Сумеречный стрелок 7 (СИ)

Я пробежал документ глазами и остановился на пункте под названием «ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ».
— Фабрика магических кристаллов с индивидуальным доступом к центральному магическому источнику, — прочитал вслух.
— Можете подумать. Я подожду, — откликнулась Гордеева, скрестив по-деловому руки на груди и закинув ногу на ногу.
Вот и решение той задачи, которая внезапно появилась передо мной после посещения Убежища. Кристаллы для ящика-копира. Не нужно будет закупать их, тратя на это как деньги, так и время. У меня будет свое «топливо» для артефакта. И что мне мешает в дальнейшем пригласить Лиса на должность алхимика? Поставить лабораторию, и пусть колдует, изобретая кристалл повышенной ёмкости. Только есть один момент…
— Индивидуальный доступ, — ответил я после минуты разумий. — Что это значит?
— Это значит, дорогой вы мой граф, — расплылась в улыбке Гордеева, — что можно будет тратить столько энергии, сколько надо вашему предприятию, причем по бросовой цене. Надо ли говорить, что в этом случае не будет утомительных очередей, как это часто бывает в Обители.
— Противник по-прежнему неизвестен? — спросил я у княгини.
— Даже больше скажу, — хмыкнула она, иронично улыбнувшись. — Его не могут найти. Да, на этот приз много желающих, но те кандидаты, которые прошли через специальную комиссию по отбору кандидатов… в которой состою и я… не соответствуют заявленному уровню.
— Согласен, — кивнул я, чем вызвал победные огоньки в глазах этой хищницы. — Но при одном условии…
Гордеева тут же нахмурилась:
— Послушайте, граф. А вам не кажется, что условия и так достаточные? Притом поединок несмертельный. Император вообще думает запретить бои до смерти, якобы они противоречат морали.
Внутри я испытывал облегчение. Всё-таки эта кровожадная система дала трещину. Но в то же время я был раздражён словами княгини. Мне не нравился тот напор, с которым она вела диалог. Будто я простолюдин какой-то.
— Позвольте я буду сам выбирать, какие условия для меня достаточны, а какие нет.
Гордеева шумно выдохнула:
— Вы очень сложный человек, Астафьев.
— Но вы пришли ко мне… — улыбнулся я, когда княгиня потянулась к графину с водой и, плеснув в стакан, сделала глоток. — Так вот. Десять миллионов рублей на развитие производства меня бы устроили.
Гордеева с шумом выплеснула воду, изумленно уставившись на меня.
— Вы это серьёзно?
— Серьёзней некуда, — кивнул я в ответ. — Можем прямо сейчас с вами подписать бумаги.
— Да идите вы, граф, со своими амбициями, — резко ответила княгиня, и буквально выпрыгнула из кресла. Быстрым шагом она процокала на каблуках до двери, затем повернулась ко мне. — Вы ещё пожалеете об этом.
Она вышла, громко хлопнув дверью, а я посмотрел на время, улыбнувшись. Десять секунд, двадцать… Двадцать пять…
Гордеева ворвалась обратно, глаза её бешено сверкали.
— Где у вас бумага, — процедила она. — И ручка.
Всё, что нужно было для оформления сделки, я нашёл в ящике стола. Княгиня написала расписку, что обязуется выдать вознаграждение в десять миллионов рублей в случае победы в завтрашнем бою. Затем порылась в сумочке и вытащила небольшую овальную печать. Нажав, заставила её засветиться и поставила на свою подпись.
— Довольны⁈
— Ещё как, — широко улыбнулся я.
— Жду вас завтра в десять утра. Не опаздывайте, — пробурчала Гордеева и стремительно покинула мой «кабинет».
«Это было эпично, — застрекотала Лея. — И, честно скажу, я бы тоже не выдержала».
«Но держалась она до конца, надо отдать ей должное», — ответил я паучихе.
«Что сейчас?»
Я сразу вспомнил о Пал Палыче. Ему скоро выступать, а броня повреждена.
«Надо бы найти мастера, который бы зашил защиту Пал Палыча. Хотя…», — в голове у меня мелькнула мысль о Гулько. Раз он занимается производством и продажей уникальных артефактов, может быть и подскажет тех, кто ремонтирует такие штуковины?
Тут же набрал его номер.
— Да, приветствую вас, граф, — услышал в трубке знакомый мягкий голос. — Как покупки? Радуют? Надеюсь нет замечаний?
 
— Добрый вечер, — ответил я барону. — Все отлично. Жалоб никаких нет. Случилась у меня недавно поломка. У моего питомца броня магическая повредилась.
Барон взял паузу, а затем ответил:
— А у кого вы её покупали?
— Не покупал. Выиграл её в поединке на арене, — объяснил я.
— А, понял, — засмеялся Гулько. — Так это моя фирма поставила эти артефакты, по индивидуальному заказу. Но я всегда делаю дубль вот на такие случаи.
— Вы к тому что её проще купить, чем починить?
— Именно. Я возьму недорого. Пришлю курьера, и вы отдадите ему поврежденную. Я пущу её на ингредиенты. Взамен получите новую. И стоить это будет всего пятьдесят тысяч.
— Договорились. Жду, — я продиктовал адрес и завершил звонок.
Курьер приехал через час. Принял у меня разодранный кожаный свёрток, отдал запечатанный короб.
Я проверил броню. Она была точно такой же, как и прежняя. Затем отсчитал положенную сумму и расписался в документе.
Отпустив курьера, я вернулся на яхту. Связался через Лею с Раисой Павловной, которая вкратце сообщила, что питомца лучше забрать завтра с утра. Он проходит какой-то особо важный сеанс лечения, который прерывать нежелательно.
А затем я развалился в кресле, уставился в светящуюся лампу на потолке каюты и задумался о том, что же планирует Дорн, почему мне помогает бабка, и на кой-черт я вообще сдался этому шаману. А самое главное — каковы истинные мотивы этой троицы.
* * *
Лютер сидел на полу съемной квартиры. Он её захватил на некоторое время. Хозяйка, пожилая женщина сидела на кухне и таращилась в стену. Пока она под воздействием его заклинания, проблем не будет.
Поначалу он отказался от предложения того заносчивого графа, но потом, когда услышал, что против него будет выступать лучник… Ох-хо-хо! Тот самый лучник! Конечно, он тут же согласился. Ну надо же! Это прямо шикарная возможность на глазах у императора и Дорна, который точно будет присутствовать на поединке, расправиться с их любимчиком! Ямпольский говорил о вознаграждении, но Лютеру было плевать.
Конечно его попытаются после боя поймать… или убить. Как же ему скрыться от сильных магов? Вот над этим ему нужно будет хорошенько подумать.
А сейчас он усиленно готовил нечто убийственное. Чертил на полу посохом очень сложную, замысловатую печать огня, которая игнорировала все блокирующие заклинания. Так… ещё одна линия… Над ухом заскулил призрачный волк.
— Не мешай, Лютый, — пробормотал шаман себе под нос. Но он уверен, что питомец его слышал и так. — Покормлю тебя чуть позже. А сейчас мне нужна тишина.
Через полчаса всё было готово, а с него семь потов сошло, пока он замкнул печать невероятно сложной трехмерной кривой. Контур печати окрасился пламенем, затем потух. Лютер сжал её до точки и спрятал в одной из метательных капсул, специально предназначенных для упаковки заклинаний.
— Ну что, всё готово, — Лютер энергично вскочил с пола. И тут он почувствовал, что кто-то следит за ним.
Ах ты ж, сволочь! Он поймал магический след, затем «пробежал» к источнику. И увидел парня с черным посохом, который смотрел прямо на него.
Это же Хранитель! О нем говорил его ученик. Один из козырей Дорна. Да сегодня прямо день подарков. Хранитель уже увидел его, но не понимает ещё, что его ждёт.
Лютер отправил по магическому каналу в гости к этому гаду магический магнит., сильное и эффективное заклинание. Он услышал отдалённую вспышку, затем скрежет пространства, и перед ним на пол рухнул испуганный паренек.
— Тва-а-арь! — хранитель замахал перед ним черным посохом.
Шаман нахмурился и вырвал из рук парня плоский искрящийся камень. Дилетант! Он видел, как черные нити поползли из посоха, заструившись по полу в его направлении. Но его враг опоздал. Они всегда опаздывают.
— Лютый, еда, — тихо ответил он, и волк тут же перекусил бедолагу пополам. Пока доедал его, похрустывая костями, шаман изучал трофей.