча наблюдая за родителем. Он знает, что отец готовит план по поднятию людей в горы Запада. Его отец как никто другой живет девизом “владеешь информацией — владеешь миром”. Он всегда собирает её, чтобы суметь вовремя защитить своих людей.
— Выслушаем участников собрания в среду. После проработаем план. Выезжаем завтра своим ходом. Предупреди сестру.
— Сейчас зайду к ней, — Кристен поднимается с кресла.
— Позже. Она домой приехала пол часа назад, пусть отсыпается.
— Где она была всю ночь? — В голосе Кристена пробегает нота беспокойства.
— Не слежу за твоей сестрой, — Вольгран пододвигает к себе папку в потрепанной обертке с перевязанной лентой. — Ты тоже иди отсыпайся. Вечером проведем рабочее совещание, сотрудники приедут к нам в особняк.
Кристен кивнул и неспешно покинул кабинет отца.
  
Глава 17.1
 
Наследник многочисленной стаи Райлемской ареи тяжело опускается на кровать. В комнате стоит могильная прохлада, камин не радовал огнем его комнату всю прошлую неделю, серый камень дома безнадежно остыл.
Кристен сбрасывает с себя куртку, следом летит синяя футболка. Садится на корточки перед очагом и закидывает поленья, разжигая пламя. Огонь звучно потрескивает, пожирая собою сухую массу древесины, темная зашторенная комната наполняется светом. Магия светила проникает в душу уставшего волка, забирая с собой усталость и принося в дар волны успокоения и понимания мира.
 
Волки любят силу огня. Она уникальна. Для всех живых существ. Но не все знают её тайну и мощь, что она несёт. Только избранные понимают суть красного источника, пронизывающего весь видимый и невидимый мир. Источника, который двигает вперед всё беспредельное мироздание.