Сумеречный стрелок 7 (СИ)

— Пал Палыч, иди сюда, — позвал я котенка.
Питомец заковылял ко мне. Видно было, что ему уже больно передвигаться. Он кое-как запрыгнул ко мне на колени, и я погладил его по холке. Затем заглянул в большие глаза, искрящиеся красным. Но в них было столько печали, что был бы я девушкой, тут же пустил бы слезу.
— Не расстраивайся. Так всем будет лучше, — я погладил котенка, и он заурчал.
«Плохо, хозяин. Больно. Знаю, да», — отозвался он вдруг в моей голове.
— Придется потерпеть, дружище, — ответил я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Но я буду тебя навещать, и броню поправлю твою, не переживай. Будет как новенькая.
«Хорошо. Я буду скучать», — ответил Пал Палыч.
— И я тоже, малыш. Главное, защищай Убежище и не обижай Раису Павловну и Варю, — я ещё раз его погладил и отпустил в высокую траву. — Иди пока погуляй.
Лавовый котенок, увы, не побежал. Через силу вышел с «лечебной» полянки и захромал по стриженому газону.
Все будет хорошо, Пал Палыч. Уж кто-кто, а Раиса Павловна точно поставит тебя на ноги. Котенок будто услышал меня, обернулся и еле заметно кивнул.
— Ну что там у тебя ещё? — нахмурилась бабка.
— Да, вот, — ответил я и повернулся к Жорику. Тот вытащил из ножен кинжал и протянул его бабке.
— Нет, Григорий, нужны и ножны, — ответила она. Телохранитель отдал их, тяжко вздохнув. — Ты смотри, как привязался. И не оторвешь, верно говорю?
Бабка сощурилась, внимательно изучая Жорика. Он убрал с лица мировую скорбь и кивнул:
— Да, он как одно целое со мной. Выручал много раз…
— Плохо, что такие темные вещи становятся одним целым, — тут же ответила Раиса Павловна, начиная крутить перед собой кинжал, рассматривая руны. — Очень темные…
— У меня энергия будто закончилась, — буркнул Жорик.
— Да вижу. Не слепая, чай, — резко ответила бабка. — А чем собрался подпитывать? Уж не своей ли душонкой? Хе-хе. Я смотрю, ты бы с радостью поделился.
— А где он энергию берет? Я же не знаю.
— Вот и плохо, что не знаешь, — резко помрачнела зельеварщица, и резко встала. — Придется откапать предмет. Сейчас приду…
Она быстрым шагом пошла в сторону дома. Затем я увидел её силуэт в окне лаборатории, на первом этаже.
— Что? Откапать? Не понял, — пробормотал растерянно Жорик.
— Говорит, что Беспощадный хочет сожрать твою душу, — расшифровал я телохранителю слова Раисы Павловны. — Всегда знай, что используешь — золотое правило лучника и…
Дьявол, чуть не проговорился, что из Лисса. Рагнар, надо бы тебе быть очень осторожным. Уже который раз…
— Лучника и…? — покосился на меня Жорик.
— Да, — кивнул я. — Лучника и воина, как и любого мага в этом мире. Хотел сказать, но в горле запершило что-то.
— Понятно, — вздохнул Жорик, затем вскочил. — Ну и что она там с ним делает⁈ А вдруг повредит?
— Жора, дорогой… сядь и не мельтеши, — попытался я успокоить его. — Ты нервничать начал без этой штуки, и я забеспокоился о твоем самочувствии. Настолько привязался к нему?
— Это Беспощадный! — ответил раздраженно Жорик, но все же сел обратно. — Извините, Иван Сергеич. Без него я будто голый и слабый.
— Ну зря ты так… Знаешь, в чем сила? — повернулся я к нему и постучал себе по лбу. — Вот тут. А остальное — лишь придатки. Ты прекрасно это и без меня знаешь, думаю.
— Да, — шумно выдохнул Жорик, нервно затарабанив пальцами по коленям. — Да, знаю. Наверное, привык просто к Беспощадному, да…
— И тебя вылечим, — вдруг появилась бабка у нас за спиной, выливая на Жорика ведро какого-то розового раствора. Я успел отскочить в сторону, а телохранитель, увы, не ожидал подвоха.
— *б твою мать!!! — закричал мой телохранитель, вскакивая с лавки и начиная метаться по поляне между домами, размахивая руками. — Бл*дь! Какого х*ра! Ссука!!! А-а-а, бл*!
— Ох уж эти меченые, — вздохнула Раиса Павловна, присаживаясь на лавку, куда не попал раствор. — Всегда сложно с ними.
— Жора? — я вообще ничего не понимал. — И что это значит?
Зельеварщица серьезно взглянула на меня. Она словно что-то вспомнила, причем неприятное, и. вздохнув, решила все-таки рассказать.
 
— Давно это было… когда я ещё девчонкой-ассистенткой была у военного лекаря. Работала в центре по восстановлению после Эпицентра. Ну и вот такого же привезли. Ну как… у того было совсем все запущено. В руке он держал небольшой топорик, так и не смогли забрать. И вот моя смена. Слышу крик, затем ещё один, — бабка сделала паузу.
— Ну и… что было дальше, — я понимал, насколько ей сложно было говорить, но для меня это было важной информацией.
— Демон в него вселился. Этим топориком он всех и порешил. И меня почти, — бабка убрала в сторону локон седых волос, и я заметил глубокий алый шрам от уха и вниз, до ключицы. — Я тогда и сделала свое первое зелье. Способности от матушки проснулись, представляешь? Пока этого ирода пытались боевые маги уничтожить, доползла до лабораторного шкафчика, смешала все как надо и залечила рану. А потом… сделала зелье по изгнанию, — засмеялась бабка, вытирая слезы. — Жалко только профессора, он приехал, чтобы спасти персонал и больных. А получактся зря.
— Так вы изгнали демона⁈ — я, будто пораженный молнией, смотрел на бабку. Вот это сила!
— Ага. Некуда деваться было… Вылила на эту тварь. Как она пищала, ох, до сих пор этот голос стоит в ушах…
— А Жора?..
— А у твоего помощника случай не такой запущенный. Я сняла с него всю скверну, которая накапливалась годами, — Раиса Павловна поднялась с лавки. — Пошли, поможешь мне поднять его.
Я оглянулся и Жорика не увидел. Только когда мы подошли ближе к дому, я обнаружил его лежащим с закрытыми глазами на траве.
— Он что, сознание потерял? — спросил я у бабки.
— Не, всего лишь уснул. Но пора просыпаться, — бабка подхватила его под руку. — Давай, помогай.
Я подошел с другой стороны. Вместе мы дотащили Жорика обратно до «лечебной» полянки и посадили на лавку.
— Просыпаемся, — Раиса Павловна достала какой-то флакончик, открыла и поводилапод носом моего телохранителя. Он вздрогнул, открыл глаза. — Ну, как самочувствие, дружок-пирожок? Хе-хе.
— Блин, мне только что сон снился, что я бегал, махал руками и орал матом, — выдохнул Жора, затем посмотрел на нас. — Вот же черт! Это было на самом деле⁈
— Зато почистился, — ухмыльнулась Раиса Павловна. — С вас сто рублёв.
— Держите, — протянул ей остолбеневший Жорик, затем обшарил пояс. — А где Беспощадный?
— Он опять за своё! — хлопнула ладонями Раиса Павловна по коленям и встала. — Сейчас принесу я тебе твоего Беспощадного.
Бабка удалилась, а Жорик провел рукой по шее, затем посмотрел на розовую ладонь:
— А в чем это я?
— А ты не помнишь ничего? — улыбнулся я. — Товарищ меченый.
— Кто?
— Потом расскажу, — ответил я. — Попросись в душ, а то тебя Хранители скрутят на первом же перекрестке. Не ровен час за монстра примут.
Жорик так и сделал. Как раз и Раиса Павловна вышла, протянув ему кинжал.
Пока мы ждали моего телохранителя, я спросил о болезни ректора.
— Ах, память моя куриная! — вскрикнула Раиса Павловна, вскакивая с места. — Щас приду. Я же записала тот ингредиент, что он заказывает. Расписала тебе все там подробно.
Я оглядел большую поляну перед домом и сеть протоптанных тропинок. Меня радовала эта картинка, и в то же время я чувствовал неведомую силу. Затем увидел неподалеку Варю, отчитывающую Бычанского, который лишь что-то мычал в ответ. Бычанский. Ну надо же. Я прыснул со смеху.
— На, держи, — поднял голову и увидел Раису Павловну. Уже второй раз застает меня врасплох. Как у нее получается так незаметно перемещаться? Уж не в норы ли она ныряет, как Лис? Хм… Интересно.
Я взял от бабки свернутый вчетверо листок с описанием ингредиента и положил его во внутренний карман. Потом почитаю. А то уже Жорик вышел из душа.
— Это просто чума! Иван Сергеич, вам надо тоже попробовать искупаться там! Ха-ха. И сушилка — просто чудо, — Жорик уже был не розовым, и одежда выглядела словно только из магазина.